Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
- Не ярла, а эрла или тана, - поправил его молодой ярл. - А драться мы с ними не будем. Зачем? Их слишком много, да и далеко они еще. Вполне успеем уйти.
Они успели уйти. Погрузили в драккары добычу. Рабов не брали - с этим товаром заботы много, да и когда еще можно будет их продать, ведь охота только начиналась: всего лишь без малого полмесяца бороздили боевые ладьи Хельги серые волны Северного моря, терзая восточные берега Англии, от Нортумбрии и Мерсии до Кента. Схема всех нападений была примерно одинаковой: к берегу подходили обычно ночью (благо знали куда - со слов верзилы Горма, излазившего здесь вместе с Хастейном буквально каждый куст), поднимались немного вверх по реке - если была река - или выходили на отмель. Высаживались - тихо, без шума и пыли - и брали мечом все что нужно под носом у местных гезитов-дружинников. Пока к ним скакал гонец - хотя, конечно, гонцов старались не выпускать, были на то выделены особые люди, - пока те прочухивались, корабли молодого ярла успевали загрузиться добычей и тихо отчалить. А уж в море поди поймай их. "Собаки моря" - так прозвали морскую дружину Хельги местные эрлы и таны.
В общем, начало военного похода можно было считать удачным. Правда, некоторые так не считали, и Хельги догадывался кто. Мало было богатства. Ну что это: шерсть да редкие сокровища деревенских церквей. Вот бы чего стоящего. Честно говоря, и самому-то Хельги надоело шариться по мелочам. Взять бы крупную добычу - и домой, в Бильрест-фьорд. Но вот крупной добычи пока не случалось.
- Выслеживать надо, - ворчали по этому поводу старые, еще хастейновские, волки. - И своих людишек на берегу хорошо бы иметь, и схроны, и отстойники тайные.
Да, оно конечно. Хорошо бы все это иметь, Хельги о том и без советчиков всяких вшивых знал. И подумывал уже - как бы реализовать. Не столько местных опасался, сколько таких же, как сам, "охотников за черепами", коих в здешних водах водилось больше, чем муравьев в муравейнике, в основном, конечно, даны. Правда, боги милостивы - до сих пор ни с какими "коллегами" дружина молодого ярла не встречалась. А вполне бы могла! Налетят десятка два драккаров, заберут все честно награбленное добро, да еще самого продадут в рабство - не очень-то радовала Хельги подобная перспектива. Можно, конечно, было прибиться к какому-нибудь морскому конунгу с десятками судов, типа Железнобокого Бьорна или того же Ютландца. Да вот добыча тогда, скорее всего, оказалась бы даже меньшей - попробуй-ка раздели на всех, что останется? - а свободы действий никакой. Сиди себе смирно, исполняй приказы, вот вся свобода. Не очень-то хотел этого Хельги, да и многие не хотели. А многие - хотели. Шушукались, в редкие минуты покоя собираясь в кучки. Тот же Фриддлейв, Заика, Хрольв… Да и эти, хастейновские, тоже мутили воду, козлики, ожидая малейшего просчета ярла. Вот и думай тут. И как да где побольше богатства награбить, и как самому в ощип не угодить, да за своими глаз да глаз нужен. В основном именно по последней причине молодой ярл выходил на охоту каждый день, не давая людям бездельничать. Знал - для воинского коллектива безделье самое гнусное дело. Сразу же разговоры пойдут, сплетни, игры, поножовщина. Обычное дело. Потому и вчера были они в набеге, и позавчера, и позапоза… А вот завтра, видимо, придется охолонуть. Уж слишком много добра в драккарах, повернуться негде. Правильно твердили хастейновские - схрон нужен, отстойник. Без него - как без рук.
Хельги чуть привстал на корме:
- Эй, позвать ко мне Горма!
Горм явился с почетного места - греб на носу, там все лучшие сидели, чтоб, ежели что… бой-то обычно с носа и начинался.
- Ты говорил о схронах, Горм, - улыбнулся Хельги. - Вот, о них и подумаем.
Горм надулся от важности. Все видели, как его - именно его, никого другого - пригласил хевдинг для важного совета.
- Непростое дело, мой ярл, - тихо сказал он, усаживаясь на корме рядом. Шатер, ввиду теплого дня, был свернут, и ветер приносил с весел вкусные соленые брызги.
Хельги долго разговаривал с Гормом, затем отправил привязанную за кормой разъездную лодку за Харальдом и Фриддлейвом, поговорил и с ними. Да, действительно, дело оказалось не таким уж простым, хотя, казалось бы, куда уж проще: выбрал безлюдное место да затихарился там.
- Это не Халогаланд, ярл, и даже не Вик, - усмехаясь, говорил Горм. - И безлюдные места здесь - большая редкость. В Англии семь королевств, нас интересуют только четыре, по побережью. Главным считается Уэссекс, но он на юге, Сессекс и Эссекс подчиняются ему беспрекословно, а вот правители Нортумбрии и Мерсии - северных королевств - не особо. Есть еще Восточная Англия, где мы сейчас, - они должны хорошо помнить веселые налеты Хастейна… Кстати, здесь и можно поискать.
