-- Неверный вопрос, - цокнул языком Станислас, - Не кто, а зачем?
-- В каком смысле?
-- Ма'Арийя очень переживала, что ты попадешь на Орни'йльвир и погибнешь. Она делала все возможное, чтобы предотвратить это. Сундук не должен был попасть тебе в руки, его должны были перенаправить Станиславу, твоему кузену.
-- А завещание?
Официантка наконец-то принесла бутылку вина. Когда передо мной поставили полный бокал, я отпила почти половину. Так и спится можно.
-- Нина, а ты не задумывалась, почему из всех наследников - ты, единственная женщина?
-- Нет, - честно призналась я.
-- Потому что тебя, в том списке нет... и не было. Твое завещание - фальшивка.
Станислас протянул мне листок, и я впервые увидела список наследников, написанный рукой бабушки. В нем мое имя не значилось.
-- Но как же?... У Ваимира был другой - мой голос становился все тише, - Я видела.
-- Кто-то подменил списки, Нина. Этот настоящий.
Я залпом допила вино. Голова кружилась. Горький привкус лжи оттенял прекрасный букет благородного напитка. Я схожу с ума.
-- Нина, идем.
Это вернулся Франчиас и вид у него был не лучше чем у меня.
-- Ты куда-то торопишься, младший брат?
-- Оставь ее, Станислас. На ней лица нет.
-- Правда редко бывает приятной.
Парень дернул меня за руку, но я только вяло отмахнулась.
-- Вставай, Нина, мы уходим.
-- Франчиас, заканчивай свои игры, - вдруг сорвался глирт старший, испепеляя брата гневным взглядом, - Ей и так досталось, а если еще ты...
-- Мы рас-ссберемсся бес-с тебя, - зашипел Фран, - Вс-сего хорошего... с-сстарший брат.
Я не стала отпираться, сунула сумку Франу и слепо поплелась к выходу. Глирт поймал меня, прежде чем я упала, споткнувшись о подол платья. Я подняла глаза и чертыхнулась. Это был совсем другой Франчиас - таким его я еще не видела.
Глава 8
Если бы я знала, что в иной человекоподобной ипостаси Фран окажется таким... таким чумовым красавцем - ноги бы его в моем доме не было. Высоченный: метр девяносто не меньше, хотя для Орни'йльвира это еще не придел. Жгучий брюнет: волосы густые, иссиня-черные, длинные - концами до бедер достают. М-м-м... Балдею. Ой, слюнки надо подобрать. Ф-ф-ф - хлюп. Хм, простите, отвлеклась. Удивительно мужественные черты лица: точеные скула, волевой подбородок, властная линия губ. Глаза чуть раскосые золотисто-зеленые, а в темноте и вовсе мерцают как звезды. В плечах косая сажень. Сам подтянутый, статный, - видно, что много тренируется - такое тело поддерживать в форме - о-го-го сколько надо. Движения стремительные, выверенные.
Я едва за ним поспевала, почти бежала, подтягивая край юбки, чтобы снова не споткнуться. Франчиас практически сразу поймал такси. Но и минуты хватило, чтобы у проходящих мимо женщин началась настоящая истерика, как у того волка из диснеевского мультика: у которого и пар из ушей, и глаза во все лицо, и сердце из груди, и язык из пасти как пресловутая красная дорожка.
Даже мужчины оказались не подготовлены к появлению глирта: один едва не подпалил своей зазнобе прическу, предлагая той прикурить, хотя она и не курила вовсе; второй повел девушку прямикои в лужу; третий не заметил, что зажал дверью подол платья своей дамы, тем самым оставив бедняжку в чулках и кружевных шортиках; четвертый вовсе неприлично широко разявил варежку. Впечатлительный у нас народ, однако.
Шофер тоже постоянно косил в зеркало заднего вида, нервируя меня своим невниманием к дороге, пока Фран не посмотрел тому в глаза, и мужчина напрочь забыл о нашем существовании. Даже деньги не захотел брать, когда мы подъехали к дому.
Франчиас выволок меня из машины и потащил за собой. Я слабо сопротивлялась, недоумевая, что такое на него нашло. Если его так раздосадовало, что я не предупредила его об опасности ему грозящей в моем присутствии, мог бы запросто оставить меня со своим братом. Фран его явно недолюбливает - вот был бы презент с сюрпризом. А до дома, я и сама бы добралась. Не маленькая.
Дома, глирт стянул с меня пальто и подтолкнул к гостиной. Выползший было встречать нас, Матик, что-то почуяв, счел благоразумный не попадаться на глаза Франчиасу, и на цыпочках проскользнул на кухню. Я бы сама не отказалась залезть под столом, однако в моем возрасте это как-то не солидно.
-- Сядь, Нина, - голос нового Франчиаса оказался глубоким и сильным, с небольшой хрипотцой.
-- Я постою. -
Отступая к окну, я мысленно костерила себя, на чем свет стоит, что не подготовилась к такому повороту событий. В конце концов, не может быть так, что все идет гладко: и заклинание то для восстановления зеркала мне папа нашел, и подруга мне поверила, и глирт за мной на Землю отправился - красота, да и только. Но, видимо, пришло мое время расплачиваться за нечеловеческое везение.
