Пустотой и тишиной этого замка, безлюдностью и чистотой двора и стен. Где часовые, охрана, конюхи и птичницы? Почему не поют по утрам петухи и не бряцают по каменным плитам сапоги воинов, сменившихся с караула? И не слышно ни разговоров, ни смеха шустрых горничных, успевающих навести идеальный порядок в комнатках кадеток за время, проведенное теми на утренней прогулке.
- Выносите вещи, я привезла тележку, - объявила Фанья, заглядывая в распахнутые двери комнат.
- А Бетрисса говорила о служанках, - с самым наивным видом изумленно распахнула глаза Тэрлина. - Разве они не помогут?
- У меня как раз есть свободное время, - суховато сообщила домоправительница, водружая узел Тэри на бельевую тележку. - А в новые комнаты свои пожитки вы отвезете сами. Лестниц и высоких порогов здесь нет.
Невозмутимо отвернулась и направилась прочь, держа прямо сухопарую спину.
- Ты слышала, Бет? Я как раз хотела тебя спросить, а ты вообще видела тут слуг или стражников?
- Так ведь Дора уже сказала, никакой прислуги нет, - безразлично произнесла Бетрисса, но глянула на воспитанницу с хитрой усмешкой, словно предлагая решить эту загадку.
- Днем и я не видела, - взявшись за ручку тележки, задумалась Тэри. - А ночью нас запирают. Кстати, а в левом крыле тоже стоит дверь с запором?
- Все точно так же, как и здесь. Только окна выходят в садик, потому я и решила перебраться. Все же приятнее смотреть на травку и цветочки, чем на бесконечный камень. Здесь ведь и на улице все серое.
Вскоре Тэри и сама в этом убедилась, с минуту постояв у окна комнаты, выбранной для нее подругой. Потом небрежно забросила в шкаф серый узел, спрятала в ящик секретера контракт и отправилась вместе с соученицами в библиотеку. Хочешь не хочешь, придется исполнять задание разбойника, раз он теперь для них назначенный королевой наставник и одновременно директор непонятно зачем придуманного ею же кадетского училища.
Разбойника девушки рассмотрели еще издали, он стоял у закрытой двери в библиотеку и небрежно похлопывал по сапогу неизменной тросточкой. И пока их светлости шагали к нему по натертым до блеска полам сумрачного зала, рассматривал свежеиспеченных кадеток с самым скучающим видом.
А едва девушки подошли ближе и остановились на расстоянии трех шагов, свысока усмехнулся и задал неожиданный вопрос:
- Все готовы мыть и чистить?
Дружное молчание и стрелы хмурых взглядов стали ему ответом, но директора это ни грана не смутило.
- За дисциплинированность вы заработали поощрение, но за несообразительность я его снимаю со всех… кроме кадетки Бетриссы. Кадетка Бетрисса назначается старшиной вашей группы. Обязанности старшины просты: вечером взять у меня расписание занятий на следующий день и повесить в коридоре вашего крыла. Помогать кадеткам делать задания и подсказывать решения старшине запрещено. Отправляйтесь на второй этаж. Первая комната с правой стороны. Задание на доске.
- А вопрос задать можно? - осторожно осведомилась Дора.
- За необдуманные вопросы будете получать дополнительные задания, - с едкой усмешкой предупредил разбойник.
- Ладно, - упрямо вздернула голову княжна, - пусть будет задание. За какую несообразительность вы сняли с нас поощрение?
- Два дополнительных задания, - скучающе процедил граф Шаграйн. - Первое - за вопрос, второе - за обращение. Всех вас предупредили, что этикет и светское обращение тут отменены. Почему - должны сообразить сами. Добавьте это задание к тем, что записаны на доске. Старшина! За полчаса до обеда соберешь работы и положишь в стол.
Щелкнул по сапогу тростью, развернулся и направился к выходу.
Девушки несколько мгновений с ненавистью смотрели ему вслед, потом нехотя поплелись к лестнице. После визита ее величества жизнь в этом странном замке не стала ни капли легче или понятнее. Тэри умышленно прошла мимо двери в библиотеку и дернула за ручку, попытавшись ее открыть. Тщетно, дверь оказалась запертой.
- Не нужно, - шепнула маркиза Зайбер и, прижавшись к локтю Тэри, еле слышно призналась: - Мне кажется, за нами все время следят. Даже в спальне.
- Вполне возможно, - подумав, согласилась Тэрлина и так же тихонько добавила: - Лучше поговорить в саду.
Комната, куда они пришли, была обставлена как гостиная, но возле кресел стояли небольшие круглые столики, а в простенке между камином и шкафом висела обычная аспидная доска. Да на столиках вместо ваз с печеньем и сластями стояли небольшие письменные приборы и лежали стопки писчей линованной бумаги. Столов было ровно шесть, но, прежде чем выбрать себе места, девушки дружно ринулись к окнам, словно могли увидеть отсюда хоть немногим более, чем со стен, по которым гуляли по утрам.
