15
Утро, казалось, узнало о событиях предыдущей ночи: над Рэдволлом и всей Страной Цветущих Мхов повисли унылые, серые тучи, сеял нескончаемый дождь. Аббат Мортимер, собравший мышей в Пещерном зале, выглядел постаревшим и непривычно строгим. Все, глядя на него, упали духом.
- Спать на посту, а вор в это время лезет в аббатство и крадет у нас самое дорогое, - это, по-вашему, дисциплина?
Аббат устало ссутулился. Ответом ему было виноватое молчание. Старик покачал головой и поднял лапу в примирительном жесте:
- Простите, друзья, я был резок. Мы - мирные мыши, мы не готовились к войне… Но сегодня утром я заметил, что розовый куст увядает, бутоны чахнут. Мартина Воителя больше нет с нами, он оставил нас. Мы теперь одни. Наступают дни бедствий и скорби.
Мыши и все остальные звери смотрели в пол. Они знали, что аббат прав. Но, как известно, надежда умирает последней. И тут раздался голос Матиаса:
- Есть и добрые вести, - сказал он. - Я только что из лазарета. Мистер Филдмаус вне опасности, он будет жить. Все с облегчением вздохнули, заулыбались, и даже аббат на какое-то время забыл свои мрачные предсказания.
- Спасибо, Матиас, - промолвил он. - Это действительно добрая весть. Его ужасные раны заставляли опасаться самого худшего. Но тебе надо подумать и о себе, сын мой. Тебе нужен покой: после боя с черной крысой у тебя вся голова распухла.
Матиас криво усмехнулся и пожал плечами:
- Не беспокойтесь, отец настоятель, я вполне здоров.
Мыши гордо заулыбались: храбрость Матиаса воодушевила их, а тот продолжал:
- Да что там! Он меня только слегка оцарапал. А где он сам сейчас, вор этот? Лежит в земле, и его едят черви… Послушайте меня, друзья. Нас не так-то просто лишить жизни. Они не смогли убить Амброзия Пику, ведь так? И даже этот черный с кинжалом не смог убить мистера Филдмауса. Так стоит ли говорить о каких-то царапинах, которые достались моей голове?
Послышались возгласы одобрения. Констанция встала рядом с Матиасом:
- Вот это я и называю храбростью! А теперь все по местам - отныне мы будем начеку. И я не позавидую этим грязным крысам, если они еще раз осмелятся приблизиться к Рэдволлу.
С воинственными криками, столь не подобающими мирным мышам, все схватили дубинки и вышли из зала. Констанция и аббат отправились проведать мистера Филдмауса, а Матиас с Мафусаилом двинулись в Большой зал - осмотреть разорванный гобелен. Огорченный мышонок сложил на груди лапы и застыл возле гобелена. Старый привратник похлопал его по плечу:
- Знаю, каково тебе сейчас, Матиас. Ты храбрился, чтобы подбодрить других. И правильно. Ты становишься прямо-таки мудрым вождем, учишься скрывать свои чувства и помогаешь остальным обрести надежду. Матиас грустно потрогал свое распухшее лицо:
- Может быть, старик. Но ты не хуже меня видишь, что Мартина у нас уже нет. Боюсь, без него нам не победить Клуни.
Мафусаил, соглашаясь, кивнул:
- Ты прав, мой юный друг, но что же тут поделаешь?
Матиас переступил с лапы на лапу и, потирая бровь, прислонился к стене.
- Не знаю. Единственное, в чем я уверен, так это в том, что аббат прав: мне надо немного отдохнуть.
Отказавшись от помощи Мафусаила, мышонок, шатаясь из стороны в сторону, пошел в спальню, На лестнице он столкнулся с Василикой.
- Привет, - бодро сказал он. - Ну как отец?
Василика ответила ему грустно:
- Спасибо, ему лучше. Аббат попросил меня найти для него кое-какие лечебные травы. А тебе, по-моему, лучше лечь, а то у тебя лицо напоминает подушку.
Матиас поморщился и прислонился к перилам.
- Да, я как раз иду к себе, чтобы как следует отдохнуть. Но не беспокойся - эти крысы дорого заплатят за то, что они сделали твоему отцу.
Стараясь казаться очень усталым, Матиас пошел к себе в комнату, но, закрыв за собой дверь, мгновенно преобразился. С горящими глазами он вытащил из-под кровати мешок Призрака. Заткнув вражеский кинжал за пояс и перепоясавшись веревкой, он пробормотал:
- Ну что ж, Клуни, сочтемся.
Прячась от стоявшего на часах брата Руфуса, который, к счастью, смотрел в другую сторону, Матиас бесшумно перекинул веревку через стену, к которой вплотную подходил лес. Спускаться со стены по веревке оказалось гораздо легче, чем он предполагал, и вскоре Матиас бесшумно скользнул в заросли папоротника. Притаившись в траве, он повторял про себя, что ему обязательно надо пробраться через лес к церкви святого Ниниана. В церкви сначала надо узнать, где хранится кусок гобелена с Мартином, а затем как-то отвлечь внимание противника, в суматохе забрать гобелен и бежать в Рэдволл. Матиас пригнулся как можно ниже и побежал вперед, - зеленый ковер папоротников только слегка всколыхнулся, и все снова стихло.
