Всего за 219 руб. Купить полную версию
Еще Головатюк приволок два примитивных стальных шлема, не способных защитить от прямого попадания большинства образцов даже местного стрелкового оружия, и два устройства, которые он назвал "противогаз". Судя по названию, они должны были защищать от воздействия агрессивной внешней среды, но когда я ознакомился с их конструкцией, то понял, что они нам вряд ли пригодятся. Даже Головатюку. Ибо по моим прикидкам данный образец сохранял фильтрующую способность в случае использования против нас веществ первого класса токсичности в лучшем случае минут на двадцать - тридцать. Да и защищал только органы дыхания, а также кожу и слизистые оболочки в области лица. Я же мог задерживать дыхание на срок порядка двадцати минут, причем при полной нагрузке, а за это время был способен преодолеть по среднепересеченной местности расстояние почти в двадцать километров. Что по моим прикидкам позволяло покинуть любую зону заражения, которая могла быть создана при данном уровне технологического развития.
К тому же метаболизм гвардейца позволял разлагать до шестидесяти средних летальных концентраций веществ высшего класса токсичности без потери боеспособности. А до двухсот - с частичной потерей. А для того чтобы такое количество токсинов могло проникнуть в организм через слизистые, двадцати минут явно мало. Так что противогаз мне был не нужен. Но, похоже, он также входил в состав боевого комплекта снаряжения бойца местной армии, и я решил не спорить с правилами.
- Ладно, - сказал я, поднимаясь на ноги. - Пора двигать.
- Я извиняюсь, товарищ командир, - подал голос старший сержант. - А куда?
Я задумался. Поскольку противник наступает с запада, или какие тут местные обозначения сторон света, то отступать лучше всего на восток. Но как? Вместе с отступающими войсками или в одиночку? В одиночку я всяко боеспособнее и мобильнее, но куда тогда девать Головатюка? А с ним лучше прибиться к какому-нибудь подразделению. Конечно, я мог бросить старшего сержанта и разбираться в обстановке дальше самостоятельно, но это если рассуждать совсем уж абстрактно. С того момента, как мне было пожаловано право принести присягу гвардейца, моей жизнью руководили три ценности - Долг и Честь, Воля Императора и Кысмет. Все они находились в сложном и не всегда однозначном соотношении друг с другом, чаще всего ведя меня по жизни вместе, но иногда отступая друг от друга, а случалось, и противореча друг другу. Но сейчас этого не было. Кысмет привел меня на эту сторону. Долг и Честь обязывали защищать тех, кто в данный момент считался своими. А Воля Императора повелевала разобраться, куда же все-таки я попал и как мое присутствие здесь может послужить на благо Империи.
- Пока двинемся туда, - ткнул я в сторону востока, - а там посмотрим…
* * *
- …ну, так я это, - задумчиво начал Гарбуз, - тушенку велю по вещмешкам разобрать и картоплю частью тоже, а частью запечем.
Я никак не отреагировал на вопросительные интонации в его голосе. Если буду влезать во все мелочи, находящиеся в ведении старшины, времени на исполнение командирских обязанностей - оценку обстановки, организацию разведки и связи, принятие решений - у меня не останется. Нет, я понимаю, иногда приходится влезать в компетенцию подчиненных, если видишь, что они не справляются с обязанностями в той мере, которая уже создает угрозу выполнения задачи, но первейшая обязанность командира - повышать компетенцию подчиненных до уровня как минимум на один выше ныне занимаемой должности. Я был совершенно уверен, что в моей монаде все действительные гвардейцы со сроком службы не менее пяти лет полностью готовы к исполнению обязанностей лидера монады. Как и в том, что наш командир батальона полностью уверен в компетенции восьмидесяти процентов командиров монад. Остальные командовали монадами менее трех лет и в линии старшинства не состояли.
Старшина бросил на меня еще один тоскливый взгляд и отошел. А вот так вот, дружок, привыкай сам принимать решения. Ты в линии старшинства - второй после меня и Головатюка. И хотя убить меня местным оружием довольно трудно, но мало ли! И в случае чего тебе придется возложить на себя бремя командования. Учись!
- Товарищ командир, там еще двое прибились, - подбежал с докладом Головатюк.
Я кивнул. Значит, наш маленький отряд разросся уже до десяти человек. Еще трое - и мы сравняемся численностью со штатной монадой. Наша команда, начавшаяся всего с двух человек, постепенно разворачивалась в серьезное подразделение, а значит, надо было подумать об организации системной боевой подготовки. Ибо святое правило Гвардии - боец должен исходить потом до боя, но не кровью во время. А тот уровень боевых навыков, который демонстрировали прибившиеся ко мне бойцы, меня совершенно не устраивал. Нет, гвардейцев из них я сделать никак не смогу, но довести их подготовку хотя бы до уровня приличных территориалов мне вполне по силам.
