Содержание:
Петербург 1
Глава 1 1
Глава 2 6
Глава 3 11
Глава 4 15
Глава 5 21
Глава 6 27
Глава 7 32
Глава 8 36
Глава 9 42
Глава 10 46
Глава 11 52
Глава 12 58
Глава 13 63
Глава 14 68
Глава 15 73
Глава 16 77
Глава 17 81
Глава 18 88
Глава 19 93
Глава 20 98
Глава 21 102
Глава 22 107
Глава 23 112
Глава 24 117
Глава 25 122
Глава 26 127
Глава 27 131
Глава 28 136
Глава 29 140
Глава 30 145
Глава 31 150
Глава 32 154
Глава 33 160
Глава 34 165
Глава 35 169
Глава 36 174
Глава 37 179
Глава 38 184
Глава 39 190
Глава 40 196
Глава 41 200
Глава 42 206
Глава 43 211
Алекс Кун
Броненосцы Петра Великого
Часть третья
Петербург
Глава 1
Уже неделя, как наша лодочная эскадра покинула узкую и мелкую Сухонь, пробираясь теперь по Северной Двине. Стал лучше понимать купцов, для которых реки России были основными дорогами. Теперь знаю точно, что проблемы с дорогами в России появились много раньше, чем сами дороги. По крайней мере Сухонь, являясь одной из столбовых дорог на север, предстала не в лучшем виде. Были времена, когда команды шли по пояс в ледяной воде и буквально протаскивали лодки по перекатам. Топляки и упавшие деревья норовили перегородить русло, а само русло петляло как пара зайцев, путающих след. Пара, потому что нередко русло раздваивалось, обходя небольшие островки.
Единственное, что указывало на центр России - это довольно много деревенек по берегам, в остальном казалось, что река несет нашу эскадру по тысячелетним завалам лесов, стоящих тут еще со времен мамонтов.
Руководство походом целиком спихнул на полуполковника семеновцев - Павла Васильевича, единственно о чем его попросив, так это дойти до Холмогор как можно быстрее. Вот мы и шли, не задерживаясь в деревнях, и грудью расталкивая заторы - причем, порой в прямом, а не в переносном смысле.
При этом, вылезли все недостатки полка - отсутствие инженерных частей в его составе, как и медиков. Зато, вместо этого был голосистый батюшка, молитвой которого, по идее, солдат должна была обходить простуда, а завалы просто обязаны были расплетаться сами собой.
Готовили по старинке, на кострах, кухни с собой в поход полуполковник не посчитал нужным взять, хоть они и были. Одним словом, подготовка полка к походу оценивалось мною как отвратительная, но первая же беседа с Павлом Васильевичем нарисовала еще более печальную картину. Устава, как такового, в полку не было, как и четкого деления на подразделения по их назначению. Были гренадеры, стрелки и артиллеристы, но деление было весьма условным. Капральства перетасовывались часто, и не столько по назначению, сколько по пожеланиям обер и унтер офицеров полка. А если учесть, что текучка офицерских кадров в гвардейском полку была большой - много родовитых бояр пропихивали своих отпрысков на офицерские должности, и новые метлы, как обычно, мели по своему - то монолитность полка вызывала сомнения. Более того, сам Кунингам воспринимал должность командира полка как временную ступеньку, и к полку относился соответственно. В нашем походе его больше интересовал царевич, чем командование полком. И большинство офицеров полка разделяли заинтересованность своего командира.
В результате, на нашем струге образовался явный перегруз и перенаселенность, в результате которых мы чаще всей эскадры ловили килем все речные подарки.
Спрыгивать в воду этот бомонд так же не считал нужным, ограничиваясь только покрикиванием на солдат, пытающихся столкнуть перегруженную лодку с очередной мели.
Несколько таких купаний, лично мне хватило для озверения - устроил на привале небольшое собрание высших офицеров, пытался вразумить, не имея возможности приказать напрямую. Как об стенку горох. Они, видите ли, отвечают за безопасность царевича и должны быть рядом. Соответственно, грести и сниматься с мелей им так же нельзя, чтоб не отвлекаться от основной задачи. Тупик. Начинаю понимать, откуда выросли корни неприязни, между некоторыми родами войск.