Глирт скинул пальто прямо на пол, снял ботинки и скрылся в моей комнате. Он вернулся оттуда, держа в руках тот самый пояс от моего желтого махрового халата.
-- Сядь... пожалуйста.
-- Нет, - заупрямилась я, зная, чем все закончится.
Фран очутился рядом, возвышаясь надо мной почти так же, как и Ласснир. Я с недоумением отметила, что эти двое как-то неуловимо похожи. Волосы глирт небрежно откинул назад, и теперь постоянно запускал в них пятерню, словно успокаивая себя.
-- Ты сильно расстроила меня, Нина, - тихий вкрадчивый голос пробирал до костей, - Я очень тобой недоволен.
-- Фран? - попыталась я достучаться до него, - Не надо. Мы же взрослые люди.
-- Сядь, Нина.
Взгляд глирта стал почти физически ощутим, как гранитная плита, накрывающая меня сверху. Такой взгляд требовал подчинения и покорности, но я никогда не была послушной девочкой, только когда мне это было удобно.
-- Нет, - через силу, выдавила из пересохшей глотки.
Франчиас с шипением вдохнул и очень медленно выдохнул. Мне показалось, или рубашка на глирте начала трещать по швам.
-- Шини, - Фран прижался лбом к моему лбу.
Его руки обхватили мою шею и... Нет, ну что вы! Душить он меня и не собирался. Хотя некоторые мои знакомые многое бы отдали, чтобы оказаться на его месте и.... Но не будем о плохом.
А-ах, моя шейка. Боже!!! Мои ушки! М-мм, подбородок!! Не может быть!!! Даже затылок?! Ой, куда это я? Мрр.
Изощреннейшая сладостная пытка, превратила их в зону повышенной чувствительности. Ослабевшие колени подогнулись, и я сползла к ногам глирта. Бу-у, я так не играю. Это был нечестный прием... Но до чего же прия-ятно.
И не важно, что меня снова привязали к трубе отопления. Подумаешь, зато и мой мучитель не остался равнодушен: дышит часто и прерывисто.
-- Ты так с-сладко стонеш-шь, - облизнувшись прошипел он, - Я едва не с-сабыл, с-сачем вс-се это с-сатеял.
-- А зачем ты все это затеял? - отдышавшись, просипела я.
-- Поговорить.
-- Поговорить? Ты издеваешься?!!
-- Ни капельки.
-- Супер, - выразилась я, - Чтобы поговорить, ты привязал меня к трубе? Это очень странно, не находишь?
Франчиас уселся на пол напротив и совершенно серьезно заявил.
-- Мне нужно кое-что тебе рассказать.
-- Я слушаю.
Глаза глирта потемнели.
-- Но мне необходимо, чтобы ты наконец поняла, с кем имеешь дело, шини.
Я нахмурилась. Трезвомыслящая особа перестала любоваться небом в розовых облаках и соизволила прислушаться к тому, что ей говорят.
-- Ты кое-что должна знать....
-- О Станисласе?
-- Нет, Нина. Обо мне.
-- О тебе?
-- Я обманывал тебя все это время.
Интересно, почему изначально все мужчины думают, что женщины не умнее пасущейся на лугу коровы? Он действительно считал, что я воспринимаю его флирт со всей серьезностью? Боже упаси! Я не интересуюсь маленькими мальчиками. Да-да, таким мне проще и удобнее его видеть. Сейчас это конечно в разы труднее, но даже в этом случае можно что-нибудь придумать.
Моя не совсем трезвая голова, влет переварила поступившую информацию. Отнеслась к ней со здоровой долей с юмора, и выдала ехидное:
-- Ну, и-и?
-- Среди женщин высшего света, за мной давно закрепилась репутация опасного сердцееда.
Верю. Я окинула Франчиаса плотоядным взглядом: волосы растрепаны - челка падает на мерцающие золотые глаза; рубашка застегнута только на три нижние пуговицы, что позволило рассмотреть бледную мускулистую грудь и несколько рядов кубиков пресса; брюки натянулись... Кхе-кхем. Мое пъяненькое либидо начало отчаянно мне семафорить.
Та-ак, спокойно. Фран заметил осоловевший взгляд, но продолжил тем же бесстрастным тоном.
-- Я милостив к своим союзникам и жесток к врагам. Для достижения своих целей я готов пойти на все. Меня ненавидят и боятся. Все - и мои враги, и союзники - видят во мне только то, что я хочу, чтобы они видели. Кто бы ни говорил, что знает меня - лжет.
Откинув голову назад, я устало вздохнула.
-- Ничего нового ты мне не сказал, - перекатила голову на плечо, чтобы видеть, как расширяются вертикальные зрачки, - Это ведь не тайна за семью печатями.
-- Шини, я монстр. Я сближаюсь только с теми, кто мне нужен, и способен принести ползу семье. Я не завожу длительных знакомств. Не позволяю себе лишних эмоций - слишком большая роскошь для меня.
Не стала переубеждать Франа. Ему виднее. А я в действительности не так много знаю о нем.