Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
– Вот я и собираюсь освежить людскую память, так сказать… Да и избранный наш наверняка огорчится, если его подружка вдруг ко мне попадет. Повода для любви к нашему миру у него от этого не прибавится. Еще подумает, что я специально это сделала…
– И что ты намерена предпринять? Бойню?
– Небо с тобой, Кои! Какую еще бойню? Когда я их устраивала? Это Марсус у нас умелец по организациям массовых кровопусканий. Я так… Больше поговорить… о будущем. Просто хочу попросить, чтобы ее не трогали. Как ты думаешь – послушают?
Богиня смерти с совершенно невинным выражением на лице обернулась к Коину от большого, в рост, зеркала, в котором себя разглядывала. Разве что только глазами не похлопала.
– Ха-ха-ха! – рассмеялся тот, посмотрев на ее лицо. – Даже не знаю, что тебе на это ответить! Прислушаются ли смертные к просьбе Хель? Да, вот это действительно вопрос! Умеешь же ты пошутить!
Богиня смерти ухмыльнулась.
– Пусть бегает, – сказала она, имея в виду Стефанию. – Совсем рано ей еще ко мне. Может, у нее с избранным что-то все же выйдет? Заодно и поговорю с ней о нем.
– Не боишься?
– Возмездия? А я использую идею Марсуса – ничего требовать от нее не буду, но намекну. Пусть решает сама.
– Ты тоже голубков наших подслушиваешь?
– Кои, что за слова! "Подслушиваешь"! Фи… Еще скажи – подглядывала!
– Ладно, ладно. А что Сатия? Руками махала, судьбу Терской меняла – а теперь ее травят! Куда она смотрит?
– С этой маразматичкой вечно ничего не понятно, – ответила Хель. – Придет, понаплетет своих линий, понаплетет… А толком ничего не скажет! Может, у нее там записано, что я вмешаюсь? Ладно, пора! Я пошла!
– Я посмотрю?
– Попробуй…
Студенческая столовая. Перерыв на обед между занятиями
В зале за длинными столами было полно студентов в разноцветных мантиях, весело, под разговоры, уничтожающих пищу. Лишь за единственным небольшим столиком в углу, кроме девушки в черной мантии, никого не было. Она сидела одна, сосредоточенно о чем-то думая и меланхолично ковыряя вилкой в тарелке.
– Не стоит это пить…
От голоса, внезапно раздавшегося рядом, Стефания, протянувшая было руку к стакану с компотом, вздрогнула. Что-то было в этом голосе… такое… Странное… До мурашек по спине. Стефи резко повернулась – опять шутки какие-нибудь? Повернулась – и обмерла. Рядом, у столика, стояла высокая стройная женщина в черном мужском костюме, поблескивающем серебряными нитями. Но не это и не эфес клинка слева на ее поясе вызывал оторопь при взгляде на незнакомку. Нет! Совсем не это!
Необычными, приковывающими к себе внимание были волосы. Ослепительно-белые, именно белые, а не седые, длиною до лопаток, уложенные в аккуратную прическу, они создавали чувство острого дискомфорта. Стоило их увидеть, как сразу становилось понятным, что тут что-то не то! И еще – взгляд. Взгляд прозрачных глаз на молодом лице незнакомки был пугающим.
– Почему? – растерянно спросила Стефания, разглядывая женщину.
– Первая часть двухкомпонентного яда, – негромко ответила та, – лучше этого не пить.
– Яд? – не поверила Стефи. – Но откуда вы знаете? И кто… вы такая?
В это время в зале заметили появление незнакомки. Гул голосов начал стихать. Сидящие за столами стали поворачиваться и замирать, разглядывая женщину с белыми волосами.
– Я? – хмыкнула женщина. – Кто я такая? Очень мило… Ну я бы поняла, если бы тут были одни необразованные крестьяне. Но тут все же университет! Чему же вас учат? Что, никто не знает, кто я такая?
Последний вопрос женщина задала, обращаясь к замершему залу. Ответом ей была полная тишина.
– Хм, – хмыкнула незнакомка и с насмешкой произнесла, приподняв брови: – Задаю господам студентам наводящий вопрос! Кто знает, какое имя носит этот меч?
В то же мгновение клинок, висевший у нее на поясе, оказался в ее руке. Прозрачное, словно из стекла, чуть изогнутое лезвие казалось окутанным легкой дымкой.
– Дхами! – потрясенно выдохнул в тишине чей-то мужской голос, опознавший легендарное оружие. – Хель!!!
Что тут началось! Опрокидывая столы и стулья, визжа женскими и мужскими голосами, студенты бросились на выход. В дверях мгновенно образовалась давка. Кто-то, видя, что через толпу им не пробраться, но имея опыт улепетывания после драк в трактирах, разбил табуретами окна и попрыгал в них, прямо со столов. Через десять секунд в зале остались только Хель и Стефания.
– Однако, – произнесла богиня смерти, убирая клинок в ножны и оглядывая опрокинутую мебель, разбитую и разбросанную по полу посуду. – Тоже мне будущие маги! Никто не смог поприветствовать богиню! Нужно будет спросить вашего ректора – что он думает по этому поводу? А ты говоришь – почаще! – произнесла она, обращаясь непонятно к кому и глядя куда-то в сторону. – Видишь, какая реакция!
