-Это большая ошибка, сын мой! Вам грозит отлучение от церкви, вы это понимаете?
-Все это уже случилось, отец Иоанн, поговорим лучше о том, что нас ждет сегодня и завтра! Город в моих руках. Я оставлю здесь гарнизон и отправлюсь к Давингтону. Герцог Давингтонский обязан передать мне этот город, и я добьюсь исполнения обязательств!
Ваши права как церковного владыки Хагерти я никак ущемлять не собираюсь. Я даже закрою глаза на то, что игорные дома и притоны со шлюхами в порту принадлежат вам!
-Что вы такое говорите?!
-Не спорьте, отец Иоанн! Давайте договоримся сразу-я не трогаю ваших дел, а вы не касаетесь моих и занимаете ко мне полностью лояльную позицию! В ответ я обеспечу вам свое покровительство и небольшие бенефиции, скажем по 10000 талеров в месяц?
-По 2000 талеров!
-Хорошо, согласен! В этом кошеле первая часть, вторую я пришлю к вечеру. На сегодняшней обедне я жду от вас соответствующей проповеди. . .
При свете дня Хагерти мне больше понравился, чем ночью.
Каменные дома, мощенные булыжником улицы, решетчатые ставни на окнах вторых и третьих этажей.
На окнах первых этажей фигурные кованные решетки. В Хагерти помои и ночные горшки не выплескивали из окон, здесь еще работала старинная дренажная система-выложенные из камня коридоры под улицами несли нечистоты вниз по склону в бухту.
Порт находиться ниже, чем городские кварталы. Хагерти-город бегущий с холмов к морю. . .
Сев в седло у аббатства на холме, я видел спускающиеся вниз ряды черепичных крыш, а потом широкую полосу зеленоватого восточного моря. Свежий ветерок, налетавший из этой дали приятно овевал лицо.
Еще полтора столетия назад Хагерти назывался Хагертоном, здесь была столица короля Магнуса и стяги с золотыми лилиями на красном развевались над башнями.
В церкви собрались главы городских цехов, самые богаты и влиятельные торговцы, а также аристократы, постоянно живущие здесь.
Конечно, их привела сюда под каменные своды не их воля. По адресам в списке, составленном Фостером, мои горцы прошлись и привели этих людей. У них при входе отобрали все оружие.
При моем появлении голоса возмущенных горожан начали стихать и когда в сопровождении офицеров я дошел до алтаря воцарилась тишина.
-Я собрал здесь вас-самых видных, влиятельных и богатых горожан не для того чтобы просто посмотреть на вас или потребовать выкуп! Хагерти взят мною не для грабежей и насилия. Я желаю для вашего города только процветания и мира.
Бронкасл больше не вернется сюда как господин и правитель! Все подати и налоги отменяются! Все прежние долги герцогам и их людям также не подлежат уплате!
Вам надлежит избрать городское управление в составе десяти советников. Это управление и будет управлять городом. Я же, как король Севера жду от вас лояльности и преданности. Мой гарнизон останется в городе, но коннетабль городом управлять не будет.
В этом городе, как и на всех моих землях, деятельность церковных судов прекращается.
Решение о казни за любые преступления здесь отныне принимаю только я.
Преследование за ведовство я также запрещаю.
Сейчас я выйду, и двери будут закрыты до тех пор, пока вы не изберете десять советников в городское управление. Они будут говорить со мной от вашего имени. Желаю вам поспешить с мудрым решением!
Глухой ропот был мне ответом. Но открыто никто не возмутился и не высказал возражений. Я их ошеломил . . .
Вопли раздались позже, когда двери церкви были заперты и заложены толстыми деревянными брусами снаружи.
Отловленные по городу воины Синклера под присмотром моих горцев разбирали завалы и обломки у городских ворот.
Вернувшись в лагерь, я собрал офицеров и отдал приказы.
Завтра с утра моя армия должна выступить на юг к Давингтону. Я отправил гонцов в Корнхолл к Бертольду Тудору с требованием доставить еще провиант и снаряды для бомбард. На землях севернее Шелл только один город не был сейчас в моей власти-Давингтон.
Обедал я вместе с Бернадеттой.
Моя гостья была весела и очень любознательна. Ей хотелось знать все подробности ночного боя. Но я ее огорчил, ограничившись рассказом в общих чертах. О капитане Мелиссио и о подробностях смерти графа Синклера и капитана Дойла я умолчал намеренно.
-Ваше величество сегодня немногословны. . .
Бернадетта печально вздохнула и потупилась.
-Мое общество вас тяготит?
-Нисколько, сестричка! Я очень рад, что вы здесь и скрашиваете своей красотой мне эти серые скучные будни военного лагеря!
-Я могу побывать в городе? Ваши люди никого туда не пропускают.
-Через несколько часов я возвращаюсь в город, и вы можете со мной проехаться туда и обратно.
-Туда и обратно. . . - Бернадетта стрельнула взглядом из-под ресниц. - Мне это нравиться, государь. . .
