-- Ну, да, - закатила я глаза к потолку, - ты и послушание. Ну-ну. И как же получилось, что вы остались вместе, а не разбежались, кто куда?
-- Твой папа оказался весьма упорным и, в конце концов, я сдалась. Мы поженились через неделю после нашей первой ночи.
-- Так быстро?
-- Он настоял.
-- И что? Ты ведь практически сразу забеременела.
-- Ну, не сразу. Через год. Влад меня долго отговаривал, говорил, что это небезопасно. Но я уперлась. Хочу и все.
-- Это, наверное, из-за того, что дети двух миров чаще всего погибают в первые месяцы жизни... .Мне Фран сказал.
Мама побледнела.
-- Вот значит как, - пробормотала она.
-- Папа, скорее всего, не хотел тебя пугать.
-- Он много чего не хотел, - раздраженно махнула рукой, - Но если бы я его тогда послушала, у нас бы не было тебя.
-- Мам, я..., - потупила взгляд.
-- Я все знаю, - поджала она губы, - Вытрясла из твоего отца. И про твое превращение, и про кровь.
-- И, что ты думаешь?
-- Расстроена, как и твой отец. Он после твоего возвращения толком и не спал. Проснется посреди ночи и лежит - в потолок смотрит. И я вместе с ним.
-- Мне жаль.
-- Зая, ты для нас самое ценное и дорогое. Мы переживаем за тебя.
-- Я знаю. Спасибо.
-- Вадим только когда твой этот объявился, - в голосе мамы смешинки и тонкий намек, - духом воспрял - улыбаться начал, а то я уж не знала как его и утешить. У самой на душе буря.
-- Мам, - состроила я жалобную рожицу.
-- Но знаешь, я чувствую сердцем, что все обойдется. Ты главное, не сдавайся и руки не опускай.
-- Да, кто мне даст! - рассмеялась я, - Вон, Франчиусу позарез нужна. Статуэтку у них бабуля наша выкрала. А без нее у всей расы глиртов с рождаемостью напряг. Раз в триста лет. Представляешь? Они хоть и живут долго, но так и до полного вымирания недалеко.
-- Ну-ку, ну-ка. Что за статуэтка?
-- Как там ее - Сафисы, вроде. Там девушка огромную змею обнимает.... Или наоборот? Не важно.
Выражение лица мамы стало задумчивым.
-- Девушка со змеем, говоришь. Хм-м.
-- Ма, ты че?
-- Когда ты еще была у меня в животике. Месяцев пять тебе было. Твой папа неожиданно засобирался и уехал, сказав, что ему необходимо уладить некоторые незавершенные дела.
-- Это когда его четыре года незнамо, где носило?
-- Да.
-- Но теперь-то ты знаешь, где его носило.
-- Знаю. Он сам рассказал... а до этого Мария... была так любезна, - последнее слово мама аж выплюнула, - по секрету поведала. Рассказала куда и зачем уехал мой любимый. Намекнула, что не вернется, не отпустят его. Это его плата.... Но мы сейчас не об этом.... Так вот, перед самыми родами, вдруг объявилась Мария с целой сумкой каких-то статуэток. Она заставила мою мать расставить их по всей палате и не убирать пока ребенок не родится. Мне показалось это странным, но моя мать не стала с ней спорить.
-- И?
-- Я помню эту статуэтку... Она до сих пор стоит у мамы в серванте. Очень тонкая работа.
-- А если?... - встрепенулась я.
-- Надо проверить.
Я вскочила и побежала переодеваться. Полностью одевшись, я заглянула под стол. Сидят, касатики.
-- Так, вы двое остаетесь, и сторожите дом.
-- Нина! - пискнул Индир, и хлопнул себя лапой по морде.
-- Эй, что это вы смотрите на меня, как на тяжелобольную? Отставить. Если этот змей искуситель все-таки явится, скажите, что я с мамой пошла к бабушке. Скоро приду.
Матик поднял голову со скрещенных лап.
-- "Нина, ты уверена, что за такую новость, он не проглотит нас живьем"?
-- Подавится.
-- "А, если нет"?
-- Звони мне, я телефон возьму.
-- "Нин, а может не надо"?
-- Как это не надо?! А если это и есть та самая?!!
-- "Нин, ты от него так просто не избавишься".
-- Я и не собиралась, - пряча взгляд.
-- "Нин, я тебя знаю. Ты как нашкодишь, сразу рьяно помогать лезешь, а потом в кусты. С ним такой номер не пройдет. Ты его только разозлишь".
-- Матя, да зачем я ему? Не смеши меня. Я ему статуэтку отдам, и он сам сбежит при первой же возможности.
-- "Хорошо, согласен. Не ты ему нужна - это он тебе нужен как воздух. Без него ты портал не откроешь".
-- Согласна. Но мы все равно идем к бабушке, а вы остаетесь дома. Это не обсуждается.
-- "Он будет недоволен".
-- Я как-нибудь переживу это.
***
-- Как думаешь это она? - рассматривая статуэтку, спросила я маму.
