Кукушкин Всеволод Владимирович - Меч императора стр 12.

* * *

– Знаешь, когда мой отец был еще студентом, он работал в Пекине в Ботаническом саду академии наук Китая вместе с интересным коллегой, его звали Пу И, – сказала Ма, накрывая на светло-коричневом деревянном "журнальном" столике вечерний чай в гостиной. На кухне она признавала только завтрак, когда все спешат. А вот вечерний чай должен быть легким, без тяжелой пищи, он предполагает спокойное общение, даже тихую музыку, а если и включать телевизор в Москве, то только на канал "Культура". К чему исподволь приохотила и мужа.

– Но Пу И – это, кажется, бывший император, последний китайский император из династии Цинь. О нем даже фильм был снят. Кажется, Бертолуччи, – припомнил Виталий.

– Хорошо историю помнишь, – одобрила Ма. – Отец тогда занимался ароматами цветов и, как ты знаешь, сумел многого добиться. Наша фирма началась именно с того сада. И он работал в саду вместе с Пу И, который "перевоспитался" в конце пятидесятых, с ведома, а, скорее, по указанию Мао. Его амнистировали в декабре 1959 года. С марта следующего года он уже работал в Ботаническом саду китайской академии наук. У нас дома в Пекине есть книга его воспоминаний "Первая половина моей жизни", которую он подарил отцу. Там даже есть его автограф.

– Сейчас это уже серьезная ценность, – заметил Виталий, поглядывая, не заварился ли чай до настоящего цвета.

– Но не об этом разговор. Он умер в 1967 году, ему было 65 лет. Пу все-таки многое в жизни пережил, а стрессы здоровье не укрепляют. Отцу и Пу почему-то было интересно разговаривать друг с другом. Пу И вообще был неординарным человеком, кстати, как раз в России, в Хабаровске он начал заниматься огородничеством, стал что-то делать своими руками. А вообще он был идеалистом, романтиком и абсолютно беззлобным человеком.

Виталий даже хмыкнул про себя. Его китайский тесть в свое время основал парфюмерную фирму, которая хотя и не сразу, не рывком, но все-таки вышла на лидирующие позиции. Причем не только в Китае, но и за его пределами. А настоящий успех к ней пришел, когда Ма – поздняя, а потому и особенно любимая дочь от второго брака – первая жена рано умерла, – возглавила в конце девяностых отдел рекламы и какое-то время была даже "лицом фирмы", красуясь на обложках гламурных журналов, которые в Китае становились все более популярными. Он и сам помог семейному бизнесу несколькими идеями, вспомнив однажды, что видел дома оставшиеся от бабушки духи "Красный мак" в красивых, но уже пустых флаконах и коробочках с иероглифами. Если какой-то француз назвал свои духи "Опиум", то "Красный мак" ничуть не хуже и также может очаровать чье-то обоняние.

* * *

Аромат хорошего парфюма действует, как хорошее вино. Он опьяняет мягко и нежно, окутывает невидимым легким облаком. Иногда, кажется, что голова начинает кружиться. Словом, находишься в эйфории. И состав духов похож на набор нот волшебной музыки. Если начать принюхиваться, пытаясь вычленить отдельные запахи, то создается полное впечатление, что на тебя накатывают неожиданные волны, несущие ароматы бергамота, фиалки, шалфея. Потом появляются роза, африканский жасмин, ирис, пион, цвет апельсина, цветы дикого персика. А потом за ними следует шлейф из дополнительных ароматов – сандал, белый мускус и наконец, серебристый ладан. И тот, кто чувствует этот аромат, вдруг ощущает, что на него снизошла благодать.

В хорошей парфюмерии сейчас встречаются классика, пережившая и века, и сегодняшний суматошный городской стиль.

Виталию не были чужды приятные ощущения от ароматов. Еще и до встречи с Ма, он с разбором пользовался мужской туалетной водой, завершая утреннее бритье и уходя на работу. Но с началом новой жизни дизайнер стал разбираться в рецептуре хорошей парфюмерии.

Для себя он даже вывел новую формулу, в шутку экспериментируя в опытной лаборатории, когда они гостили у тестя в Пекине. Попробовал составить весенний аромат, какой-то васильковый. Потом добавил нотки фиалки, жасмина, бархатного мускуса, даже дачных левкоев. Кто-то из специалистов за полчаса за чашкой чая, в котором он пробовал "услышать" не только бергамот, но и что-то еще, объяснил ему, что на самом деле ароматы многослойны, они создаются авторами, в большинстве своем исповедующими классическую благородную манеру высоких мастеров парфюмерии. И в дело идут сандаловое дерево и пачули, розмарин и пихта, ваниль и мед. Аромат тубероз и белой лилии – это сад на берегу средиземного моря. А неведомый многим стиракс использовался в парфюмерии еще в древности.