Выпроводив свою настойчивую гостью я приказал приготовить мне воду для купания.
В обозе имелся специально для меня большой деревянный чан.
Слуги быстро все приготовили, и я смыл грязь и пот этой ночи.
Солнце уже клонилось к закату и уже краем коснулось городских башен, когда мы с Бернадеттой, Жассом, Фостером и отрядом телохранителей выехали из лагеря в Хагерти.
Наша кавалькада проехалась по городу сначала до церкви.
Горожане пока не выбрали своих советников.
-Раньше много кричали, государь, а теперь вроде притихли. . . - усмехнулся капитан Макинтайр. Косой шрам на его правой щеке при этом перекосился.
-К утру, я полагаю, они договорятся. . .
Я пришпорил коня и мой отряд начал спуск по извилистым улочкам к порту.
Город уже погружался в сумерки, но здесь на причалах, освещенных последними лучами солнца, тонувшего в море, было светло. Золотистый свет закатного солнца окрасил дома, причалы и лодки рыбаков в яркие цвета.
Город понемногу оживал. Горожане робко выбирались из домов на улицы. Сейчас в порту рыбаки продавали свой дневной улов, и хозяйки с корзинками толпились возле лодок.
Появление моего отряда вызвало переполох. Женщины заметались как перепуганные курицы.
-Фостер, езжай и успокой их!
Кораблей у причалов не было.
"Ласточка" капитана Мелиссио уплыла еще до полудня. Я сполна расплатился с жирным хитрецом.
-Вы правы, государь, город без стены в порту-беззащитен!
-Я полагаю необходимо вызвать сюда Мадзини и поручить ему возвести стену, отделяющую порт от города. Вот только камень по побережью не подходящий - известняк.
Мы выехали к самому краю причала. В мутной воде у причалов полно всякого мусора. Воняло каким-то гнильем. . .
-Здесь я впервые увидела вас, мой государь!
-Почти год назад.
-Как много произошло событий за этот год! И я состарилась ровно на год! - капризно заявила Бернадетта, явно напрашиваясь на комплименты.
Сидя боком в дамском седле, в бархатном зеленом платье с пышными рукавами, она сегодня была изумительно хороша. Волосы в сетке и под легкой вуалью. Глаза сияют. Груди под корсажем вздымаются волной. . .
-Баронесса, я готов сосватать вам лучшего из холостяков королевства!
Этого Бернадетта не ожидала.
-Сосватать? - с ужасом переспросила она.
-Вот - Сэмюель Жасс-молод, хорош собой и холост!
Тут пришел черед ужасаться Сэмюелю.
-Пощадите, ваше величество!
-Баронесса вам не нравиться, дорогой друг?
Бернадетта и Жасс переглянулись. Друг от друга они были не в восторге, я это давно приметил.
-Король Грегори просто потешается над нами, Сэмюель!
-Вовсе нет, дорогая сестрица! Я обязан найти вам мужа среди знатных аристократов королевства. Жасс мой друг и у него впереди блестящее будущее. Вы будете отличной парой!
Лица Бернадетты и Жасса перекосились, словно они хлебнули уксуса.
Именитые горожане в церкви под вынужденным заточением быстро поумнели и к ночи они уже представили мне избранных советников.
Я приказал открыть церковь и выпустить всех по домам.
Косясь на ряды конных горцев в блестящих доспехах, горожане, кланяясь, проходили мимо и разбредались по темнеющим улицам.
Избранных советников я пригласил в аббатство Святого Луки для первого заседания на следующее утро.
В лагерь мы вернулись уже при свете факелов.
В палатке был быстро сервирован ужин на троих.
Бернадетта вначале была очень недовольна присутствием Жасса, но потом она просто сделала вид, что его нет рядом с нами.
Я вынужден был разрешить ему оставить нас и отправиться спать. Ощущая себя лишним, Семюель бросал на меня такие умоляющие взгляды, что я с трудом сдерживал смех.
После двух бокалов вина Бернадетта осмелев, уселась мне на колени. Поерзала, усаживаясь поудобнее. Движения ее тугого зада разожгли огонь во мне. . .
Ее лицо было совсем рядом. Обняв меня за шею обеими руками, она прошептала:
-Грегори, не пугайте меня, замуж я идти еще не готова. . .
-Вы не хотите иметь мужа, свой замок, послушных слуг?
-Это все не важно. . . - ее рука пробежала по моим волосам. - Я хочу быть рядом с тобой. . . .
Ее губы опустились на мои. Их влажное, сильное пожатие было возбуждающе жарким.
Через несколько мгновений я ощутил как мое копье, готовое к бою уперлось бедро девушки. Ощутив его прикосновение, она усилила натиск. Ее язычок пробрался в мой рот и ласково пробежал по деснам и зубам.
Изнемогая от желания, я впивался в нежные, но тугие губы Бернадетты. Она закрыла глаза и отдавалась поцелую без остатка. Ее ладони придерживали мой затылок, а грудь тесно прижалась к моей груди.