Видимо, мой суровый голос еще больше напугал человека, и, чтобы доказать свою безобидность, он поспешно вышел из своего укрытия в полосу света. Я не без интереса осмотрел своего нового знакомого. Он оказался невысокого роста и тщедушного вида, лет пятидесяти на вид, с явными монголоидными чертами лица, сильно выпачканного копотью.
- Кто вы? - повторил я свой вопрос.
Человек опасливо покосился на оружие в моих руках и едва слышно пролепетал:
- Чен Джу…
- Так, замечательно! - усмехнулся я. - И что вы здесь делаете?
- Поверьте, я оказался в этом доме совершенно случайно! Клянусь богом! Я не хотел идти сюда, но мой брат… Это все он, он заставил меня. Поверьте, я ни в чем не виноват!
- Допустим. Почему же тогда вы следили за мной?
- Я? Я не следил, что вы! Я просто спрятался, когда началась вся эта стрельба. Я так боюсь, когда вокруг стреляют… Мне страшно умереть… - Он как-то виновато, совсем уж по-детски, потупил взор.
- Хорошо! - вздохнул я. Напряжение и усталость, скопившаяся за время боя, теперь вылились наружу. Я бы с удовольствием сейчас растянулся прямо на каменном полу и уснул, но этот человек все еще что-то говорил, заискивающе глядя на меня. Опустившись на каменную тумбу и положив пистолет на колени, я устало посмотрел на него.
- Чего же вы все-таки хотите от меня?
- Я? - человек снова растерялся. - Собственно, ничего… То есть, нет, - спохватился он, испугавшись еще больше, - я хотел помочь вам!
Он посмотрел на меня глазами преданной собаки.
- Помочь? Интересно чем же?
- Простите меня, но я стал невольным свидетелем вашего разговора с тем суровым молодым человеком, - продолжал Чен Джу. - Видит бог, я этого не хотел! Это получилось совершенно случайно, и я могу поклясться…
Я устало поднял руку, чувствуя, что сейчас он опять пустится в пространные объяснения, и тогда толку мне от него не добиться.
- Хорошо. Что дальше?
Чен Джу смущенно улыбнулся, показав редкие зубы.
- Вы назвали Наоку бандитом… Вы очень правильно сделали, что так назвали его! Воистину, он заслуживает самого сурового наказания! Это ужасный человек!
При упоминании имени Наоки я встрепенулся.
- Вы с ним знакомы?
- Да!.. То есть, не совсем… Мой брат хорошо знал его, но он сегодня погиб, ведь он был вот здесь со всеми… - Чен Джу указал на то место, где стояла баррикада.
- Жаль! - Я поднялся с тумбы, надевая каску.
- Но я знаю еще одного человека, который был хорошо знаком с Наокой, - поспешно заговорил Чен Джу, видимо, опасаясь, что я уйду, не дослушав его. - Я слышал о нем от брата.
- Да? Это интересно.
Я внимательно посмотрел на него: не обманывает ли он меня? Но этот щуплый человек был так напуган, что, скорее всего, говорил правду.
- Как его имя?
- Хо.
- Просто Хо?
Чен Джу кивнул.
- Он жив?
- Надеюсь, что да. Правда, его давно уже никто не видел, но брат говорил, будто бы этот человек живет сейчас на Южном материке. Думаю, вы найдете его в Линь-шуй, южной столице.
- А кто он такой, этот Хо? Ваш брат не говорил об этом?
- Хо работал когда-то управляющим на одном из заводов Наоки, еще до революции, - словно, извиняясь, добавил Чен Джу. - Он хорошо знал деда нынешнего Наоки, и был дружен со всей его семьей.
- Интересно, очень интересно! - проговорил я, в задумчивости потирая подбородок.
- Скажите, - боязливо спросил Чен Джу, - Наока сейчас на свободе?
- Пока нет, но, думаю, скоро будет.
Я недовольно поморщился. Сейчас мне совсем не хотелось об этом думать.
- Тогда не говорите никому о том, что хотите увидеться с Хо! - предупредил Чен Джу.
- Почему?
- Вам помешают встретиться с ним.
Я хотел спросить его, кто мне может помешать в этом, но заметил, что мой собеседник испуганно прислушивается к чему-то. Подняв голову, я тоже услышал чьи-то ровные тяжелые шаги, доносившиеся из коридора. Чен Джу с мольбой стиснул пред собой руки и быстро зашептал:
- Не выдавайте меня! Умоляю!
Немного поколебавшись, я молча указал ему глазами на нишу, в которой он прятался до этого. Благодарно посмотрев на меня, Чен Джу с проворностью мальчика исчез в темном углублении, а я повернулся к входу, и вовремя. Спустя мгновение на пороге зала появился Ен с автоматом в руках.
- Что ты здесь делаешь? Что-нибудь случилось? - Он подозрительно смотрел на меня из-под сдвинутых бровей.
- Ничего. Просто захотелось отдохнуть, - пожал я плечами. - Пошли!
Мы вышли на воздух, к свежему ночному ветру и ясной луне. Погрузка уже закончилась, но я остановился у входа, вдыхая полной грудью пыльные и терпкие запахи ночи.
- Знаешь, Ен, я, наверное, на какое-то время буду вынужден покинуть город.
