До Последней войны можно было гораздо быстрее перемещаться из одной точки планеты в другую - на самолетах. Представляю, как это было здорово - огромная стремительная птица отрывает тебя от земли. Но наш президент говорит, что на Эдеме самолетов не будет, потому что они вредят атмосфере и потворствуют нетерпеливым людям. У нас даже есть поговорка: "Тот, кто спешит, быстрее окажется в аду". У военных и некоторых известных людей страны имеются лансы, но это индивидуальный транспорт. Наверное, Адам прав, на Эдеме сейчас нет таких расстояний, куда бы автобус не довез за три дня, и без самолетов можно обойтись. И все-таки, я обожаю скорость и мечтаю летать на ракетах к звездам, как мой брат.
Пока я размышлял, из здания автовокзала высыпала целая ватага молодежи в пестрых необычных костюмах. Ряженые какие-то: рыцари, благородные дамы, чернокнижники, пастушки. Я уставился в окно. Они что, со съемочной площадки сбежали? Все эти ребята в шляпах с перьями, с луками за спиной и огромными рюкзаками направились прямехонько к моему автобусу. Я разглядел Альришу и еще несколько знакомых лиц. Это наши фееристы - поклонники и поклонницы фей. Они убеждены, что Эдем в стародавние времена, еще задолго до войны, принадлежал феям, эльфам и прочим фантастическим личностям, которые порхали среди деревьев и цветов и ни в чем не нуждались, а планета называлась Флорией. Но потом пришли люди и все испортили. Что-то вроде того, я не очень вникаю. Подозреваю, что и фееристы не все в это верят, просто им нравится собираться на тайные встречи и мечтать сообща. Но чтобы так свободно разгуливать с мечами и луками, да еще в таком месте - это уж слишком! Никогда такого не видел. Чудики эти вломились в автобус, как ни в чем ни бывало, и стали рассаживаться по местам. Альриша заметила меня и, по-моему, обрадовалась. На ней были зеленые колготки, высокие нарядные сапоги, короткая юбка из множества лоскутков тонкой невесомой ткани, крепившихся к изящному пояску с бусинами. Выше пояска сверкал голый живот, красивый, смуглый плоский с безупречной загогулинкой пупка и татуировкой - черной пантерой, выгибающей спину. Выше - топ из грубой шерсти, увешанный амулетами, и короткая куртка, не скрывающая татуировку. Именно так в представлении Альриши, должно быть, выглядела настоящая фея. Заметив, что я ее разглядываю, Альриша вспыхнула.
- Ну, и чему это мы улыбаемся?
- Так, вспомнил, что в первом классе на новогоднем утреннике у тебя еще крылышки были.
Она засмеялась и села на соседнее сидение.
- Верно! А помнишь, как мы писали письма Деду Морозу о своих желаниях? Я заказала ему волшебную палочку, а он подсунул мне ненастоящую, такие сотнями продавали в магазинах. Я всю ночь рыдала!
- И с тех пор не перестаешь надеяться, что однажды тебе достанется настоящая? - съязвил я.
У Альриши темные волосы, но она высветлила себе челку до снежно-белого цвета, она стильно причесывается. Какие у нее глаза, я не знаю: она все время меняет линзы - черные, зеленые, фиолетовые, однажды даже желтые вставила и стала похожа на свою любимую пантеру. Брови красивые, дугами, и нос прямой. В школе она считается девушкой с интересной внешностью. Что-то в ней, конечно, есть, но никого красивее Илоны - невесты моего брата, я не встречал. У меня все отнимается, когда я на нее смотрю, и у всей мужской половины Эдема тоже. Илона - ведущая программы новостей - лицо нации. А я ее знаю лично! Пацаны мне завидуют, а девчонки с жадностью выспрашивают, какая она в жизни. Может, ее внешность создана стараниями визажистов? Нет, милые мои, в жизни она еще лучше. Взгляд у нее теплый, обволакивающий, голос мелодичный с бархатными нотками, молочно-перламутровая кожа, а смех… не знаю даже как точнее выразиться, но от него по коже мурашки бегут, а лицо горит. Я только вспомнил Илону, и все во мне затрепетало. А Альриша, симпатичная, милая, зря только так сильно старается всем нравиться.
