Не долго думая, Рой присел за столик к приятелям.
- Ром отличный, - известил лысый матрос с зарубцевавшимся шрамом через правую щёку. - Старина Джо сегодня на высоте.
Облачённый в безрукавку на голое тело трактирщик заслышал похвалу, улыбка ещё пуще раздобрила приветливое лицо.
Не успел Рой ничего сказать, а проворная белокурая официантка уж подала картошку с бобами и полную кружку рома.
- А где это шкипер? - полюбопытствовал у товарищей Рой.
- Хо-хо, - хохотнул узколицый. - Наш картавый дружище уже услаждает плоть. - Палец указал на дверцу за деревянным помостом. - Джо подкинул ему нехилую кралю.
- Пускай резвится. Завтра же опять в плаванье.
- Ага. Пусть душу отведёт.
Меж тем флейтист сменил мелодию, и отплясывающие вприсядку матросы затянули старую моряцкую песню - её, небось, пел сам Фромм Мореход в своём известном Восьмилетнем плаванье.
Посетители дружно подхватили припев, вещавший о дальних землях и ностальгии по родному берегу. Рой пел не ахти. Ну а краше всех фальшивил Джо. Голос трактирщика напоминал крики голодного стервятника. Впрочем, Джо особливо не стыдился. Когда клиенты осыпают тебя монетами можно и на голове ходить.
Долго голосить моряки не смогли - разве что один захмелевший что-то нескладно бубнил под нос, - пришлось промочить глотки ромом.
Вторая песня тоже из репертуара морских волков, к тому же по смыслу ничуть не отличалась.
Третья композиция блеснула оригинальностью на фоне моряцких песен. Одна из баллад Серебряной Лютни пускай и исполнялась хило по сравнению с версиями бардов и менестрелей, зато слова почти всецело соответствовали тексту подлинника. Рой всего пару раз сбился с ритма, что было весомым успехом.
Очередная кружка рома совсем взбодрила рыжего матроса. Ещё чуток - и Рой захмелеет. Узколицый приятель уже лежал рожей в тарелке с капустным салатом. Моряк со шрамом порывался вскочить и сплясать, но попытки заканчивались падением на табурет - видать, пол качался как палуба в десятибалльный шторм.
Незаметно пролетела четверть часа. Рой опьянел, притом существенно. Он направо и налево сыпал крайне плоскими шуточками. То рассказывал, как бедолага-шкипер страдал от отсутствия женской ласки во время плаванья и начинал косо посматривать на корабельную кошку. То чаял урвать "кусок хлеба" у гномов и высмеивал несусветную тупость дворфов. В конце концов перешёл все рамки приличия и продекламировал нецензурную поэму о быте портовых шлюх.
Старания Роя на ура оценили моряки. Один тучный матрос гоготал так, что сорвал голос. А красноносый моряк предлагал выдвинуть "рыжего балагура" на должность королевского шута в Лодридже.
Трактирщик ликовал: с таким-то рассказчиком и менестрель не нужен. Мысли о том, чтобы на пару месяцев нанять Роя посетили голову, когда туда же воротились воспоминания.
- Дырявая башка, - пробрюзжал Джо и рванулся на кухню. Спустя полминуты ковылял к Рою, ладонь потирала бедро - кажись, здорово стукнулся.
Рыжий матрос захмелело уставился на трактирщика.
- Ну?.. Чего тебе?..
- Вот, - Джо вытянул из-за спины белый конверт. - Утром юнец тебе оставил. Бесёнок вроде знал, что "Малышка" сегодня прибудет.
Зелёные очи Роя буравились в письмо. Едва трактирщик положил конверт на стол, моряк отшатнулся, взор изучал сургучную печать с орлом.
- От кого-то из родственников? - вопросил Джо.
- Угу, - с натугой выдавил Рой. Ручища сцапала конверт. Поразительно, алкоголь словно выветрился из крови. Взор пристальный, цвет лица естественный.
Метаморфоза не скрылась от трактирщика.
- Что-то случилось? - дребезжа осведомился он.
- Мне нужно идти.
Удивлённый Джо ещё долго разглядывал оставленные посетителем медяки, а тот уж шагал по скованному потёмками переулку.
Под нажимом пальцев надломилась печать, обрывки конверта упали на захламлённую щебёнку.
- Батюшки, - прошептал остолбеневший моряк. Слово ещё висело в воздухе, а тончайший листочек послания запылал дивным сине-рыжим пламенем.
Рой круто свернул в соседний переулок чёрной лентой уводивший на север.
Приморский квартал тонет в густых чернильных потёмках. Призрачное сияние рогатого месяца с надсадой прорывает пласты свинцовых туч и очерчивает неясные абрисы зданий. Звёздочки рады бы помочь, но их колкое сияние - слабый союзник в войне с тьмой. И почему в окнах не горит свет? Или жители спят, или же за время плаванья "Малышки" домики обезлюдели.
Одинокий путник отлично ориентировался во мраке. После нескольких поворотов вышел к развилке. Ржавый фонарный столб донельзя погнут - неужели кто-то хотел завязать в узел? - да и не светит.
Обойдя фонарь, Рой подошёл к каменной стене какого-то склада. Мозолистая длань прошлась по шероховатой поверхности, матрос присел. Пальцы отыскали нужный камень, и тот послушно отодвинулся.
