Жеребьев Владислав Юрьевич - Разведка боем стр 6.

Всеволод поморщился, будто от зубной боли, и поспешил в соседнюю комнату. Конкина он знал отлично и с самой неприглядной стороны. Рядовой опер, поднявшийся с самых низов, брал от жизни по максимуму. Не смотря на его скромную должность и чин, под ним ходил весь Московский вокзал, начиная от таксистов и билетных спекулянтов, и заканчивая последней цыганской шабашкой по продаже гашиша. Не то, что Курехин не любил оборотней в погонах. Он как никто другой понимал, что на зарплату рядового сотрудника долго не протянешь, и потому сам частенько закрывал глаза на некоторые вольности по ведомству, ежемесячно получая на руки прочный откат. Конкина он просто не любил за ощущение гадливости, которое вызывал капитан, стоило бросить на него беглый взгляд. Маленький, бледный, с вечно липкими от пота волосами, он сидел за столом и крохотными поросячьими глазками впивался в подозреваемого или потерпевшего, стараясь найти для себя выгоду, а выгода для Конкина всегда преобретала долларовый либо рублевый эквивалент.

Всеволод же вел себя по-другому и, если и отрезал жирный кусок, то от не менее жирного пирога. Наркодиллеров или мошенников на крови он и вовсе пытался изничтожить, но поскольку рыло было в пуху, вынужден был помалкивать о темных делишках коллеги.

- Вот и Гер майор явился. – Конкин небрежно махнул на удивление тонкой изящной кистью, показывая на свободный стул, и продолжил допрос. – Значит, по голове вас не били и прочих неудобств не чинили?

- Ну да, - растерянный Семен взглянул на присевшего на стул Курехина, но тот отрицательно помотал головой. Говори уж, раз вляпался, а как да что, потом разберемся.

- И как сюда попали, тоже не помните?

- Смутно. – Давыдов наморщил лоб, силясь вспомнить события прошлых часов. – Помню кристалл, потом вроде такси вызывали, а дальше пустота. Очнулся уже тут, в подвале. Всеволод опять же рядом на кушетке лежит. Аппаратура эта странная, как из фильмов ужасов. Тут что, какой-то серийный маньяк?

- Разберемся. – Поняв, что денег с бедолаги срубить не получится, капитан закрыл папку и, убрав ручку в карман, ринулся на выход.

- А как же я? – Опешил аналитик. Такого внезапного отступления он от родной полиции никак не ожидал.

- А что, вы? – Конкин задержался в двери и с удивлением уставился на Семена. – Физического ущерба вам не нанесли. Ценности, как то наличность в размере трех с половиной тысяч рублей, ключи от квартиры, паспорт и электронные часы Касио остались при вас. Следовательно, и финансовый ущерб отсутствует. Не вижу ничего такого, на основании чего можно было бы заводить дело. Да и потом, не очень понятно, что вы с майором Курехиным тут делали. Ваше нахождение в этом помещении правомерно?

Всеволод догнал капитана уже на улице и, схватив за рукав, потянул к себе.

- Не спеши, Конкин, дело есть.

- Я лично вас не понимаю! – Попытался вырваться скользкий тип, но цепкие пальцы Всеволода еще прочнее вцепились в дорогой материал итальянского пиджака оперуполномоченного.

- Не дури, сказал. Что это за брехня про отсутствие материалов для возбуждения дела? На лицо нападение на сотрудника органов и похищение табельного оружия. Этого тебе мало?

- Видишь ли, Всеволод, - вдруг перешел на вкрадчивый тон странный капитан, - я, конечно, люблю рыбку в мутной воде, но то, во что вляпался ты никакому описанию не поддается. Твои же парни "Новый рубеж" вели. Верно?

- Верно, - смутился такой информированности коллеги бравый майор.

- Ну вот. Одна из кавказских диаспор очень просила это заведение, а в частности его владельца господина Арика Вахтанговича Ханкишиева больше не тревожить. Он ведь уважаемый бизнесмен и честный налогоплательщик. А то, что ты полез в его контору, а сторожа с перепугу залепили тебе по репе, так это ничего страшного. Будешь впредь представляться и удостоверение показывать. Камеры наружного наблюдения очень хорошо показали, как ты в нарушении всех протоколов парню на входе ствол в глотку засовывал.

- Конкин, погоди, ты что несешь? – В конец растерялся майор. – Тут же бред какой-то твориться. Попахивает если не промышленным шпионажем, то психотропными испытаниями на гражданских, а ты мне косвенные улики в лицо суешь.

- Всеволод, не дергайся. – Конкин вытащил из кармана пачку сигарет и, щелкнув зажигалкой, выпустил в воздух струйку ментолового дыма. – Это не наша с тобой забота. По твоим вещдокам из бизнес-центра пришла четкая инструкция отправить в Москву, а дело закрыть. Я тут крайний, но и до нашего отдела докатилось. То, что у тебя ствол пропал, так это и вовсе не ко мне. "Личная безопасность" этим займется в ближайшее время, а если будешь чинить следствию препятствия, то и с большим рвением, чем хотели бы заинтересованные лица.

- Вот значит как, - скривился Всеволод. – А что со сторожами теми, что я так нагло и с превышением, стращал табельным?