В результате, ничего так и не решили, если не считать, что на меня стали смотреть как на выскочку, пытающегося оттеснить офицеров от Алексея, и соответственно, единолично завладеть его вниманием. Демонстративно перешел на другой струг, искренне радуясь избавлению от перенаселенности и возможности спокойно сидеть над бумагами в подобии кормовой каюты. Чтоб хоть как-то скомпенсировать перегруз лодки царевича - разгрузили его струг от вещей и припасов, распределив их по остальным лодкам эскадры. Целиком это проблему не решило, но садиться на мель стали реже.
В целом, дорога получилась тяжелой, а настроение быстро последовало за стрелкой барометра, упавшего с отметки "ясно", в начале пути, до отметки "пасмурно".
Такому падению настроения способствовало еще и подведение итогов, над которыми жег свечи все свободное время, а в особенности - планы на ближайшее время.
Да, сделали мы не мало. Но все сделанное, больше напоминало корявую и неструганную заготовку, которую еще обтачивать и полировать перед тем, как она станет хоть как-то напоминать законченную вещь.
Отбили проливы от османов? Ну, так их еще сохранить за собой надо, а значит, держать там множество войск, и соответственно их кормить и снабжать. Как штаб флота справиться с этой задачей покажет время, а пока остается только нервничать. Да и сам флот, что черноморский, что средиземноморский - одно название. Потери кораблей и экипажей за летнюю кампанию очень значительны, вся надежда на новые корабли, и на то, что больше таких жарких кампаний не будет в ближайшее время. Крюйс действует уж очень прямолинейно, а как будет действовать Мартин, на посту адмирала черноморской эскадры - вообще неизвестно. Все это усугубляется еще и острой недостачей опытных матросов и офицеров во флоте. Колосс на глиняных ногах может получиться даже более устойчивым, чем наши южные флоты. Но мы об этом никому не скажем, и будем надувать щеки, прячась за славой непобедимого флота, одолевшего османские армады. Будем всячески преувеличивать факты и тыкать ими везде, где только можно. Благо, для этих целей в Константинополе сидит Головин, и у меня сложилось о нем очень хорошее мнение. Если кто то и способен удержать султана от военных действий и запудрить мозги окружающим - так именно он. Кстати, косточку, которую, с помощью французов подбросили султану, о Суэцком канале - еще надо как-то мясом наращивать. Честно говоря, не имею не малейшего понятия, как прокопать эту канавку. Знаю только, что прокопать ее можно, и копать надо в два этапа - сначала небольшой канал для пресной воды, из центральных озер - а потом основной канал. Без пресной воды попытки прокопать канал несколько раз срывались, и повторять ошибки смысла нет. В остальном - туман. А ведь французы и султан могут уже следующим летом захотеть начинать работы. Ужас какой.
И так практически во всем. Одно то, как влез в глобальное сельское хозяйство, не имея никакого опыта в этом деле - бросает в дрожь. Если мои артели не вырастят урожая - то голод скосит многие тысячи людей - именно это и пугает больше всего.
Самое печальное, что получилось все это почти случайно. Просто "Орел" шел в Азов, и ему было не пройти через проливы. А дальше одно цепляло другое - отбили проливы, надо их удержать, пленных надо кормить, земли заселять, противников отвлечь от вынашивания планов реванша.
Историки наверняка распишут в будущем, как тонко была спланирована эта война. И ведь подтверждающие документы найдут. Ерунда это все. Война была сплошным экспромтом, частью совершенно бездарным, частью, просто выехавшим на удаче. Но и об этом мы никому не скажем. А историки, как обычно, отбросят все документы, не вписывающиеся в их концепцию победы.
Но до историков надо еще дожить. Особенно после подсунутых Петру указов о Табеле и Паспорте. Пока бояре выражают мне свое неудовольствие исключительно по морде, но ведь постепенно они разберутся в последствиях, и могут начать выражаться более весомо.
Спрашивается, и чего мне не сиделось спокойно? Так хорошо было! Сидел в Вавчуге, диковины придумывал, на хорошем счету у Петра был. Так нет, пропитался во время посольства инфекцией какой-то, и полез в такую …
Впрочем, это уже не так важно. Теперь впору думать, как из нее вылезти.