Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Солдат в подбитой мехом потертой куртке зябко ежится и закрывает за собой дверь. Сколько он несет тут стражу, ни разу не видел, чтобы заключенный выбирался из вонючего угла. Все время лежит, свернувшись клубком, и вздрагивает от малейшего шума. Говорят, что иногда он воет по ночам, но этого стражник лично не слышал. После утренней раздачи пищи он поднимается и занимает пост рядом со складами, где беспощадно сквозит. Какой смысл охранять единственного полумертвого заключенного, все равно не сбежит.
В кромешной тьме человек напряженно вслушивается в затихающие шаги по винтовой лестнице. Иногда солдаты что-то забывают внизу и возвращаются. Но это бывает очень редко. В камеру заглядывают лишь за тем, чтобы принести пищу. В наступившей тишине он по-собачьи семенит к еде и начинает жадно глотать. Каждый день слепцу приходится бороться с гложущим его голодом. Только несколько утренних часов скрашены приятным ощущением набитого желудка, но уже к обеду возникает желание есть, а ночью голод терзает его во всю силу. В сыром каменном мешке жажда не мучает, воды хватает с избытком. Но вот голод беспощаден. Эти муки повторяются из ночи в ночь.
После трапезы, когда жадные губы собрали последнюю крупинку и все капли жира слизаны с миски, человек возвращается на место и осторожно устраивается на остатках соломы. От подстилки остались лишь сгнившие расползающиеся клочья, но это все лучше, чем лежать на голом холодном каменном полу. Незаживающие язвы по всему телу вынуждают долго приноравливаться, чтобы улечься. Через некоторое время в камере наступает полная тишина, сквозь которую почти неслышной нитью струится слабое дыхание заснувшего…
– А я говорю, ушастый урод, что этого не может быть! Орки никогда не склонялись перед людьми, даже во времена служения Владыке. Даже тогда, в Темные времена, орки подчинялись не магам, а самому повелителю!
– К сожалению, уважаемый Громыхатель, тут ты не прав. Не совсем прав, позволю себе заметить. Ровно сто пятьдесят лет тому назад отряд орков под предводительством Мятежного барона с Малых Холмов прибыл на Перешеек, где его настигли отборные наемники Зур. В завязавшемся сражении все орки полегли как один. Лишь барон смог уйти по Перешейку в Южную империю.
– Вранье! Чтобы орки защищали человека? Вздор, мы бы сожрали его еще на завтрак!
– И все-таки я продолжаю настаивать на сказанном. Мало того, я не буду отвлекаться на вашу излишнюю горячность и не буду обращать внимание на обиду, вызванную вашим недоверием. Должен признать, что моя позиция выигрышнее вашей, уважаемый, так как вы скончались еще при прапрапрадедушках Драконов, а я покинул мир на сотню лет позже. Вы просто не слышали ничего про поведанную вам историю.
– А я повторяю, что этого не может быть! Эти никчемные людишки не смеют приказывать истинным хозяевам степей! Они опускают глаза, когда встречаются с нами взглядом! О каком командовании может идти речь?!
– Все меняется в этом мире, все меняется… А вы за твердолобость уже поплатились, когда раскидали лапы по всем углам помоста под топором палача.
– Замолчшшшите, вы, галдяшшшие сороки… Вы отвлекаете меня от размышшшления о сушшшности бытия в Новом мире…
– О, ваше хвостатое благолепие, мы так рады, что вы проснулись. Наконец-то, а то мы остро нуждаемся еще в одном собеседнике.
– Вот именно, только старого гвардейца нам и не хватало! Скажи мне, зубастое рыло, разве могут мои соплеменники служить человеку?! По совести скажи, ты же врать не умеешь, не обучен!
– Я ушшшел во мрак вместе с тобой, пожиратель конины, поэтому не могу ушшшаствовать в обсуждении этой истории. А шшто касается людей, то более хитрых созданий не видывал еще свет! И я сошшшалею, что Владыка не смел их с лица земли, когда мы встали под его знамена. Раньшшше мы делили с людьми этот мир, но им все мало. Они хватали земли, болота и леса, не ошшштавляя нам выбора: умереть или воевать. Я не удивлюсь, если кто-то из этих падшшших созданий сумел обманом заставить орков служить себе…
– Ха-ха-ха, какое блестящее замечание! Так легко признать, что кто-то из Диких мог служить и по собственной воле!
– Да пожрет проказа вашшшии тела, хитрозадые мерзавцы!!! Я сам сожру вашшшу печень, не будь я орком по воле богов!!!
Дремлющий человек приподнял голову и стукнул ею об пол. Голоса смолкли, потом зазвучали вновь, но уже намного тише. Человек отстранился от них и спрятался в темную норку подсознания, из которой иногда вырывался с криком ужаса, настигнутый пылающими кровавыми воспоминаниями…
– Встань, сын мой!
