Струйка холодной воды потекла в рот, а также заливая бороду и шею вниз. Я пил и не мог напиться. Черта с два я, когда еще выйду на турнир!
С болью что-то надо делать.
Я начал с плеча. Левая ладонь зажала плечо. Боль стрельнула в голову огненным копьем. Я заскрежетал зубами.
-Милорд, не трогайте рану, повязку только что наложили!
Пальцы закололо. Я должен помочь сам себе! Я смогу!
Холод добежал до запястья, а потом вытек через пальцы вон. После боли ее отсутствие - настоящее блаженство!
-Помогите мне!
С помощью оруженосцев я сел на столе. Звон стали, ржанье коней, и крики глухо раздавались снаружи.
-Бой продолжается?
-Да, милорд....
-Кто побеждает?
Парни приуныли.
-Герцог побеждает, милорд...
Но меня теперь больше интересовало мое колено.
Я содрал с него повязку и ужаснулся. Из рваной раны торчали обломки костей. Кровоточащее мясо....Я закрыл рану ладонями и закрыл глаза.
Закололо пальцы. Заледенели кисти...В душной жаркой палатке меня охватил озноб...Зубы застучали друг о друга. Я откинулся на стол.
-Прикройте меня, я замерзаю...
Гвен набросил на меня два плаща сразу. Томас выбежал вон. Послышались голоса.
В палатку вбежала Адель, а следом наш лекарь мэтрФэргюсон.
-Он сказал что замерзает!
-Плохой признак, миледи! Готовьтесь к худшему!
-Грегори!
Адель обняла меня, вглядываясь в мои глаза. Ее зеленые глаза быстро наполнялись слезами. Я обнял ее одной рукой.
-Все хорошо, дорогая...Мэтр Фергюсон не трудитесь, все хорошо!
Но они все же добрались до моих ран.
-Как это понимать, Томас, Гвен? Ран нет?
-Они были, миледи!
-Грегори, ты вылечил себя сам?
-Если я смог вылечить короля, то уж для себя чуть- чуть магии должно было остаться?
Адель целовала мое лицо, в нос, в губы, в брови. Она прижималась ко мне грудью.
-Я так испугалась, Грегори... Я с ума сошла от страха....
Под ее руками оказались не залеченные ушибы. Я охнул.
-Тебе больно?!
-До ушибов руки не дошли- засмеялся я.
Когда я вышел из палатки, нарочно хромая и опираясь на оруженосцев, бои был закончен.
Трубы трубили отбой, барьеры открылись, и первыми выез-жают, не дожидаясь своих хозяев, знаменосцы. Понемногу их на-гоняют участники и в правильном порядке, как и приехали, обе стороны покидают поле; трубы не должны смолкать, пока на поле оставался хоть один боец. Почетный рыцарь уехал во главе одной из групп, предшествующий тем, кто держал его шлем на три-буне дам, и продолжал нести на обломке копья.
Многочисленные слуги высыпали на ристалище, вынося сраженных рыцарей, ловя и выводя боевых коней с опустевшими седлами. На моем Малыше приехал Дуган. Его лицо сияло. Парень обожал лошадей, а проехаться на Малыше для него было наградой.
Трубы затихли, и судьи громко стали выкликать имена победителей. Моего имени там не было. Я был в числе проигравших.
Первым справиться о моем здоровье явился Хэрри.
-Дорогой граф, я рад, что все обошлось и выходка вашего коня, сбросившего вас прямо под копыта не обошлась вам слишком дорого!
-Выходка моего коня?!
-Именно к такому выводу пришли судьи! Кроме того ведь никто не претендует на победу над вами!
Это было "замечательно". Меня изувечили, сбросили из седла под копыта-а виноват, оказался мой Малыш! Но вслух я ничего не сказал.
-Грегори, вы сможете завтра принять участие в копейским бое?
-Безусловно! За ночь подлечу, свои ушибы и завтра буду как новенький!
Хэрри раскланялся и уехал. Теперь у дам, как почетный рыцарь он имел оглушительный успех и спешил этим воспользоваться.
На ночь мы не вернулись в город, а остались среди своих людей в лагере у ручья. Бернадетте это не понравилось, она надулась и рано ушла спать.
Мои рыцари легко отделались. Только ушибы. Никто не был выбит из седла или побежден. Я залечил обширный ушиб на плече Майлза Гринвуда.
-Я видел, как люди герцога вытолкнули вас из седла, милорд.
-Ты запомнил их гербы?
-Нет, милорд, только навершие шлема одного из них в виде красной конской головы. Нас оттеснили от вас сразу же. За их рыцарями, что атаковали нас, трудно было разглядеть подробности. Но вы не могли сами упасть, я уверен!
-Но судьи ничего не увидели, барон?
-Видит тот, кто хочет видеть, милорд...
В сумерках появился Сэмюэль Фостер.
-Плохие новости, милорд.
Глава 22
ТУРНИР ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Назначенный на второй день турнира копейный поединок рыцарей-джауст должен был проходить по правилам Гештех. Для победы необходимо сбросить противника с коня ударом в щит или сломать собственное копье.
