Ник поднес руку еще ближе к пасти твари, и искры, обволакивающие его пальцы, встретили золотое пламя. Взвихрились синь и золото, и стало видно, как Магия Хартии берет верх над Свободной Магией.
- Достаточно! - пронзительно визжал голос в голове Ника, изгоняя оттуда все мысли и чувства. Ник ослеп, оглох и потерял все ощущения, он даже не чувствовал, как бьется его сердце. - Достаточно! Достаточно! Хватит!
У ослабевшего Ника больше не было сил. Он закачался, руки повисли, как плети. Кровь уже не попадала в пасть чудовища. Тварь тоже зашаталась и упала на бок. Голос в голове Ника наконец-то замолчал.
Через несколько секунд зрение и слух вернулись к Нику. Он лежал на спине и смотрел в небо. Луна уже почти зашла, но он не видел уходящей луны, ее диск наискось отрезался Стеной.
Ник понимал, что должен встать и посмотреть, движется ли тварь, готова ли она идти в атаку на солдат, чтобы снова разбавить его кровь. Еще он понимал, что должен забинтовать руку, потому что чувствовал, как кровь все еще капает на пальцы.
Но Ник не мог подняться. То ли от большой потери крови, то ли от усталости. А может быть, это давал себя знать ледяной голос в его мозгу. Ник чувствовал себя слабым и беспомощным, как тряпичная кукла.
"Я соберусь с силами, - думал он, закрывая глаза. - Еще минутку, и я поднимусь. Только минутку…"
Что-то теплое коснулось его груди. Ник заставил себя чуть приоткрыть глаза. Луна опустилась уже совсем низко, сейчас она выглядела, как плохо отрезанный кусок тыквы.
В груди становилось все теплее и теплее, и Ник почувствовал, как с этим теплом прибавлялись силы. Он широко открыл глаза, приподнял голову.
Витки спиралей сотен сияющих серебром и золотом Знаков Хартии, подобно небесному звездному сверлу, медленно проникали в его грудь. Ник чувствовал, как с каждым входящим в него Знаком его тело наполняется силой. У него стали подергиваться руки, он поднял их и увидел аккуратную, чистую повязку на кисти.
- Ты меня слышишь? - спросил мягкий голос невидимого существа. Женский, хорошо знакомый голос.
Ник повернул голову. Он все еще лежал около Стены, там же, где упал. Тварь тоже лежала на месте, в нескольких шагах от него. Рядом с Ником стояла на коленях молодая женщина. Молодая женщина, одетая в бронированные латы из пластин, поверх которых был наброшен плащ с золотыми звездами Клэйр, поделенными на четыре части серебряными ключами Аборсен.
- Да, - прошептал Ник. Он улыбнулся и сказал: - Лираэль.
Лираэль не улыбнулась. Рукой в золотой перчатке она откинула назад свои черные волосы.
- Заклинания странно действуют на тебя, но все-таки действуют. Я лучше займусь Хрюл.
- Тварью?
Лираэль кивнула.
- А я не убил ее? Я думал, моя кровь должна ее отравить…
- Она перенасыщена твоей кровью, - сказала Лираэль. - Но когда она переварит эту кровь, станет еще более могущественной.
- Тогда лучше убить ее.
- Ее нельзя убить, - сказала Лираэль. Но подняла очень странное копье - простой сук дерева, верхушка которого была утыкана головками только что сорванного чертополоха, и подошла к твари. - Ни камень, ни металл не может пронзить ее плоть. Только чертополох вернет ее земле. На время.
Лираэль подняла копье высоко над головой и изо всех сил вонзила его в грудь твари. Удивительно, но чертополох не сломался об ее шкуру, от которой отскакивали пули. Копье вонзилось в тело так же легко, как рука входит в воду. Несколько мгновений копье дрожало, а затем взорвалось, разлетаясь, как споры грибов. Пыль от этого взрыва оседала на грудь твари, и в этих местах плоть расплавлялась и пропитывала собой землю. Через секунду от твари ничего не осталось.
- Откуда ты знала, что нужно захватить с собой чертополох? - спросил Ник и тут же проклял себя за глупость. Он снова поднял голову и попытался перевернуться, но Лираэль быстро встала на колени и ласково удержала за плечо.
- А я и не знала. Я прибыла сюда лишь час тому назад в ответ на довольно путаное сообщение магистрикс из Уиверли. Я думала, что мне нужно просто появиться здесь, и не предполагала встретить редчайший экземпляр Свободной Магии. И… и тебя. Я перевязала твои раны и немного поколдовала, чтобы подлечить тебя, а потом пошла искать чертополох.
- Я рад, что ты пришла.
- Мне повезло: в юности я читала множество бестиариев, - сказала Лираэль, смущенно отводя глаза. - Я не уверена, что даже Сабриэль знает особенности природы Хрюл. Ну, мне надо поторапливаться. Тебя сейчас перенесут в дом. Думаю, с тобой теперь все будет в порядке. Серьезных повреждений нет. Я хочу сказать, что Хрюл тебе ничем не навредила. Она не повлияет в дальнейшем на твое состояние, которое… Мне действительно нужно уходить. По-видимому, появился кто-то из Мертвых - послание не очень понятное…
- Послание было об этой твари, - сказал Ник. - Я послал сообщение магистрикс. Я шел за тварью от самого Дорранс Холла.