- Отпустили, - оскалился капитан. – Знамо дело, что невиновного человека мурыжить. Я вот что тебе скажу, наплюй и разотри, да и с Давыдовым больше дела не имей. Наркоман он или еще что похуже, вот память и отшибает.

Рядом пискнул сигналкой новенький Фольксваген, на этот раз не служебный, а личного пользования. Бросив сигарету на асфальт, Конкин скрылся в просторном салоне своего авто.

Ситуация была поганая. Потеря ствола грозила серьезным строгачом, или еще чем похуже. Даже былые заслуги перед страной и медаль за храбрость, что удалось урвать в Гудермесе, прихватив с собой на память немного свинца, и то могла не спасти. Уголовка, чистой воды уголовка, и никакого выговора с занесением. Опять же, служебный БМВ из конфиската. Майора перекосило, когда он увидел побитый бок машины.

- Вот и допрыгался. – Усмехнулся он про себя. – Ну, было же нормальное место. Имел дело с интеллектуалами в очках. Такие не то, что оружие, пончик разломить маму просили.

- Всеволод.

Майор обернулся и увидел стоящего в стороне Давыдова.

- Что, Семен?

- Извини.

- Да ладно.

- Но ты же пострадал из-за меня. – В словах аналитика сквозило смущение. – Может тебе пивом проставиться?

- Нашел время. – Всеволод осторожно потрогал повязку на голове и, почувствовав новый приступ тошноты, привалился к поцарапанному боку машины. – До дома бы добраться, а потом до отдела. Писанины ворох, а еще голова раскалывается.

- На вот, кстати. – Семен вытащил из-за пазухи Макара и протянул его обалдевшему оперативнику. – У того хмыря, что тут был, он из кармана вывалился, а я подобрал.

- Ай да, Сема, ай да молодец. – Выхватив оружие из рук Давыдова, Всеволод с облегчением прочитал свой серийный номер и быстро спрятал пистолет в кобуру. – А я уж думал, кранты мне пришли. Кстати о крантах. Что там ты капитану про оборудование в подвале говорил?

- А ты не помнишь? – Удивился Давыдов. – Будто в страшном сне. Проводки какие-то на голову, капельница в руку. Вон, до сих пор отметина. – Закатав рукав, Семен показал след от катетера.

Последовав примеру собеседника, майор с неудовольствием обнаружил у себя на руке идентичное повреждение, или проще говоря, укол да синяк. Капельницу ставил явно не профессионал или делали это в спешке.

Ситуация из странной, теперь превратилась и вовсе в парадоксальную. Если раньше провалами в памяти страдали только потерпевшие, то теперь они поразили сотрудника МВД и несостоявшегося потеряшку. Временные отрезки выпавшие из памяти, правда, были разные, но в целом картинка складывалась тревожная.

- Или нас потравили, или еще какая другая дрянь, - Курехин достал из кармана пачку папирос и щелкнул зажигалкой. – Где этот подвал?

- Внизу. – Захлопал глазами Семен.

- А оборудования там много?

- Да больше чем в нашей серверной. Дорогущее все, по брендам видно. Одних цисок штук пять насчитал.

- А ну-ка пошли, поглядим, - и, подхватив Давыдова под локоть, майор поволок его назад в контору. К этому времени наряд и следаки уже разъезжались. Не стояло у подъезда и скорой, и только внутри, присев на тумбочку скучал одинокий сержант. Увидев вновь появившегося Курехина он удивленно выгнул бровь, но препятствовать не стал, а тот, подталкивая перед собой Семена, будто неразумного ребенка, бодро затопал в таинственную серверную.

Подвал оказался самым обычным. Пахло плесенью и чем-то еще. Правая часть помещения осталась обычным темным сырым подвалом, обиталищем дворовых кошек и инфекций, алевая была перегорожена стальными листами, и туда, в толстой железной гофре, тянулся пук слаботочки. Гофра одним концом уходила в помещение за железом, а другим, по традиции, скользила куда-то в городскую канализацию, где сам черт ногу сломит, прежде чем разберется, кто за какой кабель отвечает и что будет, если его перерезать.

- Железная дверь, замок мудрый. Усиленная. – Майор подошел и подергал ручку. – Заперто, кстати.

- Так может, мы пойдем? – Воодушевился Семен. Ему явно было не по душе то, во что его втянул Всеволод, но и сказать слово поперек он тоже не решался.

- Перегородка на швейлерах, - продолжал изучать стенку Курехин. – Сварка шовная, все чин чинарем. Такое впечатление, что не оборудование хранят, а к осаде готовятся. Осталось только по железу ток пустить. Тут без спеца не справиться.

Отойдя от двери, Всеволод вытащил из кармана мобильник и несколько секунд просто стоял, ища нужную запись в телефонной книге.

- Грыжин? Ну как дела? Как воля? Не забыл меня, хороняка.

Динамик в телефоне Всеволода был громкий, да и акустика подвала способствовала, так что Семен волей-неволей стал свидетелем разговора.

- Забудешь тебя, гражданин начальник, - посетовал невидимый Грыжин. – С чем пожаловал? Ты же не так просто звонишь. Если интересуешься, так что-то надо.