Действительно красивая работа. Проработано все до мелочей: юная дева в многоярусных бусах, прикрывающих грудь и повязке на талии, удерживающей две полосы ткани сзади и спереди, длинной до щиколоток; и огромный черный змей с изумрудными глазами. Сама девушка вырезана из какого-то белого камня в голубых прожилках, очень хрупкая и изящная. У нее небольшая грудь, узкая талия, и крутая попа. Она, подняв вверх руки, тянется к змею, и смотрит на него с необычайной нежностью. Змей же, выплавленный из темного металла, свернувшись вокруг девушки кольцом, как бы отгораживает ее своим большим телом от окружающего мира. Он смотрит на нее сверху, приподнявшись над ней, и улыбается. Именно, что улыбается. Изображенный змей отличался от обычных ползающих гадов непривычной для них мимикой и присутствием век. Так вот веки у змея были прикрыты, а змеиный рот расплылся в подобии улыбки. Очень нежной и ласковой улыбки.
"У-У, няшная змеюка", - подумала я, и погладила ее по голове. На мгновение, показалось, змеиная голова повернулась в мою сторону, усмехнулась и показала раздвоенный язык, а потом и девушка посмотрела на меня - показала кулак. Я моргнула. Змеюка вновь смотрела на девушку, а она на змеюку. Во, глюкануло-то.
-- Она, - подошла к нам бабушка Лейда.
-- Ма? - обернула мама.
-- Это статуэтка из храма богини Сафиссы. Очень могущественный артефакт. Мария прекрасно знала, что делала, когда забирала его.
-- Ба, ты что-нибудь знаешь?
-- Немного. Благодаря этой статуэтке ты, Ниночка, появилась на свет живой и здоровой.
-- Но ба, разве мама не ребенок двух миров? И тете Лила, и дядя Валера... Почему именно я?
-- Когда Ма'Ария забирала нас с Орни'йльвира, она разорвала все нити, связывающие нас с тем миром, на Земле мы как бы родились заново. Но ты, дитя от союза земной женщины и полуэльвафа...
-- Понятно. Значит я единственная.
-- Да.
-- Повезло, так повезло, - саркастическая усмешка скривила губы.
-- Ты хочешь отдать ее глирту?
-- Да.
-- Ниночка, берегись - глирты очень хитрая, изворотливая и беспощадная раса. Остерегайся сыновей старшей семьи. Они особенно опасны. Они не остановятся ни перед чем, чтобы добиться желаемого.
-- Тогда уж точно нужно ее им поскорее вернуть.
-- Нинок, если бы все было бы так просто, Ма'Ария давно бы вернула ее владельцам.
Я присела на краешек кресла.
-- Почему же бабуля не вернула ее? Они уверены, что она их обманула.
-- Не обманывала она их. Это боги решили наказать их.
-- За что?
-- Вот этого я не знаю.
-- А ты?...
Но закончить вопрос, было не суждено. Мой сотовый вдруг взорвался птичьим пением, и это послужило знаком, что нам с мамой пора собираться. Я мимоходом посмотрела на часы. Половина первого. Черт! Засиделись.
-- Да, - схватила я трубку.
На другом конце Матик что-то яростно залаял, и вдруг взвыл как баньши.
-- Спокойно, Матя, я тебя не понимаю. Дай трубку Индиру.
В динамике было слышно, как Матик скребет когтями телефон и сердито пыхтит в трубку.
-- Нина! Нина! Ты меня слышишь? - писклявый голосок дракончика зазвенел в ушах.
-- Слышу. Говори тише. Я не глухая. Что случилось?
-- Франчиас. Он приходил. Мы сказали... Он был в ярости. Он выскочил за дверь прежде, чем мы успели ему что-нибудь объяснить.
-- Хм, - я машинально потерла запястья, - Что вы ему сказали?
-- Что ты ушла с мамой.
-- Даже не объяснили, куда и зачем?
-- Не успели.
Запястья зачесались сильнее. Чую достанется мне по первое число.
-- Все с вами ясно. Что еще?
-- Матик заметил слежку у дома.
Я насторожилась и даже перестала тереть левое запястье.
-- Когда это было?
-- Минут двадцать назад.
-- Проклятье, - от души треснула кулаком по столику, где стояла статуэтка, - Мы возвращаемся. Индир, скажи Матику, чтобы он шел искать Франчиаса. Сам оставайся дома.
-- Я понял, - пискнул Индир, - Будь осторожна, Нина. В этот раз он действительно зол.
***
Я умоляла маму не идти за мной - пустое, она все равно увязалась следом. Не помогли даже уговоры бабушки. Ох, не будь ее рядом, я бы так не психовала. Она капала мне на мозги, спрашивая, каким образом я собираюсь помочь Франу, чем естественно выводила меня из себя. Я скрипела зубами, но стоически терпела. Она предлагала позвонить отцу и дождаться его где-нибудь во дворике у дома, но я отмахнулась, сказав, что он просто не успеет вовремя. Да-да, ее попытки вразумить свое импульсивное дитя, ничему не привели, я только пуще злилась и ускоряла шаг.