Молоденький паренек, на вид едва ли не самый младший здесь, попытался было протиснуться поближе к поющим; его оттерли, безжалостно прикрикнув: "Слышь, лауреат, уши надеру!"
Но нам плевать, что нам лежать в грязи, в крови.
Лишь только ты, Россия-мать, лишь ты живи.
Хоть мертвым нам, но дай ответ - не ложь, не лесть:
жива ты нынче или нет?.. Бог весть.
Мелодия оборвалась коротким всхлипом струны, но никто не шелохнулся. У парней - почти всех - горели глаза, девушки зябко поеживались, словно с теплого океана на миг повеяло холодным ветром.
- Странная песня, - медленно, будто просыпаясь, сказала Эльмира.
Светловолосый усмехнулся:
- Солдатская песня.
- Хорошая песня! - категорическим тоном заявил "лауреат" из-за спин, и, как ни странно, именно эта фраза вывела из оцепенения.
- Все-таки удивительно: армий давно уже нет, а песни еще есть, - словно ставя точку, откликнулась Эльмира и тряхнула головой, разметав льняную копну волос. - Ну и ладно, хватит об этом. Давайте знакомиться!
- Честь имею, Джимми! - немедленно откликнулся светловолосый.
- А я Эльмира, можно Лемура. А это - Андрей, ну, вы и так знакомы. Это наш лауреат, Яан, будущее Золотое Перо Галактики (мальчуган состроил зверскую гримасу), а вот - Аллан Холмс, великий сыщик, только не тот, что ты подумал ("Да ладно тебе", - пробурчал смуглый крепыш в необъятной мексиканской шляпе-чаррос, смахивающей на экзотический черно-белый гриб), а это… ну и хватит, сами знакомьтесь!
И познакомились! Слово за слово завязался и наладился разговор, плавно переходящий в общий гомон. Компании перемешались, и, как нередко случается на пляжах Земли, Планеты-для-Всех, оказалось, что многие если и не встречались раньше, то уж во всяком случае имеют кучу-малу общих знакомых, и обнаружились темы, интересные для всех, и были обсуждены подробности личной жизни мадемуазель Гутелли ("Ах, Ози! Ози!"), и помянули недобрым словцом небезызвестного господина Пак Сун Бона, который, о чем базар, сволочь первостатейная, но и инспектор Рамос, к гадалке ходить не надо, все равно ничего не добьется - против этакого-то немереного кэша ("Почему это не добьется?! - возмущенно вопил Аллан. - Вы не знаете Арпада!"), и общим вердиктом была безоговорочно осуждена бушменская национальная кухня маринованные личинки непонятного происхождения в козьем молоке и сушеный хвост пустынной крысы, и… да мало что может прийти в голову, когда над головой солнце, в двух шагах - море, а вокруг - пацаны в мускулатуре и девочки почти без купальников!..
Лишь двое - кто знает, случайно или нет? - пристроились поодаль от общего трепа.
- Приятно видеть человека, знающего солдатский фольклор, Эндрю…
- Взаимно, Джимми! Фольклор, знаешь ли, вообще моя слабость…
- Ну, это кому как. Давно в Уолфиш-Бее?
- Вторую неделю. С делами отстрелялся - и сразу сюда. Поверишь, нормальной телки полтора года не видел…
- Верю. - Приставив ладонь козырьком ко лбу, Джимми не без заинтересованности оглядел Лемурку, что-то вдохновенно вещающую кучке почтительно внимающих нагромождений бицепсов и трицепсов. - Зато сейчас, бачу, вроде не жалуешься?..
- Эт-точно! Пятый день верен, как пес. - Хмыкнув, Андрей тихонечко, почти неслышно свистнул, и, осекшись на полуслове, девчонка обернулась, отыскивая его глазами. - Кобылка, конечно, лейб-гвардейская, грех жаловаться. Но, понимаешь, взбрыкивает…
- Во-во! За это я их, брат, и не уважаю. - В голосе Джимми прорезались интонации аксакала. - Прогуляешь такую вот по кустам, вроде все нормально, а после не знаешь, как отделаться… Лучше уж книжку почитать.
И ласково погладил пухленький, еще глянцевый, но уже и порядочно взлохмаченный покетбук в картонной обложке, украшенный чеканным профилем то ли вождя команчей, то ли невесть кем оттатуированного фараона.
- Прошу любить и жаловать: "Дхьотхъя об Огненном Принце". Всегда под рукой, всегда интересно и никаких взбрыков!
- Дай глянуть! - Андрей, ловко изловив летящий томик, пролистал его, похоже, в поисках картинок. - М-да, забавно. Перевод, понимаешь, с дархи. Не плавали, не знаем. А о чем?
- Да так… - Светловолосый атлет опрокинулся на спину и привольно раскинул руки.
- Нет, Джимми, все-таки о чем?
- Ну-у… Про принца Видратъхъю и заоблачных демонов…
- Это как? - Теперь Андрей заинтересовался всерьез. Вздохнув, Джимми напрягся и совершенно незаметным движением оказался сидящим в позе лотоса.
- М-м-м… В общем, был там король, а у него наследник, а у наследника брат, и еще какие-то заоблачные демоны, я до комментариев пока не добрался. Вот. Ну и король, естественно, помер, а брат, поганец, наследника чуть не зарезал…
- А демоны?