Закованный в тяжелую сталь, Дарго выпрямился перед отцом, взирающим на него с вышины черного трона. Зал полон: важные сановники, чиновники всех рангов, их супруги и дети в парче и бархате. Водоворот красок и драгоценностей. Всевозможные царедворцы собрались провожать убывающего к южным рубежам старшего наследника престола. Легкий шепот летит над толпой.
– Вы слышали? Торговая гильдия еще не успела покинуть пределы замка, караван отправят лишь завтра днем, а Дарго выступает во главе личных гвардейцев уже сегодня!
– Да, а младший сел в седло три дня тому назад, возглавив сборную дружину бастардов. Караваны же с продовольствием вышли еще раньше!
– По всей видимости, эти торгаши не смогли откупиться, как ни старались.
– Полно вам, все закончится как обычно! Войска встанут летним лагерем на границе, сбросят жирок. Торговая гильдия станет поуступчивее, и к осени мы будем радостно встречать наследников на праздник урожая. Эти претензии к Зур тянутся уже какой год, еще мой дядя участвовал в последней военной кампании. Ничего, кроме натертой задницы, так и не приобрел. Лишь пропылился на границе.
– Будем надеяться, что так и будет. Конечно, если война все же случится, наши доблестные рыцари сомнут этих потных торгашей. Но надо признать, что их наемники представляют собой серьезную силу.
– Наемники! Они разбегутся, как только увидят наши штандарты! Тяжелая конница баронов сметет их при первом же столкновении!
– Маменька, ты посмотри, какой шелк выбрала для дочки госпожа Фридерикс! Правда, он плохо оттеняет волосы младшей баронессы, но я не видела таких шелков нигде в лавках Верхних кварталов!
– Успокойся, дорогая, войска уйдут, бароны разъедутся по домам, и ажиотаж спадет. А мы с тобой спокойно посмотрим все новинки и не будем толкаться среди понаехавшей деревенщины. Тем более что мой дорогой супруг и твой любящий отец должен будет на пару недель отбыть с инспекцией мясных поставок для армии и не будет цепляться за каждый золотой, который мы потратим.
– Барон, мое почтение!
– Уважаемый Фармгормсиган! Сколько лет, сколько зим! Как провели этот холодный сезон?
– Замечательно, надо заметить, просто замечательно. Мой младший пошел под венец.
– Что вы говорите, вот не знал! Мои поздравления ему, пожалуйста. Кто же эта обворожительная счастливица?
– Дочь наших соседей, Цандра Клохорайн. Их земли лежат западнее наших.
– Я плохо помню эту семью, они не так давно в наших краях?
– О, их прапрадед с дружиной пришел под знамена Драконов из Поххоморана, но он из одного из царских колен и доблестно служил на благо новому отечеству. Сейчас барон Гарлет Клохорайн входит в совет Малых Холмов и только в личной дружине содержит более двух сотен блестяще подготовленных солдат. А его второму сыну прочат место при дворе нашего повелителя.
– Как интересно! А мы у себя рядом с этими болотными жителями скоро совсем отстанем от последних новостей и начнем квакать! И какое приданое барон предложил за дочь?
– Достойное, надо вам заметить, очень достойное. Конечно, мы приняли девочку в нашу семью не ради достатка, но наш сын составил замечательную партию. А какие наделы предложил сэр Гарлет за дочь, вы обязательно должны заехать к нам на досуге и оценить охоту в тех лесах!
– Странно, старший в тяжелом доспехе. Я бы еще понял, если бы он надел панцирь с золотой насечкой и чернением, так ведь обычная бронь, не парадная!
– А сейчас в Зур очень жарко, в броне на солнце прогреваешься, как на сковородке.
– Вот именно. Кстати, младший снарядился как на настоящую войну. Зачем им тащить железо на себе, если до южных лагерей у границы больше двух недель пути одвуконь, и гарнизоны прикроют от неожиданного нападения? Легко можно все отправить обозами.
– А стрел набрали пол-арсенала. Уже четвертый обоз ушел сегодня утром с провиантом и оружием. Бастарды забрали оруженосцев и не захватили ни одной юбки из Нижних кварталов.
– Чудеса, чтобы эти развратники забыли местных шлюх? В первый раз такое слышу!
Шумит зал, делится сплетнями, слухами. Дамы строят глазки и запоминают новые наряды, отцы и старшие братья обмениваются весомыми мнениями и договариваются о личных встречах в ближайшие дни. Дети чинно выстроены по краям ковровой дорожки и весело щебечут между собой. До осенних балов еще больше трех месяцев ожидания и подготовки, поэтому все приехавшие стараются впрок наобщаться перед затишьем в придворной жизни. Будет война или нет, это еще не известно, а ветреные умы больше занимает история про младшего распутного сына барона Амнордалла, владельца Трех Дубов. Сынка гнали полуголого от соседей на неоседланном коне, чуть не поймав его в спальне замужней дочери одного из воинственных соседей. Теперь приемную его величества засыпали гневные письма с взаимными обвинениями, и дело идет как минимум к дуэли.