Подошли поздороваться со мной Вилли и Гриша Гора - тоже ребята из нашего класса, но я с ними не общаюсь. Вилли выше меня на голову, худой, бледный. У него черные волосы до плеч, иногда он стягивает их в хвост. Одевается, как и Альриша, броско и любит быть в центре внимания. Держится как кинозвезда и пронзает девиц угольно черным взором, совсем как герой-любовник. Он никогда не улыбается открыто, но усмешка не сходит с его губ, любую неловкость, ошибку, оговорку других ребят он обязательно замечает и тут же комментирует. На мой вкус, Вилли - тип не из приятных. Он влюблен в Альришу и ревнует ее даже к придорожному столбу. Они сидят за одной партой, вместе обедают, читают одни и те же книги - почти не расстаются. Гришка Гора тоже влюблен в Альришу. Он действительно смахивает на гору: высок, плечист и необыкновенно силен, так как постоянно тренируется. В битвах на мечах ему нет равных, и в неудобных железных латах он скачет по ристалищу ловчее прочих, даже тех, кто без лат. У него много редких дарований и необычных увлечений. Он с интересом изучает древние мертвые языки и очень в этом преуспевает, а еще вышивает и тачает сапоги. Уверен, что затейливая Альришина обувь - его творение. Пословица "сила есть, ума не надо" явно не про него. Гриша молчалив, но я думаю, что знаний у него больше, чем у нас троих вместе взятых. Но что поделаешь, девушки тянуться к ребятам попроще. Поэтому Альриша села рядом со мной.
- Куда ты едешь? - она наклоняется ко мне, и глаза ее - сегодня карие - смотрят с нескрываемым любопытством.
- А вы куда путь держите, такие нарядные?
- Я первая спросила! - возмутилась Альриша.
- В Вегу, брат хочет меня видеть, - кратко ответил я.
- Вот как. - Альриша задумалась, видимо, ждала другого ответа. - А что их никогда не отпускают домой с космодрома?
- Ты еще не ответила на мой вопрос, - усмехнулся я.
- Мы собираемся на самые грандиозные, небывалые игры в Ботаническом саду недалеко от Веги. Фееристы со всех городов Эдема едут сейчас туда. Зрелище будет потрясающее, ты должен обязательно посмотреть.
- Постой, - я был удивлен. - Как же вы получили пропуска? Президент знает об этом? Он что, разрешил?
- Не веришь? - довольно улыбнулась Альриша. - Ну почему он должен быть против?
- Потому что столько людей бросают учебу и работу, чтобы ехать куда-то в лес и заниматься бесполезными делами. Зачем государству тратиться на транспортировку ряженых и не вполне вменяемых людей? - для меня это было очевидным.
- Какой же ты зануда! - поджала губки Альриша. - правильный как учебник и такой же скучный. Думать самостоятельно не пытался? Президент к нам, и правда, не особенно расположен, но что он может сделать против Мандрагоры?
- Мандра… что? - не понял я.
- Ты невыносим! - Альриша прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла, не желая продолжать беседу. Но мне нравилось ее дразнить
- Объясни мне, какая кому польза от твоего участия в этих играх? Ты хочешь поразить всех видом своего живота? Или татуировочкой? Потом какой-нибудь умник сочинит балладу о прекрасном пузе.
Альриша открыла глаза и чуть не прожгла меня гневным взором.
- Ты просто не видишь ничего дальше моего живота! - воскликнула она.
- Вижу, - ухмыльнулся я, - колготки… зеленые.
Она рассмеялась. Слава богам, мой юмор девушкам понятен.
- Вея, - начала Альриша (я чуть не подскочил на месте, услышав это имя), - смогла разбудить свои тайные силы. Я тоже хочу и верю, что Мандрагора и другие мне помогут. Понял?
- Думаешь, что ты фея? - я уже устал удивляться.
- Все красивые женщины - феи, - кокетливо тряхнула челкой Альриша.
- И скромницы, - вздохнул я.
Автобус тронулся, тихо зашуршали по дороге колеса. Я обернулся, чтобы бросить прощальный взгляд на Антарес, и вот уже массивные створки ворот как-то туго и неохотно разъехались в стороны, чтобы пропустить нас во внешний мир. Солнце светило в полную силу и влажная еще от утреннего полива трава по обе стороны дороги празднично блестела. Кто-то из "фееристов" расчехлил гитару и забренчал немудреный мотив. Посыпались предложения насчет того, что бы спеть. После недолгих споров несколько проникновенных голосов затянули песнь о том, как путник - изгнанник, заблудился в лесу и стал сетовать на то, что мир не дал ему ничего, лишь унижений боль. И пожелал, чтобы растерзал его лютый зверь, потому что нет смысла в жизни жалкой и пустой. Потом герой с сокрушенным сердцем выбрался на поляну и увидел светлоликую луну. Но не успел расслабиться, как тут же в темноте зашуршало. Может стая волков? Нет, что вы! Кто же может оказаться в темном лесу ночью? Конечно, одинокая дева. "Она молчит и вздыхает, и сквозь тонкую ткань ее красота проступает". Нет, все-таки, не скучные ребята со мной едут. Естественно, герой о страданиях тут же забывает и остается жить с лесной волшебницей, "отравленный ее красою". Потом накатывают новые трагедии и приключения. Такие песни можно петь бесконечно. Кроме тягучих, "чувствительных" песен, у "фееристов" оказались в репертуаре и бравые, шуточные.