- Кто? - уточнил я у старшего сержанта.
- Артиллеристы.
Я молча застегнул воротник, опоясался ремнем и двинулся знакомиться с пополнением…
* * *
Перед тем как покинуть разрушенный штабной городок, мы с сержантом стащили все целые тела и некоторые более-менее крупные части разорванных в большую воронку, образовавшуюся на месте двух попаданий неуправляемых боевых блоков, что для данного типа боеприпасов являлось большой редкостью, а затем закидали их щебнем и битым кирпичом. Из собранного мной содержимого карманов решено было взять только документы погибших и кое-какие полезные вещи, типа раскладного ножа, зажигалки и механических наручных часов. Именно их я принял за наручный многофункционал.
В Империи механические часы присутствовали, но только как бешено дорогой аксессуар, служащий не столько для измерения течения времени, сколько для собственного позиционирования в социуме. Впрочем, некоторые экземпляры действительно вызывали уважение мастерством своего изготовления. Я сам видел один подобный образец у Кая Александрие, тоже лидера монады, но стоящего в линии старшинства на пять позиций выше меня. И даже подумывал приобрести нечто похожее для себя. Но потом это желание как-то затерлось. Тем более что выше нас в социуме Империи все равно никто не стоял и стоять не может, мы - элита элит, а открыто демонстрировать принадлежность к Гвардии было не принято. Ну а если такая необходимость возникала, то способов дать понять окружающим, что перед ними гвардеец, в нашем распоряжении имелось великое множество…
Кроме того, старший сержант спросил у меня разрешения изъять для собственного использования все собранные трубочки с сушеной травой, дым из которых вдыхал старший лейтенант Башмет. Парень аргументировал тем, что пополнить запасы в ближайшее время ему вряд ли удастся, а "без курева уши пухнут". Похоже, в составе травы, являющейся наполнителем этих трубочек, присутствовал некий наркотик, используемый в качестве легкого релаксанта. И это вызвало вопрос, почему старший лейтенант Башмет посчитал пользование курительными палочками табу для "коминтерновца". Кстати, я так пока и не выяснил, что это такое. Ну а самым главным моим приобретением оказалась довольно тонкая книжица в бумажной обложке под названием "Боевой устав сухопутных войск. Часть III. Взвод, отделение, танк", обнаружившаяся в сумке одного из убитых командиров. Для меня это был прямо-таки бесценный кладезь информации, особенно в области терминологии.
Физическая подготовка в этой армии также оставляла желать лучшего. Мы двинулись в путь через лесок. Первые три километра мы преодолели в относительно приемлемом темпе, а затем старший сержант сдох. Он хрипло дышал и то и дело останавливался "трохи отдышаться". Так что скорость передвижения снизилась с не слишком впечатляющих десяти километров в час до максимум трех-четырех. Впрочем, скорее всего я придираюсь. Для человека, не достигшего даже первого уровня антропрогрессии, старший сержант держался очень неплохо. К тому же у меня вследствие снижения темпа появилась возможность пролистать найденную книжицу и почерпнуть оттуда немало интересного.
Спустя полтора часа очень, на мой взгляд, неторопливого марша мы вышли к проселочной дороге. У обочины стояло наземное транспортное средство, вокруг которого бегал командир со странным приспособлением на носу, представлявшим собой два круглых стеклышка в металлической оправе. Поначалу я принял их за некий облегченный, полугражданский вариант блока визуальной разведки. Я все еще воспринимал окружающее по собственным меркам, забывая о сильной технической отсталости этого мира.
- Стой! - заорал он, тут же хватаясь за контейнер на поясе, в котором, как я уже знал, хранился ручной вариант местного оружия под названием ТТ. - Кто такие?
Поскольку я в отличие от старшины засек его присутствие еще шагов за двадцать до того, как мы вышли на дорогу, "дегтярь", с первого взгляда продолжавший по-походному висеть на моем плече, уже смотрел стволом в сторону этого командира. Так что это не он представлял для нас угрозу, а я для него. Но открыто демонстрировать ее я пока не собирался.
- А вы? - ответил я вопросом на вопрос, добавив в голос повелительных обертонов. В том психологическом состоянии, в котором сейчас находился этот командир, волевой посыл, содержащийся в моем голосе, должен был сработать на сто процентов.