* * *
Бумц, хрясь. Еще разок. Бумц, хрясь. Я передвинул зубило и ударил молотом - бумц, вгоняя его в камень, убрал руку и тут же туда упал удар молота Килона - хрясь! Ага, кажись пошла трещина. Так, еще правее. Бумц, хрясь. Работа не затейливая, но уж больно тяжелая - рубить камень. Выполнять эту нехитрую работу нас обучили через плеть, удары и пинки. Тут главное, пока набираешься опыта, не покалечиться. Я видел, как двух заключенных, которых пригнали вместе с нами, сделали инвалидами на всю оставшуюся жизнь. Один лишился руки, а другому ампутировали кисть. По наивности я подумал, что их амнистируют, но закон здесь оказался намного более суров, чем на Земле. Спустя две недели я увидел одного из них работающего при кухне - он тащил ведро с помоями.
Вот так и развлекаемся. Целый день на жаре с коротким перерывом на обед. Время тут считают так. Сутки делятся на 50 кэнов, то есть один кэн равен примерно 30-ти нашим минутам, если, конечно, считать, что сутки здесь равны суткам на Земле. Кэн в свою очередь состоит из 100 саатов, по 17 секунд один саат. Насчет дней в месяце и месяцев в году я еще достоверно не выяснил, но кое-что узнал. В каждом месяце - вроде бы тридцать пять суток, всего десять месяцев: Дракон и Единорог - условно летние; Братья, Песочные часы - осенние; Дерево, Осьминог, Трезубец - зимние. Первый день Трезубца - день зимнего солнцестояния. Этот день считается концом старого года и началом нового. Потом идут Медведь, Орел и Спящий Эльф - весенние месяцы. Кроме того, существует, какая-то взаимосвязь между текущим месяцем и созвездием, в котором восходит Солнце.
Сзади замаячил надсмотрщик с кожаным бичом - надо ускориться. Здесь, на каменоломне, все просто. Медленно работаешь - получаешь по шкуре бичом. Плохо работаешь - опять бичом. И так за любую провинность. Мне-то плевать, - у меня шкура непробиваемая, но напарника подставлять нельзя. Во-первых, мы с ним можно сказать подружились - после стычки в камере Одноглазый меня сильно зауважал. Во-вторых, Килон и так уже получил сполна. Случилось это в первый же день работ на каменоломне.
Из камеры нас привели в кузницу, где на всех надели кандалы, после чего сковали общей цепью. Первым в связке поставили меня, затем шел Килон, ватажники, уголовники и последними - Ютас с гномом. Примерно около обеда нашу компанию, не покормив, вывели под конвоем из Тар-Агроса на государственный тракт - ту самую широкую мощеную дорогу, которой я так восхищался. Сопровождало нас всего двое охранников.
Пока шли по городу, я успел внимательно осмотреть Тар-Агрос. Замок явно перерос свое назначение укрепленного пункта на границе с Лесной Маркой. То тут, то там распахнули двери трактиры и гостиницы, прямо на мостовую ремесленники выставляли поделки своих мастерских. В городе явно ошивалось много невоенного люда - чиновники в фиолетовых мундирах, сельские жители, жрецы в красно-черных рясах… На пути нам встретилась свадебная процессия. Невесту в золотистой фате, закрывающей лицо, везли на белой лошади, а позади, шли родственники и гости. Все были уже навеселе и распевали громкие песни, аккомпанируя себе на инструментах, напоминающих лютни и флейты. Город был построен сплошь из камня - двух, трехэтажные дома с настоящими стеклами, крыши крыты красной черепицей, небольшие площади с обязательным фонтаном посередине, узкие извилистые улочки. Что любопытно, в городе явно была централизованная канализация и водоснабжение - никаких отбросов и фекалий на мостовой я не заметил. Все очень чисто подметено и убрано. Вода подавалась по деревянным трубам и похоже, что в этом мире открыли концепцию водонапорной башни. Интересно, а как они подают туда воду? Не электрическими же насосами…
Путь до каменоломен занял два дня. Ближе к вечеру второго дня дорога стала постепенно спускаться, пока наш скованный отряд не оказался в глубокой котловине, со всех сторон окруженной холмами. Впереди висело густое облако пыли, из которого доносился перестук молотов, шум падающих камней и приглушенные крики. Чем ближе мы подходили, там четче я слышал отдельные возгласы боли.
Нырнув в облако, наш отряд оказался перед воротами каменоломни. По обеим сторонам створок стояли деревянные сторожевые вышки. Сверху на нас хмуро глядели вооруженные арбалетами стражники. Высокие каменные стены были наверху утыканы острыми штырями. Я пригляделся к стене и у меня мороз по коже пробежал. То здесь, то там в каменной кладке виднелись вмурованные кости и черепа. Вот торчит наружу берцовая кость, а вот выше чья-то нижняя челюсть с остатками зубов. Я в шоке толкнул рукой атамана - Гляди, это что еще такое?!
- Подожди с десяток саатов - мрачно ответил атаман - еще не такое увидишь!
Минуту спустя створки тяжелых ворот стали открываться.