Я послал своего оруженосца Томаса коснуться жезлом щитов герцога Давингтонского и барона Рамсея в знак того, что я вызываю их на копейный поединок.
Доспех для этого поединка был совсем иным, нежели для групповой схватки.
Толстый закругленный панцирь с крюком для копья на правой стороне груди, массивный шлем "жабья голова", вся левая сторона туловища прикрывалась тарчем-вогнутым щитом, а вместо латной перчатки на левой руке неподвижная сплошная рукавица.
Копья для этого боя были полыми и из-за этого легкими, но хрупкими.
Правила запрещали сбивать шлем с противника, если это случится, начислят штрафные очки.
Пока меня одевали в доспехи, Адель была рядом.
Ей очень не нравилось то, что я вызвал на поединок двух противников, но она молчала.
Нижние края палатки были приподняты и свежий воздух мог заходить вовнутрь. Сегодня небо было покрыто облаками, солнце изредка лишь появлялось из-за их белых курчавых громад.
Где-то там, на трибуне среди дам в роскошных платьях красовалась Бернадетта. За завтраком она сменила гнев на милость и пожелала мне победы в поединке.
Копейные поединки должны продлиться еще три дня. Пока меня на поединок никто не вызвал.
Обычно на турнирах множество небогатых рыцарей, приехавших чтобы поправить свои финансовые дела. Ведь победитель получал коня и доспехи побежденного. Но на самом деле побежденный просто выплачивал победителю денежную компенсацию. Неплатежеспособным я не был, тогда почему нет вызовов? Похоже догадки Фостера правдивы. Если корона собирается взять меня за жабры, то зачем рыцарям вступать в конкуренцию с королем по вопросу о компенсации за мою голову?
Переодетый горожанином Фостер эти дни провел в Гвинденхолле, общаясь со слугами и конюхами в различных кабаках. Что знает рыцарь-то знает и его слуга.
В кабаках бились об заклад-когда король прикажет схватить мятежного северного лорда-в последний день турнира или после церемонии вручения приза победителю.
Не зря мне не верилось в признательность короля. Еще Фостер отметил усиление караулов на стенах, и то, что казармы гвардии набиты под завязку вооруженной солдатней. Там готовились к чему-то.
Поэтому на второй день турнира со мной отправились только мои рыцари, оруженосцы и пажи. Всем остальным приказано остаться в лагере и держать на готове арбалеты. Коней завели внутрь лагеря и разместили за повозками.
Адель последовала за мной, уговоры на нее не действовали. Угрожать своей жене я не мог, да и ее трудно испугать. Пусть попробует кто-то другой!
Мой боевой конь Малыш был теперь также снаряжен по другому. На голове глухой стальной налобник. Седло в высокими луками. Толстая кожаная попона подложена под раскрашенную накидку.
-Милорд, герольды объявили о том, что ваша схватка с герцогом первая сегодня!
-Хорошо, Томас, выходим!
Адель прижалась к моей груди. Большие зеленые глаза смотрели снизу вверх со страхом и надеждой.
-Я буду молиться за тебя, Грегори...
Герольды зычно повторяли предупреждение участникам о соблюдении правил копейного поединка.
Я уселся в седле, вернее встал в седле. При такой высокой посадке и низких стременах в седле уже не сидишь, а стоишь. Оруженосцы застегнули ремни на трехъярусной стальной юбке, что охватывала низ живота.
Я, с трудом повернув голову, улыбнулся Адель. Она стояла у палатки, такая тоненькая, беззащитная, словно всеми покинутая....
На ристалище гербовый король объявил мой бой. Томас надел на меня шлем и пристегнул его к панцирю.
Теперь я видел мир только через узкую щель и прямо перед собой. Конь двинулся, и я поехал навстречу своему противнику. Копье в руке. Я закрепил его на крюк, просунув под правую подмышку.
Наклонив корпус вперед я, наконец, увидел своего противника герцог в дальнем конце ристалища по левую сторону барьера укреплял копье на своем крюке. Завыли противно трубы.
Шпоры вонзились в бока коня. Малыш мчался, набирая скорость. Наклонив весь корпус вперед я смотрел в щель на несущегося мне навстречу противника. Герцог в броне на боевом коне казался не рыцарем, а сказочным чудовищем горным троллем, как минимум!
Дощатый барьер проносился совсем рядом. Противник приближался с каждым мгновением. Сегодня я был спокоен. Один на один с герцогом и некому налететь сбоку и раздробить колено предательским ударом.
Чтобы смягчить последствия удара за мгновение до столкновения следует откинуть корпус назад, но я наоборот наклонился вперед. Тупой наконечник моего копья был нацелен в тарч герцога. Мы встретились! Удар, словно я вломился в дощатый забор.! Щепки от сломавшихся копий полетели веером! Но удара противника я не почувствовал! Он промахнулся?! Я отшвырнул обломок копья на ристалище.
Крики с трибун, женский визг...