– Богиня…
Стефания вышла из-за стола и опустилась на одно колено, низко опустив голову.
– Ну хоть кто-то… – обернулась к ней Хель. – Но тоже неправильно! Преклонять одно колено предо мною могут лишь члены правящих династий и маги. Все остальные – преклоняют оба колена. Ты – не из императорской семьи и пока не маг, поскольку лишь учишься. Поэтому…
Стефания молча опустилась на колени перед богиней.
– Хорошо, встань! – наконец приказала Хель после нескольких секунд молчаливого разглядывания коленопреклоненной фигуры. – Я хочу с тобой поговорить. Но чуть позже. Думаю, что сейчас сюда прибежит господин Мотэдиус спасать своих учеников. Чтобы не прерываться, подождем, а потом – спокойно займемся нашими делами…
Кабинет ректора
– Господин ректор! Господин ректор!! Там Хель!!!
Запыхавшийся студент с безумным выражением и кровью на лице ворвался в кабинет ректора университета. Из-за его спины в дверной проем заглядывал испуганный секретарь.
– Где? – резко откидываясь на спинку кресла, спросил Мотэдиус.
Некоторое время назад он почувствовал присутствие чего-то такого… непонятного. Могучего и пугающего. Он как раз занимался анализом своих ощущений, пытаясь их понять, как в кабинет к нему ворвались.
– В столовой! Она в студенческой столовой! Богиня смерти!
– Иду! – воскликнул ректор, вскакивая с кресла и хватаясь рукой за предательски кольнувшее сердце.
– Богиня…
Старый архимаг движением, исполненным полного внутреннего достоинства, неспешно опустился на правое колено перед Хель.
– Лучше "госпожа", – ответила Хель, глядя сверху вниз на Мотэдиуса. – Или "Темная госпожа". Мне так больше нравится. Встаньте, господин ректор. Ваш поклон принят.
Мотэдиус так же неспешно, как и опускался, поднялся с колена. Действо происходило на крыльце столовой, куда пожелала выйти Хель, заявив Стефи, что в разгромленном зале "слишком пахнет едой". Слева, из-за колонны осторожно выглядывала Стефания. Далеко позади ректора, сбившись в толпу, стояли встревоженные студенты и преподаватели. Мотэдиус успел перекинуться с ними несколькими словами и знал, что все живы и богиня настроена миролюбиво.
– Господин ректор, хочу выказать вам свое недовольство тем, как поставлено обучение в вашем университете… – произнесла Хель, дождавшись, когда тот распрямится.
– Готов выслушать все ваши претензии, Темная госпожа… – Мотэдиус почтительно склонил голову.
– Не касаясь уровня знаний, получаемых вашими подопечными на занятиях, поскольку у меня не было возможности его оценить, скажу о другом. О протоколе поведения дворян. С этим у вас все плохо! Я бы даже сказала – ужасно! Лишь одна студентка попыталась, кстати, тоже неправильно, но хоть как-то попыталась поприветствовать меня, как принято в высшем обществе. Остальные – словно стадо баранов, взялись давиться в дверях, пытаясь выскочить первыми. Господин ректор! Подобное поведение ваших учеников не делает чести вашему университету. Неужели, когда его посещает император, в этих стенах творится что-либо подобное?
Качнув головой в сторону главного здания, Хель показала, какие стены она имеет в виду.
– Прошу простить, Темная госпожа, – произнес малость порозовевший Мотэдиус, – вы правы – подобное поведение совершенно недопустимо! И мне очень и очень жаль, что мои ученики показали себя с не самой лучшей стороны. Искренне сожалею и прошу простить их за такое поведение, госпожа! В качестве оправдания скажу, что они хоть и выглядят взрослыми, все еще, собственно, дети в душе. Ваше внезапное появление оказалось слишком сильным впечатлением для них. Поэтому среагировали они по-детски. Испугались и убежали…
– Неужели я такая страшная, господин ректор? – с некой долей лукавства в голосе поинтересовалась Хель, вопросительно приподняв правую бровь.
– Вы, госпожа, отнюдь нет! Но ваша слава… прошу уж меня простить…
Ректор развел руками.
– Да, прошлое – оно неотделимо от нас… – кивнула Хель. – Что ж, у меня сегодня хорошее настроение, и я дам вашему университету возможность реабилитироваться. Скажем, через четверть часа в главном зале. Надеюсь, этого времени вам хватит, чтобы объяснить вашим студентам, как нужно приветствовать богиню?
– Да, Темная госпожа, вне всякого сомнения! Смею надеяться, что вы соблаговолите сказать им несколько напутственных слов…
– Господин ректор своего не упустит? – хмыкнула Хель.
– Прошу меня простить, госпожа, но подобные события происходят совсем не так часто. Даже совсем не происходят, если мне не изменяет память. Вне всякого сомнения, случившееся будет запомнено его свидетелями на всю их жизнь!