- Вот демоны-то как раз с братцем и снюхались. Такие вот пироги с котятами. А наследник, этот самый Видратъхья, тоже не козлик, дал ноги в горы и… Слышь, Эндрю, кинь-ка сюда книжку…
Поймал томик, наугад развернул его и, прищурившись, с явным удовольствием продекламировал, не очень даже и заглядывая в текст:
Вам говорю я, сильнорукие горцы,
вам говорю, благородные ван-туаны!
Демоны из-за туч захватили нашу столицу,
демоны подменили сердце моему брату!
Берите же оружие, дети гор высоких,
идите за мною в святую долину!
Мы опрокинем бастионы Пао-Туна,
мы устыдим коварного брата.
Демонов же злых мы примерно накажем:
медленной пилой отпилим им ноги,
быстрым топором отрубим им руки,
вскроем им грудь отточенной сталью и
сожжем сердца, чтоб ожить не смели…
А когда воссяду я на престол отцовский,
буду вам отцом, благородные лунги!
- Каково?
- Да уж… - Андрей покачал головой. - Интересный парнишка этот твой Видра… Ээ… ну, в общем, принц. Обстоятельный такой. И что дальше?
- А что дальше? - Отложив покетбук, Джимми потянулся и сладко-пресладко зевнул. - Дальше как положено. Повоевал-повоевал, потом поймали.
- И?..
- И ку-ку. Ноги отпилили, руки отрубили, сердце, понятное дело, вырезали и сожгли. Фигня, в общем. Зато батальные сцены - пальчики оближешь!
- Неслабо. Слышь, Джим, а ты, случаем, не астрофизик?
- Он самый.
- Из "ящика"?
- Угу.
- Я тоже.
- Понял, не дурак.
- Горная станция?
- Так точно.
- Церион-4.
- Вроде того. Пенелопа-2.
Переглянулись. И вроде бы даже перемигнулись. Или это только показалось?
- Жаль. Я подумал - соседи.
- А… не все ли равно?
Помолчали.
- Хорошо тут все-таки, а, Энди?
- В отпуске и в холодильнике хорошо…
Андрей приподнялся, сел, обхватив руками колени, прислушался к чему-то невидимому. Скривил губы.
- Тьфу ты, сгорел-таки, похоже. А кстати, Джим, твой обходной маневр с ударом там, в бассейне… Кажется, старая басконская школа?..
- Нет, это из кэндо. "Прыжок пьяного кота" плюс кое-что сам сообразил. Европейский удар нуждается в упоре. А впрочем, какие уж там, под водой, школы? Акулы в этом, знаешь ли, мало разбираются…
- Эт-да-а-а…
Между тем общий разговор, набрав обороты, окончательно сконцентрировался на спортивных проблемах. Ничего удивительного: в год розыгрыша Кубка Галактики футбол вновь препрочно вошел в моду, безусловно опередив и бесконечный чемпионат по шахматам, и большие гонки Лютеция-2 - Новый Дакар. Тем более что в этом сезоне вчера еще мало кому известный новобатумский "Реал" рвался вперед, как торпеда, с неприличной легкостью наращивая шансы стать новым, сто двадцать шестым членом элитарного клуба "Бессмертных звезд Галактики".
- А все-таки "Реал" - не команда! - прислушавшись к возгласам, убежденно прокомментировал Джимми.
- Или я буду спорить? - возмутился Андрей. - Если бы не чехарда с тренерами, наш "Черноморец"…
- Именно так, - глубокомысленно кивнул Джимми. - Тренер, брат, это тебе не принц Видратъхья. У нас в "Челесте" тоже с этим проблема…
Сплюнул в песок.
- Да и спонсоры те еще муфлоны…
- Ничего, мы еще встретимся в финале, Джимми!
- А как иначе, Эндрю!
И они обменялись значками клубов, на счастье. На мятой майке Джима вовсю засверкал, отражая солнечные блики, бело-голубой значок "Черноморца", а шею Андрея украсила цепочка с золотисто-алой эмблемой "Челесты", выполненной резко и нарочито грубовато…
- Береги! - Джимми любовно поправил медальон. - Таких больше нет. Выставочный экземпляр! Сам делал.
Откуда-то из бело-огненных небес обрушилась гитара.
- Все, артисты, хорош отлынивать, народ в экстазе! Твоя очередь, Джи-Джи!
Солнечный луч прыгнул на лакированные, игриво выгнутые бока недешевой "Кремоны", пометался немного, устраиваясь поудобнее, и выжидательно замер. Джимми не торопясь подкрутил колки.
- Ну что, орлы? Солдатское, говорят, было, теперь ударим по-бушменскому? Возражений нет?
Возражений не последовало.
Когда нам умереть наступает срок,
приходит ветер, чтобы нас смести.
Он вздымает пыль и гонит песок,
чтоб навеки стереть следы наших ног.
Чтобы наши следы унести с земли со всех дорог, где мы в жизни шли.
Джимми замолчал, предоставив пальцам извлекать из струн печально-торжественный проигрыш темы, но песня не оборвалась. Смуглый крепыш Аллан, сдвинув на затылок монументальную шляпу, подхватил ее, чуть-чуть перевирая мотив, и остальные, один за другим, поддержали его, и светловолосому солисту не оставалось ничего иного, кроме как подыгрывать поющим.