- Двигай ногами, отребье! - гаркнул охранник, и мы пошли, словно в пасть голодного зверя. По крайней мере у меня было такое ощущение. За воротами нас ждало четверо дюжих надсмотрщиков, которые тщательно нас обыскали. Слава богу, я не стал брать с собой заточку - да и куда бы мне ее прятать? Всего-то одежды - старые штаны Хмурого, снятые с пугала и разваливающиеся лапти, которые соорудил нам еще Ютас. Следующий этап - походная кузня. Мрачный кузнец расковал нас, и не успели мы обрадоваться, как тут же заковал обратно в здешние фирменные кандалы - длинные ручные и короткие ножные, максимум на полшага. Затем нас отвели на местную площадь.
Еще на подходе я услышал свит плетей - это два мордоворота с засученными рукавами лупцевали спину седого гнома. Лица его я не видел, но оценил, с какой стойкостью он терпит истязание. Как не старались садисты, им не удавалось добиться от коротышки ни звука. Уже располосовали спину до костей, сами забрызгались с ног до головы, а он все молчит и молчит.
За экзекуцией наблюдала большая группа гномов, выстроенная в правильные ряды и худощавый мужчина начальственного вида. Весь в черном, с серебряной звездой на груди. Грубые, рубленые черты лица в сочетании с жестким и злобным взглядом, говорили о том, что его душа черна так же, как и его одежда. Казалось, что от его пронзительного взгляда не укроется ни одна мелочь. Мужчина в черном внимательно осмотрел нашу группу, уделив особенное внимание мне и Масумото. После этого махнул мордоворотам рукой и те прекратили полосовать спину гнома. Коротышка с трудом поднял голову, и я увидел на его губах черную пену - во время пытки он грыз землю!
Я с трудом сглотнул слюну и отвел взгляд от страшной картины, но спустя несколько мгновений снова впал в шок… Быстро пробежав по многочисленным баракам, мой взгляд остановился на приземистом пузатом здании круглой формы. Сначала я не понял, в чем прикол. Ну, дом как дом. Двухэтажный, большой, с крыльцом и странным кругообразным знаком на крыше. Украшения на стенах какие-то. Потом картинка сфокусировалась и я разглядел стены. Они были сложены из отполированных черепов. Ни одного камня - только тысячи и тысячи пустых глазниц и проваленных носов. Но это еще не все. Окна обнимали скелеты, они же являлись главным элементом декора на крыльце и крыше. Судя по строению - это были останки гномов. И уж совсем пустяком на фоне всего этого выглядел висящий над входом герб, сложенный из берцовых костей.
- Костиница! - выдохнул Одноглазый - Храм из костей. Про него во всей Империи знают. Слышал, что пять тысяч гномов пошло на отделку здания.
- Тра-та-та - выматерился по-русски от души я.
- Молчать! - расслышал наш разговор начальник - Ты! - палец уткнулся в Килона. - Пять шагов вперед.
Атаман поиграл желваками и остался в строю. Разбойник решил пойти на принцип и тут же за это поплатился. К нему сразу подскочили охранники и вытащили вперед. Затем повалили на землю и принялись пороть плетьми.
- Хватит. - Миролюбиво произнес худощавый своим подчиненным - Я полагаю, одноглазый усвоил урок.
Мордовороты прекратили лупцевать Килона, оставив того валяться рядом с гномом. И тут я сделал глупость, о которой чуть не пришлось пожалеть. Набравшись наглости, я вышел из строя и протянул руку атаману. Тот ухватился за нее и поднялся на ноги. Приобняв ватажника, я помог ему вернуться в строй. На все это охранники смотрели с тупым удивлением, а мужчина в черном лишь покачал головой.
- Дисциплина! - начал он свою речь - Все, что от вас требуется в "Каменоломне мертвых гномов" - это беспрекословное подчинение. И я, Эрлик Вууданский, клянусь Единым, научу вас подчиняться. Вы все пришли сюда испорченными преступниками, закостенелыми в своих грехах, а вернетесь домой, если вернетесь, раскаявшимися, смиренными и добропорядочными подданными Императора. Мы тут не камень рубим, мы тут людей перевоспитываем! Вы, фактически родитесь заново. А это дорого стоит. Не каждому в жизни выпадает такой шанс.
- Это точно, - прошептал неугомонный Килон - не каждому выпадает шанс упокоиться в Костинице.
- Вам можно сказать повезло… - продолжал вещать начальник лагеря, но тут ему пришлось прерваться. К нашей компании присоединилось новое действующее лицо. Совершенно точно могу сказать, что это был маг. Я уже научился их различать по посохам и жезлам, которые они носили. Вот и этот молодой человек, обряженный в красную мантию и с жезлом в руках, оказался волшебником.
- Господин маг! - Обратился к нему Эрлик - Извольте полюбопытствовать! Новое пополнение.
- К Жнецу их. - брезгливо поморщился маг, чье рябое лицо мне показалось отмеченным всеми существующими пороками. - Пойдем лучше, в кости перекинемся. Я вчера крупно проигрался тебе, сегодня хочу взять реванш.