Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
В общем зале закусочной было неожиданно малолюдно для вечера середины недели. Но скорее всего это было связано с тем, что Выброс только трое суток как отгремел и многие, кто стремился на Кордон по всяким своим надобностям, просто не успели набрать походный темп. Пересидеть гнев стихии в укрытии это одно, а вот выйти из него это уже совсем другая песня. Мне приходилось читать отчёты учёных, которые находили иссохшие останки людей, запертых в подвалах и разного рода укрытиях с одним выходом. После распределения аномалий во время очередного Выброса, некоторые из них становились таким образом, что перекрывали единственный выход в помещение и люди гибли от обезвоживания, иногда от голода, а порой и от взрывов самоделок с помощью которых пытались пробить другой выход из укрытия. Редко кто стрелялся или вешался: отчаянная жажда жизни и нежелание сдаваться под гнётом обстоятельств заставляли людей бороться до конца.
Откинувшись на табурете, прислонясь к обшитой брусом стене, расслабился в ожидании, пока усталая подавальщица принесла мне дежурное блюдо. На этот раз это было тушёное мясо с овощами и картошкой. Я опустошил тарелку, почти не ощущая вкуса еды, затем заставил себя выпить мелкими глотками стакан горячего сладкого кофе с молоком. Хоть и ненавижу этот напиток за мерзкое послевкусие, но ничего другого без градуса сегодня не подавали. Поднявшись из-за стола, расплатился у стойки с хозяином, который узнав меня, сдержанно поздоровался. Затем ещё раз оглядев зал полупустой и унылый, где даже музыка звучала как-то фальшиво и тревожно, вышел на крыльцо и направился к костру, чтобы не пропустить "гонца" который обязательно придёт проведать оружейника. Устроился я не у самого огня, а чуть в стороне, подняв с земли одно из потёртых сидений от "УАЗика", которые служили местным чем-то вроде стульев и были общинным достоянием. Сейчас свободных "седушек" было особенно много, поскольку как уже и отмечалось ранее основная масса старателей, ещё была на подходе к Кордону.
Удобно устроившись у стены одного из двух домов с целой крышей, прикрыл глаза и осмотрелся вокруг. Сумерки становились всё гуще, а на меня перестали обращать внимание, как только я перестал двигаться и затих. Никто не лезет с расспросами к усталому человеку, особенно если он вооружён и сам не настроен поболтать. Ритм сна нарушился, это снова произошло помимо воли и события сна вновь как в воронку затягивали меня за собой. Страха и удивления уже не было. Ощущалась только досада на то, что я пропущу "гонца", ведь как показывает практика в таком состоянии я был бессилен управлять сновидением, пока оно само не отпустит из своих вязких и от того ещё более цепких объятий…
На этот раз я видел Сидоровича, Одессита и ещё одного сталкера, чьё лицо мне было смутно знакомо. Но момент узнавания был мимолётен, и имя всё время ускользало, хотя я точно был уверен, что знаю этого парня. Цвета снова были блёклыми, словно на старой фотографии, однако чёткость очертаний остальных людей и предметов была хорошей. Судя по всему, мне показывали очень давние события, что и подтвердилось когда кто-то как бы невзначай словно повернул камеру и показал краешек перекидного календаря с голой худенькой девчонкой, чьи острые маленькие груди задорно смотрели на цифры, располагавшиеся на правом поле страницы: 1996год, июль месяц. Насколько я знал хронологию событий, именно тогда произошёл второй по силе взрыв в районе ЧАЭС, после которого Зона отчуждения и приняла свой нынешний облик. Это означало, что Одессит и Сидорович тоже добывали хабара в те лихие годы. Любопытно, что будет дальше…
Комбезы на троице были ещё старой конструкции, а вооружение допотопным: только у самого молодого сталкера, лица которого я так и не смог узнать или толком рассмотреть, на шее висел АКСУ, а из снаряжения был особо приметен старый армейский "лифчик" на шесть стандартных магазинов, без нижнего пояса для гранат. Сидорович и Одессит щеголяли с помповыми ружьями, незнакомой мне фирмы. У них присутствовали ещё и сумки с противогазами, а у Сидоровича выглядывал из кармана массивный детектор аномалий с "рогаткой" уловителя и пластиковым матовым экранчиком. Модель была старая, видимо одна из первых. Только костюм незнакомца был чуть более похож на те, что носят в Зоне и до сей поры: он использовал баллоны из старой пожарной модели замкнутого цикла, что было тяжелее, но на практике более надёжно, нежели армейские поделки, призванные не защитить, а лишь чуть замедлить агонию своего владельца. Дыхательные гофрированные шланги с загубником посередине свободно болтались на уровне шеи, не стесняя движений сталкера. Лицо его по прежнему ускользало от меня, смазывая черты, а голос… Чёрт! Я помнил этот голос…
Видимо троица собралась в поход, серьёзно настроившись сорвать банк. Наконец Сидорович заговорил, обращаясь к Одесситу. Голос его остался неизменным, только хрипотца была не так заметна:
- Учёные сказали, что дорога к Исполнителю Желаний будет открыта всего неделю, а нам надо Радар и Припять обходить, молва идёт, что какие-то людишки там засели. Режут всех почём зря, поэтому с запада их обойдём. Военные послезавтра снимут оцепление и уйдут. Потери они несут дикие, поэтому быстро свернут свою музыку и уберутся. Сведенья верные, мне их один хитрый "полкаш" передал, не по средствам армии десяток человек в день терять. А после того, как Монолит их выкинул с территории станции, так и вообще им там незачем обретаться.
