Жеребьев Владислав Юрьевич - Разведка боем стр 13.

- По-русски значит ад, - Всеволод пожал крепкую мозолистую ладонь незнакомца. То же сделал и Семен, и вместе они расселись на траве у дома.

- Есть хотите? – Хелл не дожидаясь ответа гостей, поманил Мишу пальцем и кивнул куда-то в дом. Смышленый паренек подпрыгнул на месте, почти по мультяшному, устремился внутрь и вскоре появился с тяжеленным подносом, заставленным всевозможной снедью. При виде такого изобилия Курехин заволновался, не надорвался бы малец, но тот, как ни в чем не бывало, протопал через лужайку и опустил поднос на траву. Бутерброды с сыром, чайник зеленого чая, тарелка всевозможной зелени и кастрюля с парящим отварным картофелем посыпанным укропом.

- Будто ждали. – Семен схватил с подноса бутерброд, откусил и с удовольствием зажмурился. – Никогда бы не думал, что такая простая еда может вызвать такой восторг.

- Ешьте, - кивнул меланхоличный Хелл, сам, впрочем, к еде не притрагиваясь. - В этом искусственном раю у нас мало времени.

- То есть, как это у нас? – Усмехнулся Всеволод, наливая себе чашку горячего чая.

- А так, - пожал плечами мужчина. – Я для вас сейчас вроде палочки-выручалочки. – Обернувшись, он поискал глазами Мишу и, убедившись, что мальчишка куда-то исчез, наклонился над подносом. – Пацану не верьте, он часть системы. – Тихо произнес Хелл. - Исполнительный модуль, не более. Он вроде и дружелюбен, но в тихом омуте черти водятся.

- А ты тогда кто? – Недоверчиво поинтересовался Давыдов, при этом, абсолютно не теряя аппетита. – Парень сказал, что ты прибыл вчера.

- Брехня. – Хелл позволил себе хрипло рассмеяться. – Я минуты за две перед вами заброшен. Моя основная функция, дать вам некую поддержку, а там посмотрим, что будет. То, что знает парень, знает и командный модуль. Вы бы знали, какой переполох в контрольных суммах поднялся когда меня сюда забрасывали!

- Странный ты какой-то. – Майор недоверчиво посмотрел на нового знакомого. – Значит, пацану маленькому мы доверять не должны, а тебе значит можно. Ты на себя в зеркало вообще, когда в последний раз смотрел, партизан?

- А что я? Меня таким сделали. Мой хозяин имел странные представления о боевой экипировке. – Губы Хелла растянулись в глумливой ухмылке. – Слава богу, вооружение и боеприпас смотрел по каталогу, так что с этим проблем не будет. Гелик, что вы от точки входа пригнали, придется бросить. В нем код слежения.

- Ладно, - вдруг заторопился майор. – Спасибо тебе, Хелл, за хлеб, за соль, но нам пора. Времени, сам понимаешь, в обрез.

- Одни вы не пройдете. – Покачал головой мужчина.

- С чего ты взял? – Удивился Курехин. – До тебя вроде справлялись.

- Дальше будет хуже. Проекция атакующих личностей идет из вашего подсознания. Это нетрудно определить по информационным потокам, - пожал плечами нежданный помощник. – Вот кстати и один из них.

- Кто?

Курехин и Давыдов разом обернулись в сторону, куда указывал палец Хелла, но кроме бегущего по саду Миши они ничего не увидели.

- Да парень, сама услужливость и внимательность, и это очень странно.

- Дожили. Вежливые и культурные дети теперь в нашем обществе воспринимаются как нечто из ряда вон. – Попытался пошутить Семен, но увидев, как побледнел Всеволод, потянулся к своему карабину.

- Спокойствие, - Хелл плеснул себе чая и покрутив кружку в руках, вылил напиток на траву. – Не дергайтесь, не делайте лишних движений. По поводу меня у Миши инструкций нет, рано еще, а вот о вас он очень даже осведомлен. Это чей, кстати, ночной кошмар?

- Мой, - прошептал майор. – В первую секунду, когда он увидел мальчишку бегущего по полю, в голове его всплыли давно уже затертые воспоминания, но чем четче становился образ, тем неспокойнее было на душе. Теперь же картинка из прошлого вновь всплыла перед глазами и рука сама по себе дернулась на предохранителе.

Последствия наземной операции в районе населенного пункта Новый Шатой. Чечня. 11 июля 1999 года. Спасательная операция.

- Стой, - сержант остановился, и опустившись на корточки потыкал веткой в свежий отпечаток в грязи.

- Ребячий. – Лейтенант Курехин перекинул АК за спину и присев рядом с Пылиным прикинул размер ботинка. – Интересно, кто тут может быть акромя чехов?

- Их же дети. Зеленка, самое время для подстав. Помнишь, что у заставы было? – Сержант аж крякнул от негодования.

- Думаешь тут то же? – Нахмурился Всеволод.

- Не знаю, - Пылин развел руками и, встав начал осматривать окрестности, - но я бы дальше колонну не повел.

Белый тигр на голубом шевроне на предплечье у Всеволода, показалось шевельнулся, будто почувствовав опасность. Эту войну лейтенант не любил. Нет, не подумайте чего-то такого. Курехин никогда не был трусом, и считал, что любой конфликт должен проходить локально. Что-то вроде битвы Пересвета с Челубеем. Встали армии друг напротив друга, вышли вожди, померялись силами, кто круче тот и выиграл.

