- Это сын моего погибшего друга и мой воспитанник, Эйнор, - Нарак тепло улыбнулся. - Ишь как сидит и слушает этого эльфа - как будто гончая учуяла след… - но тут же Нарак снова посуровел. - Мой сын будет готов, как только…
- Нет, - покачал головой старик. - Не твой сын. Он слишком молод и… Если уж ты выслушал один мой совет - то выслушай и другой…
… - Довольно, Эйнор, пойдём! - рыжеволосый, с дерзкими и беспечными синими глазами мальчишка лет шестнадцати дружески, но нетерпеливо потянул за плечо не спешившего подниматься с края фонтана черноволосого юношу. Остальные кардоланцы уже отошли в дальний угол двора - там раздавались взрывы смеха и взблёскивала сталь. Эльф–певец спокойно паковал лютню. - Ну слышишь меня? Пошли! Ты обещал потренировать со мной тот удар. Или ты хочешь, чтобы меня прикололи в следующей схватке? Не всегда же ты будешь рядом так удачно!
- Спасибо тебе, Эрегдосс, - нехотя поднявшись с камня, Эйнор поклонился улыбнувшемуся в ответ эльфу. - Не тяни меня, Олза, я иду, иду… Ты и минуты не можешь посидеть спокойно. Такие хорошие песни…
- Неплохие, - рыжий на ходу уже доставал меч. - Только грустные. Жизнь и так короткая штука, а тут ещё грустить, слушая эльфа?! Уволь…
- Эйнор!
Голос из верхнего окна заставил поднять головы всех, находившихся во дворике. Светлые, рыжие, несколько тёмных голов склонились - полными собственного достоинства движениями, лишь Олза вскинул руку:
- Отец!
- Эйнор, поднимись, - Нарак, казалось, не повышал голоса, но он слышался отчётливо.
- Отец, мы хотели… - начал Олза, но князь жестом остановил его. Олза надул губы и тихо сказал, толкая Эйнора локтем: - Возвращайся скорее, а я пока погоняю по двору Нарвэйна и Фараза. Не упускай такое зрелище… - и, мгновенно повеселев вновь, пошел через двор, громко выкликая товарищей.
Внутри здания, на каменной лестнице, сейчас царила прохлада (а зимой даже в самые сильные холодные ветра не было холодно). Эйнор на ходу подставил ладонь под тонкую струйку воды, падающую из сифона в виде драконьей головы в чашу - раскрытый розовый бутон; попил, отряхнул руку. Придерживая рукоять Бара - знаменитого отцовского меча, откованного ещё в Нуменоре - открыл дверь в кабинет.
- Позволь войти, князь?
Нарак был один - сидел за столом, широко расставив ноги и держа в одной руке свиток, а в другой - кубок. Но Эйнор мог бы поклясться - ощущение было таким же невидимым и явственным, как ветерок - что только–только в кабинете был ещё кто–то. И этот кто–то - не был человеком.
Эйнор вспомнил, что вчера вечером видел - в Трёхбашенную приехал маг, которого называли Серый Странник. В Кардолане большинство людей не слишком–то привечали этих странных существ; никто даже толком не мог сказать, сколько их бродит по Средиземью - три? пять? семь? - и чего они хотят. Да и Нарак до недавнего времени не очень–то их жаловал, делая исключение разве что для Радагаста - великого знатока лошадей и собак. Правда, Серый Странник был частым гостем в Артедайне, да и Эйнору он - по ощущению, юноша видел его раз пять или шесть, не говорил - ни разу - скорее нравился…
- Садись, - Нарак отставил кубок, отложил свиток. "Песнь об Эарендиле" - успел Эйнор прочесть выписанное ровными скруглёнными значками Тива заглавие прежде, чем свиток свернулся в привычную трубку. Память сразу подсказала: "В Арвэниэле свой корабль сооружал Эарендил…" Странно. Князь никогда не был большим любителем чтения, хотя и не прочь был послушать баллады…
Эйнор сел, привычно положив меч на колени и не сводя глаз с Нарака, который молчал - молчал долго, глядя за окно, где ветер качал зелёные верхушки тополей. Юноша вздрогнул, когда князь заговорил наконец:
- Мы гибнем. Чья во мне кровь? Я называю себя князем Кардолана, но чья во мне кровь, Эйнор?
- Мне всё равно, - ответил юноша спокойно. - Ты ведь не только мой князь, ты - мой воспитатель. Я не буду говорить, что ты заменил мне отца. Отца нельзя заменить. Но ты мой воспитатель и мой князь.
- Всё не так просто… - Нарак сделал жест - как будто хотел налить себе ещё вина. Но остановил руку. - Если бы всё было так легко… Тебе известно о том, чего хочет Арвелег Артедайнский?
- Да, - кивнул Эйнор. - Корону Арнора.
- И что ты думаешь об этом?.. - Нарак перебил сам себя: - Не надо, не отвечай. Я знаю, что ты - нуменорец и тоже мечтаешь о возрождении Арнора. И что ты кардоланец и верен мне - знаю тоже…
- Зачем этот разговор? - угрюмо спросил юноша.