Он посмотрел на меня, не скрывая удивления.
- Что-нибудь случилось, Максим?
- Понимаешь, последнее время моя жена что-то неважно себя чувствует…
- Она больна? - в голосе Ена прозвучала неподдельная тревога. - Что же ты раньше не сказал? Ее непременно нужно показать хорошим врачам! Я это устрою.
- Да, нет, ты не понял. Физически она совершенно здорова, но в последние дни что-то хандрит, скучает по дому. Думаю, ей нужно на время сменить обстановку. Она чувствует себя совсем одинокой в этом городе… Может быть свозить ее на Южный материк? - как бы, между прочим, спросил я, и посмотрел на Ена. - Она никогда там не была. Скорее всего, ей бы это понравилось.
- На Южный материк? - Ен недоуменно пожал плечами. - Не знаю… Вряд ли там лучше, чем здесь. Но тебе виднее.
- Во всяком случае, ей надо как-то развеяться, а эта поездка отвлечет ее, - сказал я, как о чем-то уже окончательно решенном.
Ен почувствовал это, искоса взглянул на меня.
- Я понимаю, что сейчас совсем не до отдыха, но и ты войди в мое положение.
Мне не хотелось давить на него. Я хотел решить этот вопрос по взаимному согласию. Ен понял это и дружелюбно улыбнулся.
- Ну, о чем ты говоришь, Максим?! Конечно же, поезжай, раз надо! Я прекрасно понимаю, что из-за этого ты сам не в своей тарелке.
- У меня к тебе еще одна просьба, официальная.
- Да, говори.
- До моего возвращения не выпускай Наоку. Обещаешь?
Несколько секунд Ен мялся в нерешительности. Потом, видя мою настойчивость, махнул рукой:
- Ну, хорошо! Ради нашей дружбы, возьму это под свою ответственность.
- И последнее. Ты не мог бы дать нам гравиплан? - Я положил руку ему на плечо. - Сам знаешь, какая сейчас неразбериха с транспортом, а я не хотел бы омрачать нашу поездку еще и этим.
- Гравиплан? - Ен на минуту задумался. - Ну, что ж, пожалуй, я смогу устроить и это, но только не раньше, чем через два дня! Нужно подготовить машину. Идет? Вот и отлично!
Глава третья На пути к истине
- Куда мы летим? - неожиданный вопрос Юли прервал мои раздумья. Я посмотрел на нее.
- В Линь-Шуй, южную столицу.
- Линь-Шуй… - задумчиво повторила она. - Ведь в переводе это "храм у воды", правильно? Какое красивое название!
Она обняла меня сзади за шею, прижалась щекой к моей щеке. Голос ее сделался игривым.
- А что мы будем там делать?
- Отдыхать… А вообще-то, мне нужно повидаться там с одним человеком, узнать у него кое-что по работе. Садись рядом! - Я мягко и нежно взял ее за локоть, усаживая в штурманское кресло. - И пристегни ремни!
- Ты боишься за мою жизнь? - спросила она, словно, удивившись.
- Еще бы! Это же самое дорогое, что когда-нибудь было у такого непутевого парня, как я!
Выражение ее глаз мгновенно изменилось, но я не понял, как именно. Она порывисто бросилась мне на шею, уткнулась носом в мою щеку, и я задохнулся ароматом ее волос.
- Максим!
- Юли! Ну, будь хотя бы чуточку благоразумнее! Мы же разобьемся!
- Не буду, не буду!
Она подняла ко мне пылающее лицо.
- Когда ты так говоришь, я не могу быть разумной! Ведь я - дура! Правда, Максим, дура! - На глазах у нее блестели слезы. Зажмурившись, она затрясла головой, словно, стряхивая их.
- Нет, правда! - доказывала она с каким-то детским упорством. - Ведь подумать только, когда-то я еще раздумывала над твоим предложением жить вместе! А ты вернулся ко мне, несмотря на все, и как будто ничего не было… Родной мой!
Она подарила мне такой долгий и крепкий поцелуй, что я чуть не задохнулся.
- Ну, я тоже порядочный осел! - сказал я, отдышавшись, чувствуя, как бешено, колотится сердце в груди, отдаваясь гулкими ударами в висках. - Бросил тебя одну, и ради чего? Самовлюбленный идиот!
- Нет, не надо! - Ее быстрая рука протянулась ко мне, и я почувствовал, как ее теплые пальцы легли на мои губы. - Не говори так! Значит, это было нужно… для нас обоих. Мы оба должны были понять, чего стоят наши чувства, должны были проверить себя…
Я на мгновение окунулся в ее глаза, чувствуя себя утлым суденышком в безбрежном просторе океана. Невольно пришедшие на память строки сорвались с моих губ:
Твои глаза - янтарный омут грез.
Я утонул в нем, времени не зная.
В них целый мир из радости и слез.
Я в нем живу, надеясь и мечтая…
- И о чем же ты мечтаешь? - негромко спросила она, после некоторой паузы, склоняясь ко мне. На губах ее играла возбужденная улыбка.
- Я хочу, чтобы мы всегда были вместе.
Она так долго всматривалась в мое лицо расширившимися зрачками, что я снова почувствовал легкое головокружение, погружаясь в эти бездонные омуты.
- Теперь ты будешь мой… до самой смерти!