- Тогда я должна вернуться к охранникам, которые сопровождали меня, - сказала Лираэль, но не двинулась с места, а только нервно покрутила локоны рукой в золотой перчатке. - Им не нужно возвращаться в Бархедерин. Я там оставила свое Бумажное Крыло. Теперь я могу полететь и одна. Я имею в виду, я все еще…
- Я не хочу возвращаться в Анселстьерру, - выпалил Ник. Он попытался сесть, и на сей раз ему это удалось. Лираэль потянулась к нему, чтобы помочь, и тут же отпрянула. - Я хочу вернуться в Старое Королевство.
- Но раньше ты не хотел, - сказала Лираэль. - Когда мы уехали, и Сабриэль сказала, что ты должен вернуться домой из-за того… из-за того, что с тобой случилось… Я удивлялась… что так. Сэм позже сказал, что, возможно, ты не хотел… что тебе нужно было остаться в Анселстьере из-за какой-то особы, то есть, я хочу сказать, что причиной…
- Нет, - перебил ее Ник. - Меня ничто не держит в Анселстьере. Боюсь, что…
- Боишься? Чего боишься? - спросила Лираэль.
- Не знаю, - ответил Ник. Он снова улыбнулся. - Дашь мне руку, чтобы я встал? Ох, твоя волшебная рука! Сэм на самом деле сделал тебе новую!
Лираэль согнула свою золотую, заговоренную Хартией руку и разогнула пальцы, чтобы показать Нику, что новая рука такая же хорошая, как и другая, из плоти и крови, а потом уже робко предложила ему обе руки.
- Она у меня только неделю, - застенчиво сказала Лираэль, глядя на Ника, который стоял рядом с ней. - И не думаю, что она будет действовать далеко на юге. Сэм действительно очень полезный племянник. Как думаешь, идти сможешь?
- Если ты мне поможешь, - ответил Ник.
На дне озера
И снова Мерлин пришел вниз, где нет света, где сплошная темнота. Темнота и гнет. Пришел туда, где вода холодная и плотная, как сталь. Сам он излучает свет, и такой яркий, что моим глазам больно, я должна закрывать их и отворачиваться. Мерлин светит слишком сильно, зная, что я этого не выношу, как не выношу и того, что он видит то существо, каким я стала.
Он обладает силой, и по этой причине я в конце концов отдам ему все, что он хочет. Да, он обладает силой, и только он может дать мне то, что мне нужно. Он об этом знает, но, как и в любой сделке, ему неизвестно, в какой момент он выиграет. Поскольку у меня есть две вещи, которые ему нужны, а он знает цену лишь одной из них.
Я полагаю, он выберет Эскалибур, потому что даже ему трудно размышлять здесь, внизу, на дне озера. Мы оба видим нить времен, которая будет разматываться из-за этого выбора, но я не думаю, что Мерлин видит во тьме так же далеко, как и я. Он выберет меч для своего Артура, хотя мог бы получить чашу Грааля.
Допустим, ему кажется, что меч легче пустить в дело. Разумеется, вместе с ножнами. Но Мерлин не оглядывается назад, он смотрит только вперед, и то, что он узнал о мече, всего лишь малая толика всей истории.
Если бы он выбирал не вслепую, я могла бы рассказать ему больше. Но свет слишком мучителен, и у меня нет желания продлевать нашу беседу. Пусть он говорит, а я просто буду отбрасывать мысли. Это нужно еще и для того, чтобы избежать заклинаний, которые он так предусмотрительно вставляет между словами. Один Мерлин пытается меня обманывать, хотя все знает лучше меня. Пусть он заговорит, а я буду отправлять его заклинания назад. Обратно в то время, когда я гуляла под солнцем, по земле, которая называлась Лайоннессой.
Обратно в то время, когда варвары впервые высадились на чудные брега Лайоннессы, и люди пришли ко мне, умоляя дать им оружие, которое их спасет. В те дни у них не было страха передо мной, поскольку я подолгу пребывала в человеческом обличье и никогда не нарушала соглашения, которое давным-давно заключила с их предками. Но во времена мира и изобилия люди не разыскивали меня, потому что помнили и то, что я ничего не делаю бесплатно.
Так я сделала, когда они просили меня создать меч, меч, который может сделать из землепашца героя, из свинопаса - спасителя. Меч, дававший тому, кто им обладает, силу реки Флиир, когда ее наполняют тающие снега, меч, дававший скорость стрижей, летающих вокруг холма, и прочность великого камня из моего тайного убежища в холме.
Они боялись варваров, поэтому хорошо заплатили. Сто девушек вошли в мою холодную каменную дверь, думая, что будут служить мне и жить в каком-то подземном дворце со сводчатыми пещерами. Но мне не нужны были слуги, мне нужны были их жизни. Я кормилась их годами, а в их крови я закаливала меч. Я все еще относилась к людям так же, как ко всем животным, и ничего не чувствовала, когда они кричали и плакали. Я не догадывалась, связывая мощь реки, скорость стрижей и прочность камня с металлом, что наполняю меч тоской и отчаянием смерти.