- И с чего ж это ты взял, что нам там светит гешефт, а? - Это Одессит поправляя рюкзак хитро глянул на своего приятеля - Мне таки не кажется, что мы вообще туда с пользой идём, не кошерно это. Моя больная печень говорит мне: ой, Миша и куда ж это ты собрался…
- Замолкни, сионист хренов - Сидорович побагровел лицом и недобро глянул на приятеля - Сам подумай: или мы вечно будем тут на задворках всякую мелочь сшибать или рискнём всего один раз и получим всё. Понимаешь ты, своей пейсатой башкой - ВСЁ! А за это надо платить, Миша. Не нервируй меня сейчас. Эй - Торговец окликнул третьего участника экспедиции, который всё это время молча стоял у входа в бункер Сидоровича где и происходила подготовка к рейду, не ступая в разговор и углубившись в изучение карты - Уважаемый, сможешь нас провести до станции в обход этих уродов, что на дороги сели?
- У нас был договор, я его выполню или повернём назад, когда станет опасно, а потом я верну вам часть денег. Всё как было условлено. Я не волшебник.
Теперь я узнал этот голос, да и черты лица третьего участника вдруг обрели резкость: Шухов, ещё живой и здоровый стоял и спокойно смотрел в глаза будущего воротилы бизнеса, солидно роняя слова через губу. Он так же молод и самоуверен, печать бОльшего знания ещё не коснулась его. Молодой и сильный Рэд Шухов, лучший проводник в Зоне отчуждения, уверено проложил маршрут, с долей превосходства и свысока поглядывал на двух жадных лохов с деньгами, возжелавших счастья за наличный расчет. Ведь именно он, а не эти ходячие кошельки с деньгами - настоящий хозяин Зоны. Только он чувствует путь и видит все аномалии почти интуитивно. Только ему удаётся проходить во все труднодоступные и опасные уголки особой карантинной зоны чернобыльского района и возвращаться обратно. Зона любит его и не даст умереть - он всесилен здесь. Лохи повертятся у Монолита и вернутся ни с чем, потому что на его памяти Камень не исполнял ничьих желаний, только калеча пришедших к нему людей. Байки про исполненные заветные мечты - скорее всего выдумка, красивая, но пустая. А он снова пойдёт в поиск и принесёт нечто такое, за что его имя вновь попадёт в ещё одну историю, которую новички и менее удачливые товарищи будут восхищённым полушёпотом пересказывать у костров. Ему не надо искать счастья, потому что оно и так всегда с ним, и жизнь прекрасна и удивительно хороша.
Картина потускнела, лица и образы стали размытыми и исчезли. Я стал потихоньку выбираться из объятий морфея, но был вновь отброшен упругой волной, видимо у фильма была вторая серия…
Теперь мне показывали уже знакомое здание ЧАЭС, я был в комнате с бассейнами и ядром реактора. Монолит стоял на прежнем месте, но грани его переливались всеми оттенками голубого, золотисто-зелёного и ослепительно белого. Послышались звуки стрельбы, три автомата, судя по звуку отечественных, огрызались на более чем десяток довольно разрозненных очагов ответного огня. Через пролом в стене ввалился Шухов, а следом за ним почти на карачках вполз Сидорович. С нашей последней "встречи" прошло от пяти до десяти дней, амуниция обоих путешественников была потрёпана и заляпана грязью. Послышались два близких одиночных выстрела из "калаша" и в помещение почти влетел и рухнул ничком на заваленный мусором пол Одессит. Теперь оба искателя счастья щеголяли трофейными автоматами, это были потёртые АКМ. Явно оружие досталось приятелям не от военных, те при всей нищете украинской армии всё же пользовались обычными АК74, коих было достаточно в СССР, чтобы вооружить не один миллион человек.
- Прорвались! Теперь пойдём к Камню, Мишка. Эй… - Сидорович лихорадочно оглядывал помещение, пока взгляд его не упёрся в глыбу артефакта. Голос стал тихим и видимо он забыл, у кого и что хотел спросить.
- К Исполнителю Желаний нужно подходить по одному - Это вступил Шухов. Тон голоса сталкера был скучным, ведь он знает, что произойдёт дальше - Подходишь и просишь чего хочешь больше всего на свете…
- Как просить? - Это вступил поднявшийся на ноги Одессит.