- Что… - латинос завертел головой. - Что… - он крутнулся на месте. - Что происходит? Послушай, на меня смотрят… - и вдруг, взвизгнув, бросился бежать снова, слепо, слома голову и крича что-то на двух языках…
…Он бежал и вопил, пока под ногами не расступилось гостеприимно чавкнувшее незамерзающее болото…
Молодой атлет остался стоять на месте. Лишь на минуту он скользнул взглядом вслед убежавшему - и равнодушно отвёл его. Этот американец был сильней. В нём - пусть и негромко - но всё ещё говорила кровь его предков, таких же, как русские, людей Великого Леса. Но и это обернулось против него. Словно прозрев вдруг, молодой рослый солдат неожиданно изумлённо всхлипнул. Он ощутил себя, словно человек, совершивший в пьяном угаре святотатство в храме. "Что я делаю тут?! - мелькнула на его лице отчётливая мысль. - Это не моё вокруг, а у меня - у меня есть своё!!!"
Он удобней перехватил винтовку и побрёл по сугробам дальше. К дороге, о которой ничего не знал - но к которой выйдет через полчаса.
Лес вокруг молчал.
ИНТЕРЛЮДИЯ: "Захватчики".
Ой-ой-ой, какие смелые,
Боже мой, какие глупые -
Рвались в бой, да что ж поделаешь…
Да только все вернулись трупами
Мы пришли за вашим дождем,
За вашим покоем, за вашим небом,
Мы тянули руки к вашей любви,
Мы пришли за вашими песнями,
За вашей солью, за вашим хлебом,
А взяли всего лишь немного вашей земли.
А даль крестом - четыре стороны,
А над тобой - чужие вороны,
Рвется крик: "А мы здесь лишние!"
Но рот забит густыми вишнями.
Мы пришли за вашей весной,
За вашим счастьем, за вашим горем,
Мы хотели сияния вашей зари,
Мы пришли за вашей мечтой,
За вашей сушей, за вашим морем,
А взяли всего лишь немого вашей земли.
Хороша чужая родина,
Штык пробил дыру для ордена,
Здравствуй, край, и до свидания,
Без лица и без названия.
Мы пришли за вашей травой,
За вашим лесом, за вашим снегом,
Мы считали, что мы уже короли,
Мы пришли за вашими звездами,
За вашей ночью, за вашим светом,
А взяли всего лишь немного вашей земли,
А взяли всего лишь немного вашей земли,
А взяли всего лишь два метра вашей земли. (1.)
1. Слова О.Ступиной
* * *
Несмотря на то, что сверху Лондон ещё кое-где был испятнан следами коротких, но довольно яростных февральских боёв, аэропорт Хитроу работал по-прежнему как часы. Взлетали и садились самолёты, только досмотр проводился намного тщательней.
Высокий подтянутый человек в куртке-канадке не боялся досмотра. Он не вёз в страну ничего запрещённого, а на кредитной карточке "Мидлэнд Банк" лежала достаточная сумма, чтобы безбедно жить в английской глубинке - где-нибудь в этакой Хоббитании, в которой остались незамеченными не то что потрясавшие мир последний год события, но и собственные английские проблемы, известные как "Двухнедельная охота на макак" - так её окрестили склонные к иронии аборигены Острова.
Поэтому он очень удивился, когда сразу на выходе из здания аэропорта весёлый молодой человек прикоснулся к рукаву канадки:
- Генерал-майор Иверсон? - молодой человек улыбался.
- Вы ошиблись, - удивлённо ответил прилетевший. - Отпустите рукав, в чём дело?
- Всё нормально, - продолжал улыбаться молодой человек, а приезжий почувствовал, как его взяли под локти две пары крепких рук. - С вами хочет побеседовать Билли.
- Какой Билли? - искренне удивился попытавшийся было вырваться из цепкой хватки двоих "встречающих" человек.
- Наш Билли, - жизнерадостно отозвался "местный". - Его Величество, король Уильям Первый…
…На мосту Тауэр качались по обеим сторонам трупы в мешках из свиной кожи. Это были те из руководства английских исламистов, кто имел глупость попасться в руки армии живыми. На плечах нескольких трупов сидели, нахохлившись, огромные и довольные чёрные замковые вороны. "Кррррок…" - веще сказал один, когда Иверсона вели мимо, многообещающе кося непроницаемым глазом.
Бывший генерал-майор вздрогнул.
- Шагай давай, чёртов янки, - буркнул шедший сзади молоденький валлийский гвардеец, толкая Иверсона в спину стволом L85А3. - Ублюдок недоделанный, вас нам не хватало.
Его Величество стоял посредине моста. В этом не было ничего символичного, да и генерал-майор битой армии не был сколь-либо значительной фигурой для "Билли". Просто так сложилось - отсюда Уильям смотрел на Лондон. И обернулся, когда генерал-майора Иверсона подвели ближе.
В детстве и юности очень похожий на проститутку-мать (и очень любивший её), Уильям Виндзор с годами всё больше обретал резкие, неприятные "виндзорские" черты; лишь волосы остались светлыми, а не тёмными, как у большинства Виндзоров. На них лежал ярко-зелёный берет королевской морской пехоты; несколько офицеров "джолли" (1.) стояли вокруг.