- Вот вы мои родименькие, - зелёные очи блеснули, им ответило сияние малахитовой шкатулки.
Моряк осторожно стряхнул пыль со шкатулки и соскоблил прилипшие комья земли. Стоило нажать замаскированную от чужого глаза кнопку - крышка откинулась. В призрачном свете месяца десятки крупных изумрудов искрились мистически.
- Не мог же я без вас уйти, - точно к детишкам прошептал Рой.
- Отдай нам камушки! - прогремело за спиной, и испуганный моряк подался вперёд, лоб шмякнулся об каменную стену.
- Не дрейфь, матрос, - забасил другой голос, - ты умрёшь быстро.
Рой к груди прижал шкатулку и развернулся.
Во мраке тускло проступали четыре силуэта. Трое - огромные детины. Четвёртая - женщина.
- Софа? - поразился моряк, признав шлюху.
- Она самая, - шагнула вперёд женщина. В руке блеснул изогнутый кинжал.
Мысли со скоростью смерча понеслись в голове Роя. Как же он сразу не заподозрил неладное? Идиот, потерял концентрацию ещё там, в -порту. Ну не могла Софа быть простой шлюхой, не могла. Ведь тогда перед Роем прошло два десятка матросов, да ещё и шкипер (а тот ни одной юбки не пропустит), почему же никто из них не воспользовался услугами Софы? Она попросту поджидала именно Роя! Сидела за заборчиком и ждала!
- Ага-ага, ты выторговал себе лишний час жизни, - будто прочитав мысли моряка, заявила женщина. - Согласись тогда покувыркаться со мной в постельке - уже б лежал в сырой земле. Зато насладился б перед смертью.
Троица амбалов заржала. И лишь сейчас Рой рассмотрел их.
Моложавый блондин сжимал утыканную гвоздями дубину. Неприветливый лысый бугай вооружался тесаком. Брюнет - самый рослый из троих - крутил меж пальцев нож.
- Кончайте с ним! - приказала Софа, и здоровяки кинулись па безоружную жертву.
Как ни дорога Рою шкатулка, с ней пришлось на время расстаться. Моряк положил её на землю, приготовился к отражению атаки.
Среди матросов потасовка - привычное дело. Рой умел махать кулаками. И в этом был, пожалуй, самым сноровистым из команды "Малышки". Но вид приблизившихся головорезов слегка смутил. Они оказались заметно больше, чем когда стояли в потёмках. Брюнет с доброго медведя размером!
Огромный блондин атаковал первым. Дубина со свистом рассекла воздух. Рой увернулся на славу и тут же ловко, почти незаметно ударил. К удивлению матроса, противник уклонился, действовал с феноменальной скоростью. Тесака чуть не оттяпала руку. Попятившийся Рой пригнулся, и клинок высек искры из каменной стены дома. Пользуясь промахом неприятеля, моряк пнул. Удача снова изменила - лысый бугай юрко ушёл вбок.
И тут челюсть Роя ожёг скользящий удар брюнета; лишь каким-то чудом лезвие ножа миновало кожу, костяшки же наградили болью. Кроваво сплюнув, матрос ринулся в контратаку.
Оказалось, брюнет чрезвычайно умелый вояка. Он споро заблокировал боковой удар. Какое-то неуловимое движение бросило Роя на щебёнку.
Распластавшийся моряк этаких приёмов никогда не встречал. Однозначно, это трио не простые грабители. Да такому брюнету цены нет. Его б и саакасумский шах, вне сомнения, взял бы в телохранители. И кто же такая эта Софа? Шлюха? Не шлюха. Обычная бандитка? Кажись, нет. Додумать не удалось, блондин пнул в бок. Встретившаяся с рёбрами печень вызвала горечь во рту. И как только кости уцелели? Брюнет поддержал блондина - пинок выбил из лёгких Роя воздух. Кожаный сапожище лысого амбала залепил матросу по затылку. Любой другой на месте Роя, небось, уже б отправился к праотцам, но только не он.
С запредельной скоростью моряк вскочил - почти превратился в размытое чёрное пятно! Всего за секунду произошёл целый ряд событий. Матрос уцепился за руку лысого и направил его тесак в шею блондину. Одновременно из рассечённого горла вырвался сип, и поломанная рука лысого хрустнула. Пальцы Роя вырвали брюнету кадык, рука пошла назад, локоть размозжил лысую черепушку. Серые брызги мозга ещё не долетели до земли, а моряк неясным чёрным пятном метнулся к остолбеневшей Софе. Женщина и понять не успела, чем же её саданули. Пролетев десять ярдов, шибанулась о каменную стену дома, сползала с неестественно вывернутой шеей.
- Паршивые сухопутные крысы, - прохрипел матрос, вытирая о штаны окровавленные рукн. - Эх, говорил же мне брат, что я сразу делаю, а только потом думаю. Хоть бы допросил кого. - С презрением разглядывал трупы.
Вдруг раздался топот, гомон.
- Поздно вы приходите, патрульные, - ухмыльнулся Рой. Непонятно, правда, как распознал ночной патруль. - Некогда мне тут с вами возиться. - Подхватил шкатулку. Рука, брызжа синими искрами, вспорола воздух. Моряк шагнул во тьму портала, и пурпурное обрамление мгновенно погасло.
Шестеро вояк в бело-красных полосатых халатах и шароварах выскочили на место недавней потасовки. Факелы осветили четыре изуродованных трупа.