Вторая Чеченская оказалась не такой кровопролитной как первая.

Огромные потери в живой силе кое-чему научили Российский генералитет. Поимев почти четыре тысячи двухсотых, и порядка двадцати тысяч трехсотых, потеряв в горах столько же, пропавших без вести, и попавших в рабство российских солдат, президент распорядился использовать в операции на Кавказе только войска быстрого реагирования или контрактной службы.

Командир отдельного подразделения, десантно-штурмовой бригады, лейтенант Всеволод Курехин, основного чеченского ада не застал, выполняя дружественную миссию в Аргентине, а когда вернулся в Москву, то вылетел в Грозный чтобы возглавить экспедицию по поиску и освобождению из плена российских солдат. Ужасов, которых он навидался за последние два года, мотаясь по горам аки козел, ночуя на земле и питаясь трофейными баранами, хватило бы на всю библиографию Стивена Кинга, Эдгара Алана По и Урсулы Ле Гуин, да еще осталось бы пара томов для вольных авторов. Чехи не щадили русских рабов, вживую срезая с кожи татуировки, вырывая ноздри и ломая ноги пленникам. Многие из них так и не дождавшись свободы, заживо сгнивали в ямах с отходами, другие лишались глаз или члена, так, ради забавы суровых горцев. Третьи сходили с ума и рвали себе вены зубами.

Очередная операция по вызволению пленных началась по доносу одного из местных, что за тридцать тысяч рублей согласился назвать точное местонахождение поселка, где держали в рабстве трех российских солдат. Колонна с грузом гуманитарной помощи была прикрытием, ширмой. На самом деле в двух Уралах с брезентовыми тентами курили в потолок тридцать спецназовцев, тихо матерясь и полируя ветошью свои верные АКС-У. За плечами каждого из них было немало боевых ходок и десятки жизней на счету. Некоторые делали зарубки на приклады, особенно снайперы, другие резали уши, что, кстати, строго воспрещалось, но никогда не просекалось прозорливым начальством.

- Ну что, лейтенант. Я и Сизый пробежимся по тропинке? Чего зря горючку тратить?

- Пробегитесь, - нехотя согласился Всеволод, - но если что неладное, сразу назад.

- Кстати, когда будем пить за старлея? – Пылин довольно хохотнул, показывая ряд неровных желтых от табака зубов. – Уж и представление из штаба прибыло.

- Когда? – Удивился Курехин.

- Вчера и прибыло. – Подмигнул разведчик.

- Ну ладно, дуйте вперед, мы вас ждем.

- Не идут. Час уже прошел. Товарищ лейтенант, я может, сгоняю, гляну? – Ныл младший сержант Капустин, здоровый рыжеволосый детина с лицом усеянным веснушками. За глаза его называли Винни-Пухом, за общую округлость форм, но при личной встрече о прозвище старались вслух не вспоминать. Винни по прозвищу Пух имел дикий нрав, и мог, если что, случайно сломать позвоночник.

- Сгоняли уже двое. – Всеволод прикусил губу и вновь поднес к глазам бинокль, осматривая склон, но признаков возвращавшихся из поиска Пылина и Сазонова не было. Эфир, закрытая волна, на которой в экстренных ситуациях могла общаться группа, тоже была пуста и, плюнув на все, Курехин приказал.

- Я пойду, еще Лютый и Блоха. Если не вернемся через десять минут, начинайте зачистку района.

- А я? – Даже обиделся Винни. – Сержант и Сизый там встревают, а я в тылах сидеть? Не лейтенант, не пойдет. Если все туда, то и я с ними.

Блохин был в отряде штатным Чингачгуком. Пройдя спец-подготовку в одном из лагерей в Сибири, он прекрасно ориентировался на местности, мог определить направление, не пользуясь компасом, читать по следам и помету и еще много разных чудесных вещей. Знал он и еще много чего такого, о чем предпочитал не рассказывать, и вот эти знания не раз спасали жизни десяткам людей.

Лютый числился штатным связистом, а заодно и специалистом по ножевому бою. Рядовому Лютикову, сухому раскосому казаху абсолютно безобидного вида, в драке на ножах равных не было во всем военном округе. Непритязательная внешность и добродушный взгляд часто дезинформировали противника, а Лютый, пользуясь внешностью задохлика и разгильдяя всегда выходил из драки победителем. Шли цепочкой, один за другим, осторожно вслушиваясь в мертвую тишину окружающей природы, но как ни странно ничего не происходило.

- Не могли они далеко уйти, вон отпечаток Сизого. – Блоха указал рукой на край рифленой подошвы Сазонова. – Пылин шел грамотно, по сухому, а вот Сизого что-то отвлекло и он оступился. Ну вот, конечно, и густы примяты. Упал что ли, раззява.

- А это что за шайтан? – Лютый выдохнул и указал куда-то в сторону. По лесной дороге не спеша шел мальчик. Невысокий, лет десяти с копной светлых волос и яркими как небо глазами. В руках у паренька был простой матерчатый мешок с ручками в котором лежало что-то круглое.

- Эй, парень, русский понимаешь? – Удивленно спросил Блохин.

- Понимаю. – Радостно рассмеялся подросток.