16
В лагере Клуни Хлыста крысы готовились к штурму аббатства. Одни точили кинжалы о камни фундамента церкви, другие, под наблюдением Краснозуба, выламывали прутья из церковной ограды, кое-кто собирал камни для пращей, а иные обматывали себя веревками. Клуни, словно какой-нибудь восточный царек, важно восседал на церковных хорах. Одной лапой он держал свой грозный хвост, другой - боевой штандарт с хорьковым черепом, украшенный теперь изображением Мартина Воителя. Оруженосец облачал вожака в боевые доспехи. У ног Клуни стояли крепко связанные веревками Полевкинсы. Он щелкнул хвостом и оскалился:
- Посмотрите-ка на меня, вы, жалкие твари. Я - неустрашимый воин Клуни Хлыст! Скоро все лесные звери будут ползать передо мной на коленях.
Авраам Полевкинс смело посмотрел в глаза Клуни:
- Ты просто грязная корабельная крыса, и я…
- Заткнись! - рявкнул Клуни. - Придержи язык, или я займусь тобой и твоим семейством прямо сейчас, не дожидаясь, пока моя армия возьмет ваше аббатство. Видишь мое новое знамя? Это Мартин Воитель - тот самый, что должен был защищать дряхлого аббата и толпу его безмозглых мышей. Теперь Мартин со мной - ему больше подобает быть впереди настоящих воинов. И он приведет нас к победе. - Сверкая единственным глазом, Клуни распалялся все больше. - Разорение и смерть ждут всех, кто осмелится встать у Клуни на пути. В живых останутся только те, кто сгодится мне в рабы.
Миссис Полевкинс попыталась встать, но Грязнонос и Черноклык швырнули ее обратно на землю. Она бесстрашно прокричала:
- Никогда тебе не подчинить Рэдволл! Добро победит зло, вот увидишь! Пусть мы связаны, но наш дух свободен.
Щелк! Клуни взмахнул своим длинным хвостом, и семья Полевкинсов покатилась по полу. Хвост вновь взвился в воздух - мистер Полевкинс прикрыл жену и детей своим телом.
- Трогательная речь, миссис мышка, но ты меня не поняла. Я не собираюсь подчинять дух Рэдволла, я хочу его убить! Эй, вы, уберите с глаз моих этих пискунов. Заприте их в хижину за церковью. Пусть поразмышляют о том, что я с ними сделаю, когда вернусь.
Колин Полевкинс запищал от ужаса, но его родители, пока их волокли прочь, молчали, стиснув зубы.
В церковь вошел Краснозуб и отсалютовал Клуни:
- Армия готова к бою, хозяин. Оруженосец водрузил на голову Клуни шлем. Тот опустил забрало, затем пинком отбросил в сторону крысу, уже надевшую на его хвост отравленный шип. Выйдя во двор, Клуни взобрался на покосившийся столб. Своим единственным, сверкающим злобой глазом он оглядел могучую армию: черные крысы, коричневые крысы, серые крысы, пегие крысы, ловкие ласки, вороватые горностаи и юркие хорьки - все выстроились перед ним. Их мокрое от дождя оружие холодно поблескивало. Клуни что есть мочи заорал:
- Куда идет Клуни?
- На Рэдволл, на Рэдволл! - грянула банда в ответ.
- Закон Клуни?
- Убей, убей, убей!
- Кто победит?
- Клуни, Клуни, Клуни Хлыст!
Прыгнув со столба в гущу солдат, Клуни высоко поднял знамя. С громкими криками банда устремилась по дороге к аббатству.
17
Рваноух безнадежно заблудился. Думать самостоятельно, без приказов Клуни, он был неспособен. Поняв, что бежит не в ту сторону, он встал как вкопанный. Но напуганный внезапным криком птицы, он сломя голову бросился в Лес Цветущих Мхов и бежал всю ночь не разбирая дороги. Только когда забрезжил бледный рассвет, он остановился и сел под ближайшим кустом. Усталый и насквозь промокший, удрученный случившимся, он свернулся мокрым облезлым комком и заснул. Проснулся он только поздним утром от чьих-то шагов. Открыв глаза и увидев шагавшего мимо Матиаса, он мысленно поздравил себя, Вот это удача - мышонок! О, Рваноух возьмет его в плен и доставит к Клуни. Так он покроет себя славой, а хозяин, возможно, забудет о его позорном бегстве.
Матиас незаметно оглянулся. За ним, неумело прячась в траве, кралась толстая неповоротливая крыса. Враг выглядел довольно жалко. Мышонок спокойно побежал дальше - он был уверен, что справится с таким врагом… Хрустя сучьями, Рваноух неуклюже перебегал от дерева к дереву и, глядя на мышонка, представлял себе будущий разговор с Клуни: "Их было шестеро, хозяин, они пытались меня окружить. Ну и задал же я им жару! Хорошо, что вовремя остановился. Надо, думаю, хоть одного оставить в живых и отвести к хозяину на допрос". А тут Клуни мне и скажет: "Рваноух, старина, я знал, что на тебя можно положиться. А иначе, как думаешь, взял бы я тебя с собой вчера вечером? Шелудивый, принеси-ка моему верному другу, храброму Рваноуху, побольше мяса и вина". Ну а я похлопаю хозяина по спине и скажу: "Клянусь усами сатаны, ты уже стар, не пора ли тебе на покой? Я могу быть главным вместо тебя. Такой бывалый рубака, как я…"