Вечер пятницы прошел великолепно. Два предстоящих дня свободы, пусть и относительной, воодушевляли на подвиги вроде посещения местного парка и еще одной прогулки по городу. Мы с Риком, ночующим сегодня дома, даже устроили что-то вроде семейного вечера. Я приготовила отбивные на косточке и салат с креветками, и мы сидели в гостиной, смотря юмористическое шоу. Похоже, наши отношения с дядей укреплялись. Глядя, как он отдает креветки из своей тарелки Хане, я улыбнулась, подумав, что его стоит узнать получше.
– Чем займешься на выходных? – спросил Рик, почесывая непоседу за ушами.
– Отосплюсь, уберусь, потом уроки, ну и прогуляюсь, наверное, – пожала я плечами.
– Завела друзей? – поинтересовался он.
– Я не особо быстро схожусь с людьми, так что пока только так, на уровне "привет-пока".
Драгон, конечно, исключение? – ехидно вопросила шиза.
Конечно.
– Ясно. А парни?
– Рик! Я только неделю в городе! – праведно возмутилась я.
Вот-вот, себе это и скажи, – фыркнуло мое сумасшедшее "я".
– Ладно-ладно, – капитулировал дядя и больше, на мое счастье, к этой теме не возвращался.
Помыв и убрав всю посуду, я ушла к себе вместе с Ханой. В комнате было как-то душно, и, не зажигая свет, я подошла прямиком к окну. Распахнув его и впустив ночь в комнату, села на подоконник и свесила ноги вниз. А вот и покатая крыша гаража, на которую я легко могла бы спрыгнуть. А потом к каштану у края, пара ловких маневров, и вот она, свобода.
Уже нашла маршрут для тайных ночных свиданий?
Пути отхода всегда должны быть продуманы.
Подумав об этом, я схватилась рукой за рот, хотя ничего вслух не произносила.
Вот видишь. Ты уже разговариваешь их фразами. Скучаешь.
Не начинай. Это слишком хороший вечер.
Шиза послушалась и следующие часа два, пока я созерцала луну, казалось нависшую прямо над головой, молчала. Мне нравилось проводить так время. В тишине, слушая ветер в листве и далекое уханье совы, наслаждаясь ясной ночью, весьма редкой здесь в это время года, и просто думать без разных отвлекающих факторов. Для полноты картины не хватало большой кружки горячего шоколада, но сходить за ней было лениво. Это бы разрушило все настроение, которое и так трудно уловить.
Конечно же мысли вились вокруг Бриара. Мне было интересно, думает ли он обо мне, скучает, хочет ли увидеть… В общем, сейчас я была типичной семнадцатилетней девушкой, и это радовало.
Угу. Просто счастье, – проворчала шиза. – Все равно от себя не уйдешь. Чем сейчас тебе лучше, тем труднее будет расставаться со всем этим.
– А я не собираюсь со всем этим расставаться, – твердо ответила я.
Другая часть меня промолчала, так что я сочла это за капитуляцию и вернулась к прежнему занятию.
Следующее утро выдалось солнечным, и, завтракая золотистыми тостами (спасибо Драгону в очередной раз) со своей любимой шоколадной пастой и травяным чаем, я наслаждалась игрой лучей на столешнице и видом светлой кухни, заряжаясь позитивом.
Переделав все, что сказала Рику вчера, подхватила плед, плеер с наушниками и книгу, решив вкусить солнечных ванн на заднем дворе, граничившем с лесом.
Напевая какую-то прицепившуюся еще в школе мелодию, открыла заднюю дверь и замерла. Книга и плед выпали из рук, и я едва успела поймать плеер, прежде чем он разбился. Судорожно дыша, я в шоке смотрела прямо перед собой.
На пороге стоял резной ящик размером с монитор допотопного компьютера. Из черного полированного дерева, словно впитывающего дневной свет, с вырезанными по бокам символами и линиями, слишком знакомыми мне.
Ну вот. Я предупреждала, – включилась шиза. – Откроешь?
Я и так знаю, что в нем.
Нет уж, открой, посыпь мне еще соль на рану, плюнь в душу…
Помолчи.
Зажмурившись, я сжала виски руками, сопротивляясь собственным желаниям. Как оно тут оказалось? Снова посмотрев на ящик, сглотнула горечь и, поспешно подхватив упавшие вещи, вернулась в дом, хлопнув дверью.
Это походило на прятки. На прятки от шкатулки-переростка. Захихикав, я села на ступени лестницы, ведущей на второй этаж, и обняла колени.
И что постановил твой идиотизм? – хмуро поинтересовалась шиза минут через пять.
Я говорила им, что ухожу. Неужели так трудно оставить меня в покое? Зачем было присылать это? Все. Хватит с меня.
Поднявшись, я взяла из подвала лопату, накинула куртку, обулась в кроссовки и вышла обратно. К сожалению, оно все еще было здесь. Ну что же, чудесный погожий денек. Самое время прогуляться.
Нерешительно подойдя, приподняла его. Тяжелый, как и всегда. Обхватив ящик обеими руками, перехватила лопату поудобнее и направилась в лес.