И его китайский тесть сумел добиться успеха благодаря именно такому национальному качеству, как терпеливость и страсть к работе. Впрочем, когда они познакомились чуть ближе, оказалось, что тесть не чужд и мирских радостей. Нет, он не любил крепкие спиртные напитки – он любил кинокомедии, старые французские и голливудские ленты. Даже собрал коллекцию фильмов с участием Пата и Паташона, Бурвиля, Фернанделя, Де Фюнеса, братьев Маркс, Гарольда Ллойда. Но гением считал Бастера Китона.

– Смотри, смотри на его лицо! Как он невозмутим! – восторгался тесть, в который уже раз пересматривая "Навигатора".

Виталий вяло отнекивался: Да он всегда и везде с одинаковым лицом!

Тесть возмущенно подскакивал в кресле. – И он всегда с правильным лицом! В минуту самой большой опасности он всегда спокоен и выдержан! Уверенный в себе! Знаешь, я хочу сделать утреннюю воду для мужчин. И назвать её "Бастер". Для всегда спокойных выдержанных мужчин. Как ты думаешь, в Америке и Европе может быть спрос на таких мужчин? А у вас в России?

"И в Америке, и в Европе, и в Австралии, и на обоих полюсах! Спрос на спокойных уверенных мужчин есть всегда и везде!" – подумал про себя Виталий.

* * *

– Хорошо. И что дальше? – история начала интересовать Виталия, который уже почти год, как занимался "текучкой", а душа жаждала приключений. Но Ма не спешила, она посмотрела, заварился ли чай и, оценив цвет напитка, начала разливать его по тонким фарфоровым чашкам с драконами. Ма умела вести разговор, она не спешила открыть главное, ради чего разговор затевался. Это было в стиле как раз великого Китайского искусства переговоров. Но Виталий обладал быстрым умом, легко схватывал информацию, а потому иногда торопился.

– А то, что Пу И рассказал отцу о своем мече, – перешла она к главной теме. – Меч был выкован в Японии и подарен императору японским императором, и обладал к тому же особыми свойствами. Японцы считают, что катана – так называется меч – единственное в мире оружие, которое сделано из "живого" металла, а потому, как все живое, имеет собственный дух.

– Хочешь сказать, что антикварный меч может сам что-то делать и влиять на мировые события? – теперь Виталий решил слегка подначить Ма. Он, не думая об этом, прибег к классической тактике разговора: подвести собеседника к возможности выговориться, надо его чуть подтолкнуть, показать, что его рассказ интересен. Пусть собеседник думает, что он знает что-то, чего другие не знают и это показывает его дополнительную значимость.

– Не знаю. Но император сказал, что он этот меч подарил русскому полковнику после того, как вернулся в Хабаровск из Токио. Только в руках полковника особые свойства меча в полной мере не могли проявиться…

– Слушай, мы с тобой живем на планете Земля, у нас есть квартира и дача в Москве, есть квартира в Гонконге, дом на Маврикии, – поняв, куда ведет разговор жена, шутливо возмутился Виталий. – И что, разыщем мы его, и нам нужно будет повсюду таскать с собой этот меч? Каждый раз объяснять таможенникам, что мы не террористы, а это наша семейная реликвия?

– Зачем? Ты не следишь за разговором. Это же не наш меч! Он сейчас где-то в России. Может, даже здесь, в Москве. Но, мне кажется, теперь меч должен вернуться в Китай. Я думаю, что меч надо найти и русские руководители могут сделать великий дар китайскому народу. Этот символ может открыть многое для людей.

Наконец-то Ма раскрыла, зачем она затеяла этот разговор.

– Да ты пацифистка! А идея, в общем хорошая. Даже благородная и может быть полезной, если удастся ее реализовать. Но сначала надо узнать, где, собственно, находится меч. Боюсь, это очень не простое дело.

– А помнишь, как твой двоюродный брат искал "Голубой Маврикий"?

Еще бы не помнить! Тогда-то они с Ма и познакомились.

– Тогда ему было очень нужно выкрутиться, к тому же они с друзьями знали, что в случае успеха, каждый из них троих сможет начать свой интересный бизнес, – разъяснил не столь давнюю ситуацию Виталий.

– Ну вот, раз теперь тебе деньги не нужны, ты и не хочешь начинать новые поиски! – это было сказано с некоторыми нотками упрека, мол, угас в тебе, милый друг, дух благородного авантюризма. – Поговори с Игнатом, может быть, он заинтересуется? И Филипп может помочь – все-таки компьютерный аналитик любит решать настоящие задачи. И Василий любит приключения, а Юлиана, если об этом узнает, его в покое не оставит.

– Надо подумать, собрать литературу, какие-то документы, – но это не было отказом от идеи, скорее, Виталий намечал первую линию предстоящего приключения. А без приключений такие поиски не обходятся. Да и к брату с его друзьями так просто не подойдешь. Ведь так просто не пойдешь по улице спрашивать – вы тут меча случайно не видели? В лучшем случае, пальцем у виска покрутят, а то еще и позвонят по одному из коротких телефонных номеров.