Миновало сорок дней со дня его смерти. Вердикт Страшного суда вынесен и апелляции не подлежит: "Приговаривается к адскому существованию до скончания вечности". И что? Вечные муки? Есть альтернатива!!!
Вот так и родился молодой, однако подающий немалые надежды региональный координатор фиолетового круга, дьявол десятого ранга Сергиус.
А какова главная задача любого дьявола, позволяющая ему возвыситься в ранге и могуществе? Конечно, увеличить приток душ в подведомственное ему заведение. И Сергиус нашел для решения этой задачи весьма оригинальный метод.
Содержание:
Пролог 1
Глава 1 2
Глава 2 5
Глава 3 10
Глава 4 15
Глава 5 18
Глава 6 22
Глава 7 27
Глава 8 34
Глава 9 42
Глава 10 48
Глава 11 56
Эпилог 61
Примечания 61
Александр Зайцев
А-Прогрессор
Пролог
- Это как, навечно? - И правда непонятно, может, аллегория какая?
- Навечно, значит, навечно, то есть до окончания времен, - импозантно заворачиваясь в тогу, пробурчал толстый дьявол, что устроился напротив меня.
- А как долго ждать этого окончания? - Жутко зачесалось под лопатками.
- Ну-у-у-у. - Широкий зевок показал великолепный набор зубов в необъятной пасти моего собеседника. - Миллиардов двенадцать лет. - Несмотря на температуру в помещении, близкую к абсолютному нулю, меня кинуло в жар. - Но точно никто не знает, кроме… - Явно не желая произносить имя того, кому известно, дьявол закашлялся.
- Но а если… - Договорить мне не дали: резко хлопнув огромной ладонью по мраморному полу, да так, что тот пошел трещинами, рогатый зарычал:
- Ангелов видел? - Сглотнув резко подошедший к горлу комок, киваю. - Суд был? - Еще кивок. - Вердикт понятен? - Но я и правда думал, что "Приговаривается к вечному адскому существованию" - просто красивая протокольная фраза!
- И что теперь? Прожил всего несколько десятков лет, а мучиться вечно? - Зря я это, разговаривать о несправедливости или излишней жесткости с дьяволом - это точно не подумавши. Что и подтвердил громогласный гогот из его уст.
- Ой, шутник, клоун! - От смеха тога на его груди раскрылась, и моему взгляду предстала чешуйчатая шкура, отливающая красным золотом. - Радуйся! - Ой-ей, чему радоваться-то? Вечности в аду? - Остаток времен проведешь без скуки, а не лежа на облаке и сходя с ума от безделья. - Это он так намекает на то, что муки адские мне не дадут заскучать аж чуть больше десятка миллиардов лет? Утешил…
- Спасибо на добром слове. - И понимаю же, что не надо, что сарказм неуместен, скорее даже вреден, а удержаться не могу.
- Думаешь, в котлах варить будут? Или муки тебе душевные и терзания совести устраивать будут? - О как, а есть и такие? Впрочем, я мало что знаю о загробном мире. Умер-то всего-навсего сорок дней назад, да и эти дни провел в НИЧТО, ожидая Суда. А по окончании сразу вот сюда, в такую милую на вид баньку, бассейн которой наполнен жидким азотом. - Все это и многое другое есть, нельзя же давать привыкать согрешившим душам к какой-то одной муке. - Ой, кажется, я прав в своих размышлениях о предстоящей мне вечности. - Только эти муки и страдания не про твою честь. - У него и так глаза, мягко говоря, "недобрые", а сейчас сверкнули истинно адовым пламенем.
- Меня будут пытать по-особенному? - И устроят мне эксклюзивный тур… Вот говорят, страх - это железы, физиология. Как бы не так! Я вот бестелесный сейчас, а боюсь до икоты. Впрочем, у меня и икоты быть не должно, и чесаться нечему, ан нет, не все так просто.
- Тебя не к пыткам приговорили, эти с крыльями тебя к существованию приговорили, а это две большие разницы.
- И в чем разница?
- В выборе. - Выбор в аду? Что-то мне не кажется это заманчивой перспективой.
- И что я могу выбрать? - Надо было сказать "из чего", но мысли путаются.
- Вариантов немного, их три. Существовать "у нас" можно либо в качестве пытаемого грешника, да-да, ты можешь выбрать и такое времяпрепровождение, до конечного срока.
Поежился - ну ничего себе перспектива: добровольно, да в котел.