Вступив в зеленое царство, наобум выбрала направление. Переступая через ветки, поваленные деревья, обходя овраги и мелкие лесные ручейки, я щурилась от лучей, изредка пробивающихся сквозь листья. Идя, я думала о Драге, дяде, школе, новых знакомых… То есть обо всем, кроме своей ноши. Вот только она была весомей всего остального.
Несмотря на хорошую погоду, на улице все-таки царил октябрь, я несколько раз успела порадоваться тому, что догадалась надеть куртку. Постепенно лес становился темнее и мрачнее, и, закусив губу, я осознала, что зашла очень и очень далеко от дома. Наверное, шла несколько часов. Желая подтвердить свою догадку, положила лопату и ящик на землю и, уцепившись за нижнюю ветвь ближайшего дерева, подтянулась, забираясь еще выше. Где-то в трех метрах от земли дотянулась до листвы и раздвинула ее.
Черт, солнце уже к закату. Как можно было столько пройти и не заметить? Спрыгнув обратно, взяла лопату и, отойдя чуть к центру небольшой полянки, копнула.
Да, хоронить себя ты будешь долго и упорно. Земля-то мерзлая, – ехидно отметила шиза.
Плевать.
И тебе еще обратно идти… К ночи доберешься.
А ты не могла сказать раньше, что я уже достаточно прошла? – зло процедила я, налегая на лопату.
Зачем? – кажется, искренне удивилась эта больная. – Куда интересней наблюдать за тем, как ты возвращаешься домой по темному страшному лесу, вся такая смертная типичная семнадцатилетняя девушка.
Ничего не ответив, я продолжила копать. Руки скользили по древку, в ладонях гудело от ударов о землю, на лбу выступил пот, майка прилипла к спине, но я только крепче сжимала лопату. Скорее всего, завтра я весь день пролежу, приходя в себя от такой экспедиции, но это будет только завтра…
Коротко выдохнув, остановилась, оценивая проделанную работу. Яма была достаточно глубокой для ящика, так что, не откладывая, опустила свою ношу в землю и принялась зарывать "могилу".
Покойся с миром. Аминь, – пусто сказала шиза.
Закатив глаза, я устало потопталась поверх закопанного, утрамбовывая землю, после чего замаскировала место листвой, мхом и ветками так, что участок не отличался от остального леса.
Наконец, покончив с этим, повертела шеей, разминая затекшие мышцы. Пора домой, вот только лопату, похоже, придется оставить здесь… Дотащить ее обратно сил нет…
Хорошенько запрятав инвентарь в ближайших кустах, я повернула в ту сторону, откуда пришла. Дорога обратно не была такой же незаметной и быстрой, хотя шла я налегке. Начало темнеть, резко похолодало, и я прибавила ходу, ругаясь на собственную беспечность и невнимательность. Полный финиш наступил, когда пошел дождь.
Зло бурча себе под нос все, что думаю об этом дне, я шлепала по быстро намокшей земле под противное чавканье. Не заметив коряги, зацепилась за нее, больно ударившись ногой, и пролетела точно в овраг, приземляясь на бок.
Черт…
Встать можешь? – встревоженно спросила шиза.
Нет, я, кажется, ногу вывихнула…
Рывком приподнявшись, закатала штанину джинсов, расшнуровала кроссовку и стянула носок. Так и есть. Кожа вокруг щиколотки уже начала опухать, что ничего хорошего не предвещало.
Нужно вправить его.
Шутишь? Самой себе?
А ты видишь здесь еще кого-то? Ну обратись за помощью к лесным белкам!
Коснувшись ноги, я вскрикнула, начиная всерьез думать о том, что Вселенная мне за что-то мстит. Мало было посылки из прошлого, длинной прогулки, рытья ямы, плохой погоды, так теперь еще и это.
– Отстой… – простонала я. – Просто большой и жирный отстой.
Обессиленно откинувшись на спину, собираясь с духом, я закрыла глаза, сосредотачиваясь и борясь с приступом паники. В конце концов, и не с таким справлялась. Да, я в лесу, уже темнеет, идет дождь, и у меня вывихнута нога, но ведь все бывает намного хуже, верно?
Э… Только что все стало хуже. Осторожно открой глаза и увидишь, – обеспокоенно просигналила шиза.
Поверив интонациям сумасшедшей части меня, я открыла глаза и застыла, не дыша. Прямо на краю оврага надо мной стояла пума.
Желтые глаза остановились на моих, хищница так же замерла, а потом зарычала, скалясь и давая рассмотреть острые клыки. Я видела, как вздыбилась ее шерсть на загривке и дернулся длинный хвост.
Черт…
Знакомый взгляд. Взгляд хищника. Дикий, опасный, горящий дремучим инстинктом. Черт. Я валяюсь на ее законной территории. Лишняя, возможно, представляющая собой угрозу, с громко стучащим сердцем и теплым телом. Добыча. Беспомощная и безвредная.
Так. Стоп. Собрались. Пару фокусов ты еще можешь сделать. Попробуй отпугнуть ее, но осторожно, если не сработает, это ее разозлит, и она точно прыгнет.