Жеребьев Владислав Юрьевич - Негоциант стр 17.

- Работа, - отмахнулся он, довольно улыбаясь. - Во главу всего работа, а уж отдохнуть успею. Вот, лучше возьмите повязку. Она вам пригодится.

- Нет, - улыбнулся я. - Я уж лучше спущусь в общий зал, проверю свои новые знания на практике.

Старик лишь отмахнулся и, плотно закрыв за мной дверь, принялся шаманить над своим камнем.

Несмотря на поздний час, жизнь в обеденном зале била ключом. Множество людей, кто в гражданском, кто в легком доспехе, заполонили обширный, а теперь казавшийся маленьким и тесным зал. Шумели, играли в кости, пили вино и пели песни. Молодой парень с длинной куцей бородкой, пристроившись на небольшом подиуме, бряцал что-то на вычурном струнном инструменте, симбиозе мандолины и гитары. Мимо меня проносились официанты, разносящие на широких подносах напитки и мясо. С одним из них я чуть не столкнулся, но парень, ловко перехватив свою ношу, успел по дороге раскланяться и почему-то извиниться.

- Прошу простить меня, уважаемый негоциант.

- Не стоит, - легко отмахнулся я.

Я понимал. Я понимал абсолютно все. Застольные песни пьяных военных, завывание бородатого барда, неразборчивое бормотание завсегдатаев, предпочитающих барную стойку общему залу. Подготовиться к этому крайне сложно, а уж осознать вдвойне. Я привык к тому, что любое знание дается с трудом, упорством и жаждой этого знания, но чтобы в один вечер, и выучить язык? Потрясающе. Профессор Берк и то предрекал минимум полторы недели.

- Как поживаете, господин негоциант?

За барной стойкой, на этот раз в кожаном фартуке и с залихватски заломленным колпаком на голове, находился сам управляющий.

- Замечательно, - улыбнулся я. - Нас не представили. Дмитрий.

- Негоциант Дмитрий…

- Просто Дмитрий. - Я уселся на чудом оставшийся свободным в этой сутолоке стул и принялся изучать ряды сосудов с горячительным. - К чему этот официоз?

- Тогда я просто Арнольд, - кивнул бармен. - Желаете выпить?

- Видите ли, Арнольд, - замялся я. - Мы только что прибыли…

- Не извольте беспокоиться, господин Дмитрий, - задорно подмигнул мне человек за барной стойкой. - Для людей вашего круга счет в нашем заведении всегда открыт. Вы всегда сможете расплатиться, как вновь встанете у нас на постой. Вот ваш предшественник, негоциант Андрей, земля ему будет пухом, был частым клиентом нашего заведения. Расчет с ним был честен. Деньги приносил в срок или присылал с курьером. Все чин по чину.

- Я слышал, ему отрубили голову? - осторожно поинтересовался я.

- О да, - кивнул бармен. - Печальная история. Так что вы все-таки желаете?

- На ваш вкус, - пожал я плечами. Знания языка в моей голове прибыло, а вот элементарных понятий, таких, к примеру, как названия напитков в пузатой стеклянной таре, стройными рядами громоздящихся за спиной управляющего, я попросту не знал.

- Пива! - На стойку рядом со мной буквально рухнул молодой солдат с нашивками местного пехотного полка на рукаве. - Пива, чертов обманщик, мне и моим друзьям, и не вздумай разбавлять свою кислятину. Трактир подпалю!

Смотритель усмехнулся в кулак и выставил перед горе-воином здоровенную глиняную кружку литра на полтора, не меньше, до краев наполненную ароматным пенным напитком.

- Угощайтесь, господин сержант, - от заведения.

Пробормотав что-то невразумительное, солдат, в обнимку с пивом, нетвердой походкой удалился к дальнему столику, где его друзья сослуживцы горланили застольную песню и предавались всем прелестям безудержного пьянства.

- Дичают, - виновато кивнул бармен, выставляя передо мной стакан с янтарным напитком. - Скучно им здесь. В карты или кости играть неинтересно, каждый уже знает, кто на что способен, дуэли запрещены военным кодексом. Остаются шлюхи и алкоголь, вот и пьют без удержу, спуская за вечер жалованье, да грезят о горных компаниях. Вы только не подумайте ничего плохого, господин Дмитрий, все они, в сущности, отличные парни, готовые, если что, закрыть тебя грудью от вражеского арбалетного болта, но как выпьют, дураки дураками.

- Мой предшественник, - кивнул я и пригубил предложенный напиток. Крепкий, терпкий, со странным, абсолютно незнакомым, но любопытным привкусом, он мне явно понравился. - Негоциант Андрей. Хотелось бы более подробно узнать, что стало причиной столь печального конца?

- Интриги, - улыбнулся бармен. - Интриги и обычаи. Вы, наверное, не знаете, что, вступаясь за даму, вы обязаны вызвать обидчика на дуэль?

- Ну почему же, - пожал я плечами. - Когда-то и у нас был схожий обычай. Только было это очень давно, и с тех пор придумали массу менее кровопролитных способов решения таких вот споров.

- А у нас, видать, осталось, - пожал мой собеседник плечами. - Заступился ваш коллега за даму, вызвал обидчика на дуэль, да не учел, что тот, в случае вызова, волен выбирать то оружие, что лучше в руку ложится.

