Кстати, о грустном… Смерть бедолаги Фалина вот-вот обернется натуральным военным конфликтом со страной сакуры и Фудзиямы. Александр III, разъяренный смертью второго сына, принял окончательное и бесповоротное решение отмстить неразумным хазарам, то бишь японцам. К моему ужасу его поддержали и окончательно утвердили в этом решение мои друзья-соратники из будущего.
Господь Вседержитель, как же я уговаривал своих современников, как спорил с ними, доказывая, что не нужна нам эта война. В смысле - сейчас. Ну что б не подождать лет пятнадцать. Мы тогда эту Японию не только разгромим, но еще и разграбим. До черного волоса! Я уже в мыслях себе рисовал, как мы всё у джапов отберем, все промпредприятия демонтируем и в свое Приморье отвезем, как захватим все активы всех банков и даже, в тех черных мечтах, представлял себе, как снимаем и уволакиваем к себе рельсы со шпалами! А что теперь? Ну, сплавают наши мариманы на Дальний Восток, ну отоварят нарождающийся флот страны Восходящего Солнца по самое не балуйся… И что? Что с них, бедолаг раскосеньких сейчас-то взять? Ведь нет же у них ничего.
Но дядюшка генерал-адмирал, Шенк, Целебровский и даже Димыч насели на меня и нанесли сокрушительное поражение по всем фронтам. Основным аргументом, который они выдвигали, было: "Олег, паровозы надо давить, пока они чайники!"
Даже отчаянная попытка перенацелить развоевавшуюся когорту "made in USSR" на "горячо любимую" мною Британию, у которой именно в тот момент намечалась заварушка с Португалией из-за африканских владений последней, потерпела полное фиаско.
Выслушав меня, Алексей Александрович, флотоводец наш, характерным жестом почесал ухо:
- Это, разумеется, интересная идея, Олег. Об этом стоит подумать и рассмотреть возможность оказать поддержку нашей эскадрой братскому португальскому народу. На обратном пути с Тихого океана.
Вот и весь сказ. Так что Николай Оттович отбыл на Балтику, вступать в должность вахтенного офицера на флагмане. Хоть я и настаивал на том, чтобы Генерал-Адмирал назначил моего адъютанта командиром корабля, ничего не вышло. Платов прямо заявил: хочешь, мол, чтобы из Эссена толк вышел - дай ему на флоте послужить, как положено. В принципе, верно: какой из Эссена сейчас командир корабля? Почти такой же, как и из меня. Хорошо, что хоть его Алексей вообще взял с собой, а то ведь поначалу чуть ли не по интендантской части назначить предлагал. Ладно, потрется Николай Оттович возле маримана нашего великого, авось и наберется свежих идей (прямиком из XX века!) о тактике и оперативном искусстве.
Так что, из всех моих тонтон-макутов, из тех, с кем начинал, при мне остались только Ренненкампф, Шелихов и Махаев. Правда, Павла Карловича тоже скоро придется отпускать в "большую жизнь". Вот и останусь я только с моими ординарцами век вековать…
Рассказывает Дмитрий Политов (Александр Рукавишников)
Великий князь Алексей Александрович, генерал-адмирал русского флота объявился в Нижнем Новгороде без помпы и оркестра. Просто тихо приехал для инспекции моего завода, как и обещал на общем собрании. Приехал инкогнито в конце января, в сопровождении двух офицеров, простым пассажирским поездом, правда, все-таки первым классом. И ведь не предупредил заранее, собака, за что и поплатился - до Стальграда добирался на простом извозчике.
Саша Ульянов, секретарь мой незаменимый, в очередной раз затек в дверь кабинета с сакраментальной фразой про Юстаса и Алекса. После визита и пятидневного загула с цесаревичем, Сашеньку уже сложно чем-либо удивить. Подумаешь - очередной великий князь пожаловал!
После часовой прогулки в открытом конном экипаже в разгар метели, Алексей свет Александрович капитально замерз - не спасла шинель на меху и каракулевая шапка. При взгляде на бедственное положение товарища моим первым порывом было накатить ему грамм двести водки, но я вовремя вспомнил, что Сергей в настоящий момент мужественно борется с зеленым змием, засевшим в глубинах организма, доставшегося от растворившегося на воздусях великого князя Алексея. Поэтому я ограничился предложением чисто символической рюмочки коньячку и распоряжением о срочной доставке в кабинет горячего чая. И то и другое Алексей принял с благодарностью.
К чести Сережки Платова, или, по нашему договору об именах, Великого Князя Алексея, пришел он в себя довольно быстро. Хватило всего половины ведерного самовара.
- Ну, my dear businessman by the grace of God, хвались плодами трудов праведных, посмотрим, что из этого подойдёт для флота! - решительно заявил Алексей, после отказа от моего предложения откушать с дороги, чем этот самый God послал. Великий князь явно догадался, что обед может сильно затянуться и плавно перерасти в ужин.