- Арвелег - прямой потомок Элендила, - словно не услышал его Нарак. - Его предки были полководцами и вождями ещё когда мои пасли коней тут, в Эриадоре, и не знали, что такое железо… Право Арвелега - не только на корону Арнора, но и - прервись род королей на юге - и на корону Гондора…
- У короля Валакара есть сын, - напомнил Эйнор.
- Наполовину йотеод… - тихо ответил Нарак. - Я не нуменорец, у меня не бывает предвидений… но я князь - и вижу без них: в этом залог будущих распрей у наших южных соседей…
- Зачем этот разговор?! - повторил Эйнор настойчиво. Нарак молчал. Юноша поднялся на ноги и, подойдя к князю, встал около него на колено, положил руку на локоть Нарака. - Что тебя гнетёт, воспитатель? - тихо и участливо спросил он.
- Принятое решение, - Нарак вздохнул. - Я передам власть Арвелегу Артедайнскому.
Эйнор вздрогнул, изумлённо отстраняясь.
- Власть?
- Я передам власть Арвелегу Артедайнскому, - повторил Нарак. - Артедайн и Кардолан объединятся. Потом мы присоединим Рудаур и загоним холмовиков обратно в Эттенблат. А объединёнными силами можно будет справиться с Ангмаром. Ну а дальше… кто знает, может быть, сын или внук Арвелега будет править возрождённым Арнором и Гондором - и тяжёлые времена кончатся.
- Власть… А как же Олза? - Эйнор встал и придерживался рукой за спинку сиденья князя.
- Ты знаешь моего сына не хуже меня. Он обожает помахать мечом и быстро поймёт, что я прав… В моих жилах едва восьмая часть крови нуменорцев. Но я должен перешагнуть через свои мелкие желания хотя бы ради этой одной восьмой.
- Но зачем ты позвал меня? - тихо спросил Эйнор. - Я не твой советник. Я даже не лучший твой рыцарь.
- Я позвал тебя потому, что сперва хотел говорить с Олзой, - Нарак повернулся к юноше. - Но Серый Маг сказал мне, что ты больше подходишь для этого разговора. Хотя это похоже на подлость - словно я хочу сберечь сына и подставить под меч тебя.
- Глупец тот, кто так подумает, - искренне сказал Эйнор. - Но я всё–таки не понимаю, о чём ты говоришь.
- Я говорю о Рудауре, - князь поднялся, толчком руки развернул на столе карту, прижал её кубками и кувшином. - В Рудауре правит Руэта. Он вождь эттенблатских холмовиков и на словах оказывает обычаям нуменорцев всяческое почтение, а живущим в Рудауре немногочисленным твоим родичам - благоволит. Но это на словах. На деле, судя по всему, обстоит иначе. Мне нужен человек, который разузнает, как обстоят дела в Рудауре и Эттенблате. И, возможно, добрался в Раздол с моими словами… Но моих рыцарей хорошо знают в тех местах… - Эйнор улыбнулся. - Тебя - едва ли.
- Олза не справится, - сказал Эйнор спокойно. - Странно было даже, что ты подумал о нём; он затеет скандал в первом же месте, где ему подадут вчерашнее пиво.
- Я подумал о нём, потому что он - мой сын, а это дело смертельно опасно. Северней Восточного Тракта человеку пропасть ничего не стоит.
- Я готов ехать, - сказал Эйнор.
- Тогда слушай и запоминай, - Нарак положил на карту ладонь. - Поедешь через два дня. Не один. Возьми с собой одного–двух человек, которым веришь, как себе. Но и им не скажешь ничего о цели пути.
- Возьму Фередира, - решил Эйнор. Нарак мельком посмотрел на воспитанника:
- Своего оруженосца?.. Возьми, он и вправду надёжный мальчишка… Сперва, - палец князя проехал по карте, - вы отправитесь в Аннуминас.
- В Аннуминас?! - на этот раз Эйнор дёрнулся, словно его встряхнули за плечи. - Но там же…
- Там вас будет ждать Тарланк сын Миндара. Он твой родич - из рудаурских нуменорцев. От него подробно узнаешь, как обстоят дела в Рудауре. Если ты, что он расскажет, покажется тебе достаточным - поедешь дальше по Восточному Тракту в Раздол. И там просто перескажешь мастеру Элронду сегодняшний наш разговор. В Раздоле узнаешь об эттенблатских и ангмарских новостях. И левым берегом Бесноватой вернёшься сюда. Если же… - Нарак задумался. - Если же того, что скажет Тарланк, покажется тебе мало, ты тоже поедешь в Раздол. Но у Буреломного угорья свернёшь на север, в Рудаур и Эттенблат. Посмотришь всё сам. Дальше Эттенблата забираться не смей. Гляди в оба глаза, слушай в оба уха и дыши через раз.
- Буду слушать в четыре уха и глядеть в четыре глаза, - спокойно ответил Фередир. - Но что мне делать, если я встречу артедайнскую стражу? Ануминас - их земля.
- Ничего не делать, - ответил Нарак. - Артедайнцы отвернутся. А случись что - помогут.