Однако обнаружили точно такую же решетку, какие стояли на окнах в комнатах нижнего этажа, и это добавило им тоски. Ну а короткие вопросы, столбиком записанные на доске, и вовсе ввергли девушек в уныние.
- Ну откуда я могу знать, - тихо рычала Октябрина, записав первый вопрос, - "как встречают во дворце новых фрейлин", если из нашего дома уже почти полсотни лет никто во фрейлинах не служил? Сначала у семьи было довольно денег, и девушки выходили замуж, едва достигнув первого совершеннолетия. А потом…
Она махнула рукой и замолчала, но все и так знали на собственном опыте, что было потом. Пока в семье еще хватало денег на модные туалеты и драгоценности, родители считали унизительным устраивать дочь фрейлиной. Ну а после ей просто не в чем было ехать во дворец.
Тэри отложила первое задание про фрейлин и взялась за второй, уже знакомый ей вопрос. Только звучал он теперь по-другому. "Можно ли дерзить придворной знати?" Ну и что тут написать, если правильный ответ так и просвечивает сквозь вопрос?
Разумеется, нельзя.
Дерзить вообще неучтиво, некрасиво и просто неумно, это знают все хорошо воспитанные знатные девушки. Так ведь они никогда и никому и не дерзят, если их не пытаются оскорбить или унизить и не выводят из себя наглыми выпадами и бесстыдными прикосновениями! Но как показал сегодняшний опыт, за эту вынужденную дерзость и попытку защитить свое девичье достоинство можно попасть в еще более скверное положение. И тогда оказывается, что у тебя нет никакого опыта, как из него выходить. И оружия или умения наказать гнусного наглеца тоже нет. Остается лишь выплеснуть ему в лицо все, что ты о нем думаешь, и вылить на голову бутылек чернил.
Тэрлина оглядела задумавшихся подруг, вздохнула и решительно обмакнула перо в чернильницу. Не будет она кривить душой. В конце концов, королева ведь выбирала их по характерам. А о том, что маркиза Тэрлина Дарве Ульгер совершенно неспособна лукавить и изворачиваться ради похвалы или подарка, отлично известно в ее родном замке даже конюху. Ну а если разбойнику не понравятся ее ответы, то может отправить ее назад, все равно Тэри не верит в возможность ее величества выполнить ее заветное желание.
- А у меня была троюродная кузина, - вдруг тихо пробормотала Кателла, - графиня Ланселье. Она три года назад уехала в Карстад к тетке, и вскоре ее приняли во фрейлины. Больше года мы не виделись, потом случайно встретились на похоронах бабушки по отцовской линии. Она оставила всем небольшое наследство. Я с трудом узнала Жюстину, она стала грубоватой, настороженной и пристрастилась к вину.
- Но она же… - нахмурилась Дора.
- Да, отравилась, - мрачно кивнула маркиза. - Прошлой осенью. По слухам, она ждала ребенка.
- Моя бабушка всегда говорила, что дворец - не место для молодых девушек, если у них нет могущественного покровителя или мужа, - вздохнула княжна и вдруг в упор взглянула на Бетриссу: - Жаль, герцогиня Лаверно не может рассказать нам о жизни фрейлин.
- Почему это не может? - оторвалась от работы Августа, некоторое время недоуменно смотрела на старшину, потом сообразила: - Ну да, ей разбойник запретил! Но он сказал - запрещено помогать делать задания и давать советы. И вовсе не запрещал рассказывать о тех вещах, которых мы знать не можем.
- Не думаю, что разбойника удастся обмануть таким оправданием, - засомневалась Тэри. - Ведь он хитер, как хорек. Не нужно заставлять Бетриссу ничего рассказывать, лучше я расскажу вам то, что знаю от нее. Мне ведь ничего не запрещали. По словам Бет, ей очень повезло попасть в младшие фрейлины к королеве-матери. Ее величество к тому времени была уже стара и не любила пускать на свою половину мужчин. Только короля и его приближенных, и то ненадолго. И шумных развлечений тоже не любила, только прогулки, чаепития, чтения и рукоделие. Сама королева, как все знают, увлекалась живописью, но любителей рисования возле себя не терпела. Все ее старшие фрейлины были весьма солидного возраста, и королева их давно вымуштровала, а молодых держала только для различных мелких поручений, поэтому жили они относительно спокойно. Хотя слухи о розыгрышах и шуточках, принятых среди ловеласов и щеголей, стаями ходивших по новой части дворца и весь день проводивших в изобретении различных потех, доходили и до покоев старой королевы.