Стали искать. Медленно, опустив парус, на одних веслах подходили к берегам, вдали от населенных мест. Высаживали разведку. Те возвращались, докладывали. Там за лесом целых четыре деревни и хорошо укрепленный монастырь, в другой стороне - широкая дорога, ясно, что ведет она к достаточно людным местам, а вон тут, рядом, вообще, похоже, город. Н-да-а… Так и до осени можно плавать. Целый-то день рыскали без устали, и вправду словно собаки. Только к вечеру наконец повезло. Речка - а скорее, ручей - оказалась достаточно глубокой, шириной, конечно, подкачала - если расправить весла, как раз упрешься в берега. Весла сложили. Потащили на веревке. Разведка доложила - рядом имеются озеро и болото, поросшее камышом и мелкими корявыми елками. "Хорошее" место. Да и речка, если честно, не вызывала особых чувств - вся позеленела, заросла травою и ряской. Не речка - болото. Впрочем, довольно глубокое: посередине - с человеческий рост, вполне достаточно самому большому драккару. Тут и решили встать. Заперлись в камыши, сняли с форштевней носовые фигуры - и маскировки ради, да и чужих богов гневить на пустом месте не гоже. Мачты, естественно, давно были сложены, лежали аккуратненько на подставках. Хорошо замаскировались - отойди от реки шагов на пять - уже не заметишь. И похоже, действительно не было тут никого. Одни кулики да лягушки. Подкрепились, не зажигая огня, солонинкой, что в достатке взяли в монастырских закромах, да винцом - оттуда же. Выставили часовых, выкопали на берегу глубокую яму. Сложили сундуки, чтоб не мешались на драккарах. Закопали - да не полностью, а оставили чуть-чуть ямку, залили ее водой, принесли тины - любо-дорого посмотреть, словно всю жизнь тут это болотце и было! Пусть добро полежит, целее будет. Откопать недолго.
Пока обустраивались, не заметили, как стемнело. Еще с вечера заволокли небо густо-синие тяжелые тучи, не замедлившие пролиться дождиком. Так он и стучал каплями - то усиливаясь, то мелко, по-осеннему, морося. На кораблях поставили шатры, в которых и укрылись от комаров и непогоды викинги. Выставили часовых - уж тем-то пришлось не сладко, попробуй высиди недвижно под дождиком, да еще и снизу мокро - местность кругом болотистая.
Молодой ярл, не ленясь, лично проверил часовых и, возвратившись на корабль, завалился в шатер, скинув намокший плащ. Улегся на медвежью шкуру и лежал так, смотря в вершину шатра синими, как морские глубины, глазами. Длинные, цвета спелой пшеницы волосы ярла спутались и лезли в глаза мокрыми светлыми прядями. Он не обращал внимания - и непонятно, то ли спал, то ли бодрствовал под шум дождя и унылое пение комаров. Слегка подремывал, думал…
Сельма, дочь Торкеля бонда, занимала сейчас мысли молодого ярла. Высокая, белокожая, красивая. Темно-голубые сияющие глаза, чуть припухлые губы, светлые волосы, заплетенные в толстую косу, - Хельги, правда, они больше нравились распущенными - тогда Сельма становилась совсем похожей на валькирию или морскую деву. Молодой ярл вспомнил, как первый раз поцеловал девушку - и та не сопротивлялась, хотя знала: если увидит кто, весь род Торкеля не оберется позора. Хорошо, места вокруг были глухие, безлюдные - озеро возле кузницы Велунда. Велунд считался колдуном-годи, и люди его побаивались, в окрестностях кузницы предпочитали не появляться без особой нужды. Занятие волшбой для мужчины считалось предосудительным, в основном женщины этим тешились, ведьмы, а тут вдруг - колдун! А с чего это старый Велунд занялся колдовством - никто уже и не помнил, слишком уж много времени прошло с тех пор, сам он о тех временах не рассказывал даже единственному своему ученику - Хельги, а расспрашивать опасались.
Ярл вздохнул и слабо улыбнулся, вспомнив, как вместе с друзьями - Харальдом Бочонком, Малышом Снорри и Ингви Рыжим Червем - спас Сельму от ужасной смерти, вырвав из гнусных лап Конхобара Ирландца. Похоже, очень похоже, что и Ирландец имеет отношение к самому черному колдовству… Слышал бы сейчас эти мысли Конхобар Ирландец - возгордился бы тут же!
А как плакала Сельма, прощаясь, как бежала вслед кораблям…
Молодой ярл, юный норманнский хевдинг, коему не исполнилось еще и шестнадцати лет, закрыл глаза, проваливаясь глубоко-глубоко в темные дебри сна…