1. "Весельчаки" - жаргонное название английских морских пехотинцев, в частях которых по традиции служат члены королевской фамилии.
- А, Иверсон, - буднично сказал король. - Должен сказать, что с вашей стороны это была редкостная глупость - появиться в Соединённом Королевстве… Право, даже не ожидал. Летели бы на острова Тихого Океана…
- Я не понимаю, Ваше Величество, - генерал-майор сглотнул и понял, что боится - смертельно. - Я не нарушал законов вашей страны… я…
Его заставил сбиться и замолчать негромкий, но дружный смех офицеров. Они все были молоды и взвинчены. Это их руками - морской пехоты, десантников, байдарочников, спецназа, гурков, гвардейцев - при поддержке волонтёрского ополчения "Билли" не столь давно свернул шею исламистам… а заодно - и британской демократии, превратившись в первого… нет, второго после Папы Римского - абсолютного монарха на территории Европы. Второго, но, похоже, не последнего… Иверсон поймал ненавидящий взгляд юного рыжего красавца с нашивками порученца короля - и опустил глаза.
- Иверсон, - сказал Уильям, - ну что за разговор? Глупый разговор… Да, кстати, - он оживился, - вы слышали о моей первой мирной спецоперации? Россия после окончательной победы - думаю, через пару лет они уймутся - допускает Бритиш Петролеум к разработке концессий в Туркмении… А взамен - всего-то пустячок…
- О чём вы, Ваше Величество? - Иверсон почувствовал, как немеет язык.
- В Виндзоре сидит уже три дня генерал-майор Ларионов, - пояснил Уильям. - Глава русской комиссии по реституции.
- При чём тут возвращение ценностей? - Иверсон передёрнул плечами. - Ваше Величество…
- Главное перемещённой ценностью русские объявили своих детей, - дружелюбно пояснил король. - А ни для кого не секрет, что под эгидой армии США с территории России было вывезено около 600 тысяч таковых. И вы играли в этом вывозе не последнюю роль…
Судорожным движением генерал-майор схватился за перила моста, который, казалось, закачался.
- Не выдавайте меня… - простонал Иверсон. - О боже, Ваше Величество, я умоляю вас…
- Ну-у… - король развёл руками, и генерал-майор вдруг увидел, что у него холодные и
неприязненные глаза. - Тогда я могу предложить вам выбор, Иверсон. В конце концов, на вас свет клином не сошёлся, в Принсгейте сидят уже с десяток таких, как вы, Ларионов удовлетворится этим… А вы… Вы можете отправиться на родину…
- Нет!!! - лицо Иверсона исказил животный ужас. - Только не это!!!
- Верно, федералы вас казнят за измену, "серые спинки" - за то, что вы виновны в бедствиях Америки… Но от меня-то что вы хотите? - сочувственно сказал Уильям. - Мне вы никто. Даже не подданный, ведь паспорт-то фальшивый. Россия, - он указал подбородком на восток, - или Америка, - резкий подбородок повернулся на запад.
И тогда бывший генерал-майор завыл. Тонко и жалобно. Он упал на колени и пополз по мосту, уцепился за штаны цвета хаки.
- Нет! Нет!! Нет!!! - словно заклиная, кричал он. - Во имя человеколюбия… гуманности… ради ваших традиций… убежища! Тюрьмы… пожизненного… только не выдавайте!!!
- Убери руки, чёртов компрачикос! - истинные чувства прорвались наконец в короле, и Уильям наотмашь ударил американца по трясущемуся, обморочному лицу. - Из-за таких, как ты, нас, людей Запада, сорок лет считали тварями!
Под мостом посвистывал ветер. Тауэр видел и не такое…
…Несмотря на то, что Иверсона утаскивали двое гвардейцев, его вой ещё долго был слышен на мосту.
- Бабушке надо поставить памятник за то, что она не позволила втянуть нас в эту авантюру… - Уильям поправил берет.
- Какая тварь, - с отвращением сказал рыжий. - Неужели он был офицером американской армии?
- Нам это уже не важно, - король вдруг по-мальчишески подмигнул офицерам, и те оживлённо задвигались. - Бог вновь сохранил Англию - и, даст он же, мы её поднимем повыше, чем она стояла последние полвека.
- Поднимемся, цепляясь за русский хвост? - фыркнул кто-то. Уильям усмехнулся:
- Почему бы нет? А потом… - в лице Виндзора проступило что-то хищное, не то от льва, не то от ястреба. - Потом будет потом, джентльмены. Для Англии всегда есть это "потом"… ВСЕГДА.
ПИСЬМА
Здравствуй, Серёжа!
Ты наверное уже забыл кто я такой и вобще. А я Лёшка. Лёшка Баронин. Вспомнил? Я тебя часто споминаю. И всех наших.
Я пишу из США. Хотя теперь ведь уже нет США, а есть КШСА. Неудобно выговорить. Конфидерация Штатов Северной Америки. Так вот здравствуй Серёжа из КШСА.