- Экий ты прыткий, твое высочество, - улыбнулся я. - Не успел приехать и сразу быка за рога! С чего начнем? Со стрелковки?
- Нехай со стрелковки, хотя меня больше интересуют стволы с более широкими дулами, - хмыкнул адмирал. - Пойдем по возрастающей!
Мы накинули шубейки и вышли из кабинета. Проходя через приемную, я сказал секретарю:
- Саша, я сегодня больше никого не принимаю! Меня можно беспокоить только в двух случаях - если вдруг загорится завод или снова приедет цесаревич, что, в общем-то, одинаково…
- Понял, - Александр с достоинством кивнул пробором.
- Слушай, а он действительно?.. - дернув подбородков в сторону приемной, спросил князь, когда мы уже спускались по лестнице.
- Да, тот самый - старший брат! - кивнул я.
- А где сейчас младший? - продолжил допытываться Алексей.
- Наверное, заканчивает гимназию! - пожал я плечами.
- А его ты куда пристроишь? - не унимался князь.
- Да фиг его знает! Не думал об этом! - немного растерялся я. - Пусть сначала универ закончит, а там посмотрим. Я и старшего хотел обратно в Питер отправить - доучиваться. И попутно подобрать пару сотен головастых парней - химиков и биологов. Хочу начать выпуск лекарств…
- А не боишься, что он там снова?.. - ухмыльнулся Алексей.
- Нет, не боюсь! - отрицательно мотнул я головой. - Саша теперь не прекраснодушный мечтатель, а циничный реалист. Он же видит, что наша деятельность приносит стране гораздо больше пользы, нежели революционная. Мы с ним как раз недавно эту тему обсуждали, я его прощупываю потихоньку, к самостоятельной работе готовлю, так он мне такую фразу выдал, что я чуть с кресла не свалился: им, говорит, соратникам моим бывшим, нужны великие потрясения, а вам, Александр Михалыч и друзьям вашим - Великая Россия! Прикинь!
- Ну, надо же… Столыпина цитируют за 20 лет до того, как сам Петр Аркадьевич это произнес… А, вот интересно: что же такого он увидел сидя на секретарском месте? Какую пользу ты приносишь стране? Только богатеешь на продажах и расширяешь производство. Мироед… но мироед с понятием, в отличии от других промышленников. Своих рабочих кормишь получше и эксплуатируешь поменьше. Н-да… и связи у тебя тоже разносторонние… Вот собственно и всё, что мог увидеть Саша. В настоящие то дела его не посвящали и не посвящают.
- Видишь ли, в чем дело, мой старый скептический друг: еще в самом начале нашего с Александром знакомства я изложил ему свою концепцию. А она очень проста - я не хочу, чтобы в России были бедные люди. И мой Стальград в этом отношении - буквально город будущего! Высокий общий уровень жизни, бесплатное образование и здравоохранение. Общественное самоуправление и добровольный правопорядок. И эту модель мы хотим распространить на всю страну! Вот это Саша со своего секретарского места и видит! А еще он видит, что над осуществлением этой идеи работают даже Великие Князья и некоторые генерал-адмиралы! Не говоря про самого цесаревича… Ты думаешь, он не срисовал, что вы все со мной совершенно не по этикету себя ведете, а - как старые собутыльники… тьфу, в смысле соратники?
- Крхм… - адмирал аж поперхнулся. - Как ты сказал? Общественное самоуправление и добровольный правопорядок? Вот уж чего от тебя не ожидал! Это же… Перманентный оргазм общечеловеков… и один из девизов батьки Махро… тьфу!…Махно!
- Ох, ну и язва же ты! - с чувством сказал я. - Блин, узнаю старого друга Сережу Платова…
- Ты этих идей у Бакунина нахватался? - не унимался Алексей.
- Почему сразу Бакунина? - обиделся я. - Я его не читал. А эту программу сам придумал…
- Да ты, оказывается, опасный человек! - прищурился князь. - Социалист! Гляди - вот так втихаря станешь идеологом, а потом… глядишь, и на мавзолее будет написано не "Ленин", а…
- Тля, ну и шуточки у тебя, твое высочество…
Быстрым шагом (метель разгулялась не на шутку), мы перешли из особняка на территорию завода, в корпус стрелкового оружия. На Алексея произвело большое впечатление наличие у всех ворот и дверей парных постов, состоящих из вооруженных винтовками и револьверами дружинников.
- Как в хорошем оборонном НПО, "вохра" у каждой двери, - негромко сказал адмирал. - Здание Морведа меньше народа охраняет. Это же какие тут чудеса прячут, что для охраны столько бездельников требуется?
- Именно, что чудеса, Алексей Александрович! - рассмеялся я. - По нынешним доэнтээровским временам, за любое устройство из этих цехов заграничные супостаты большую денюжку заплатить готовы. Ты даже не представляешь, какой сейчас промышленный шпионаж процветает. Я уже устал вражеских лазутчиков к расстрельному рву отводить.