- И что же произошло? - Я отхлебнул из стакана и глазами поискал пепельницу.

- Сущая безделица, упал в обморок прямо перед тем, как поклониться королю. Его Величество страх как любит зрелища, а если дело доходит до дуэлей, так сам не свой. Скрепя сердце указ о запрете сего зрелища в армейских кругах подписывал, да и то, чтобы друг друга не поубивали. Оскорбление высшей меры! Неслыханная наглость! Вот ему и решили голову от тела отделить. Спасибо Его Величеству, смерть легкая, почетная.

- Странная история, - кивнул я.

- А то, - вдруг зашептал бармен. - Более странной истории я слыхом не слыхивал. Разговаривал я с господином негоциантом, много с ним разговоров вели по делу и не очень, много алкоголя выпили и никогда, слышите меня, никогда Андрей не страдал обмороками или слабостью. Здоровый был как бык. Доктора к нему, если только на званый обед ходили.

- М-да… - Я допил неизвестный мне напиток и поставил опустевший стакан перед собой. - Дело темное. Кстати, что это?

- Дубовая настойка, - улыбнулся смотритель. - Понравилось? Не желаете еще?

- Спасибо, - покачал я головой. - Крепка чертовка, а мне кажется, что ясность мысли мне пригодится как никогда. Вот от кружки доброго пива я бы не отказался.

- С луковыми кольцами? - подмигнул мне господин Арнольд.

- Да вы гурман, - хмыкнул я. - Ну что уж тут скажешь, давайте с луковыми кольцами.

В обшарпанной старенькой хрущевке на окраине Москвы встретились четверо. Внешне неприглядный район, удел неудачников, бедняков и мелкого криминалитета должен был стать одной из отправных точек грандиозной по своему масштабу операции, совместного действия ФСБ, Моссад, Ми-6 и ЦРУ. Знали бы жители окрестных домов, какие словесные баталии происходили на пятом этаже, на крохотной пятиметровой кухне, наверное, пришли бы в ужас.

На вид, правда, все было просто и буднично. Ровно в три часа по московскому времени на крохотную парковку вкатил "гелендваген" с наглухо затонированными стеклами. Выбравшись с водительского сиденья, невысокий широкоплечий крепыш в дорогом английском костюме спокойно прошел к подъезду. Сигнализация "мерседеса" сработала исправно, и брелок в руках мужчины пискнул, а в тон ему ответил ключ домофона. Уже через пару минут он стучал подошвами ботинок по грязной бетонной лестнице.

- Ну и райончик, - бубнил про себя крепыш, уверенно двигаясь мимо потертых дверей и залепленных жевательной резинкой дверных глазков. - Экономят. На всем экономят, будто мы не супердержава, а страна третьего мира, Никарагуа, не иначе.

Достигнув площадки пятого этажа, мужчина остановился и начал в замешательстве вертеть головой. Номера на квартирах отсутствовали, и предстояло определить, к какой из дверей подходит ключ от конспиративной квартиры. Первая, обитая вагонкой, отпадала сразу. Из-за непрочной преграды явственно доносились детский плач и лай собаки. Ни детей, ни животных в квартире ФСБ присутствовать не могло. Вторая дверь поразила своей архаичностью, по-видимому, осталась с того самого момента, когда полвека назад это панельное убожество пошло в серию. Оставались третья и четвертая дверь, но с этим получилось разобраться без лишних хлопот. В одной из них явно был ригельный замок, а в кулаке агента ключ от "цербера" с ребристой бородкой сложной конструкции.

"Вот она", - решил крепыш и, подойдя к двери, вставил ключ в замочную скважину. Так все и вышло. Умный импортный замок щелкнул раз, потом другой, и агент оказался на пороге пустой квартиры. В ноздри ему тут же ударил стойкий запах хлорки вперемешку с нафталином. Не снимая обуви, он поспешил на кухню, чтобы открыть окно на проветривание.

Американец появился четырьмя минутами позже. Подойдя к двери, он нажал на кнопку звонка, и конструкция внутри однокомнатной квартиры разразилась мерзким, выбивающим мозги звонком. Дверь тут же распахнулась.

- Вы быстро, Джонсон, - кивнул крепыш, отступая в коридор и давая американцу пройти. - Вас в посольстве и рекомендовали.

- И как же меня охарактеризовал наш резидент? - с усталой ухмылкой поинтересовался Джонсон, с интересом осматривая выцветшие обои в горошек и вспучившийся паркет стандартного русского жилища. - Вы не стесняйтесь, Александров. Мы же теперь в одной команде. У одних опыт, у других технологии, у третьих лобби и интересы. Все мы, как говорит ваш президент, в одной лодке, и смысла нет её раскачивать.

- Хотите что-нибудь выпить?

- От содовой не откажусь.

- Вот и славно. - Пройдя на кухню, Александров потянул за ручку старенького холодильника "Беларусь" и, отметив хорошую работу тылового отдела, вытащил с верхней полки бутылку шипучки. - Стаканов нет, - усмехнулся он, оглядывая пустые полки потрескавшегося от времени кухонного гарнитура.

- Да я не в претензии. - Приняв из рук коллеги холодную бутылку, Джонсон ловким движением руки сдернул крышку, потянув за жестяное кольцо.