- Пока воздержусь от такого решения.
- Второе, бестелесное существование - без цели, смысла, без всего.
- Это как? - И где тут подвох?
- Так же как ты сейчас, только никто тебя не будет видеть, ощущать, воспринимать. Будешь, как в приговоре сказано, существовать в аду вечно.
Это до окончания времен? Я лучше в котел: как представил себе такую перспективу, так все предыдущие страхи показались малыми и совсем незначительными. Впрочем, а какого выбора жду из уст дьявола? Ему-то весело так изгаляться, когда душа сама по доброй воле в вечные муки запишется.
- А можно услышать весь список? - От пробирающего до несуществующих костей ужаса начинаю вредничать.
- И третий, последний вариант выбора. Работа в аду.
Он просто купается в моем удивлении. Оно ему приятно: даже не имея никаких привычных органов чувств, я точно это осознаю.
- Масло на сковородки подливать? - А что, какая-никакая, а работа, хотя явно же где-то подвох!
- Ну на такую работу у нас очереди безмозглых идиотов выстраиваются. Впрочем, если твой выбор именно таков… - Выжидательно поглядывает.
- А что вы хотите предложить?
- У тебя хорошие данные, чтобы стать дьяволом. - И улыбается, скотина, глядя на то, как шокировали меня его слова.
- Занять ваше место? - Ну явно же чушь или изощренная ловушка!
- Мое?!! - Золоточешуйчатый аж взревел от несдерживаемого гогота. - А-ха-ха. - Но резко замолкает, и его голос становится холоднее азота, что плещется в бассейне. - Я дьявол первого ранга, из желтого круга. Я миллион лет рос до этой ступени могущества! А ты мелочь, только что преставившаяся, и на мое место метишь! - Э, я только что разозлил дьявола, который сидит рядом. Ой дурак… - Ик! - Испортив всю мизансцену, он икнул от сдерживаемого смеха и застучал себя когтистыми лапами по бокам. - Такая шутка требует награды! - Из его лап награда? Интересно, а можно отказаться? Не думаю.
- А что делают дьяволы? - Этот вопрос явно застал его врасплох.
- Э-э-э. - Раздвоенный язык, вынырнув из необъятной пасти, принялся чесать его нос. - Дьяволы делают все. Но тебя это пока волновать не должно. - И задумался…
- И? - Мне показалось, что молчание затянулось примерно на неделю, но кто знает, может, это шалят мои несуществующие нервы.
- А, ты же еще тут. - Такое ощущение, что мое междометие вырвало его из каких-то иных граней реальности. - Так вот, третий вариант. Работа для тебя. Работа на ад. И не простая работа, а в должности дьявола. - О как, значит, дьявол - это должность, надо запомнить и по возможности уточнить.
- А должность престижная? - Ну вот, построить свой вопрос по-другому было бы явно умнее.
- Ну примерно как в твоем мире… - Сколько открытий, эта случайная фраза говорит о множественности миров. - …должность менеджера. Есть менеджеры, управляющие гигантскими корпорациями или государствами. - Хм, воодушевляет! - А есть менеджеры метлы и лома. - Ну вот, зачем я постоянно жду от него чего-то хорошего? Он же дьявол!
- А мне что вы предлагаете? - Прямо собеседование какое-то.
- Сперва думал одно, но твой искрометный юмор… - Это он о чем вообще? - …заставил меня чересчур разговориться и дать обещание. - Подумаешь, он же дьявол, что ему какое-то обещание?! - А мы… - как-то странно он это "мы" выделил в своей речи, - …врать не можем. Ты это, кстати, крепко запомни. Слуги ада не врут! - И, театрально вздохнув: - Нельзя нам, в отличие от крылатых, врать. Они вот могут ради общего блага, чтобы у них крылья поотваливались! А нам остается только недоговаривать и много-много думать. - Это он себя сейчас, судя по всему, похвалил, сидит, гордо пузо надув. А, ну точно, это же гордыня! Смертный грех вроде, а кому, как не ему, им "страдать"-то?! - Так вот, считай, сразу ты прыгнул на две ступени по карьерной лестнице!
- По какой лестнице? Я еще ни на что не согласился!..
Он только мазнул по мне смешливым взглядом, в котором сквозило "а куда ты денешься-то с подводной лодки?", и продолжил:
- Да, на две ступени. И начнешь ты служение аду с должности дьявола десятого ранга, фиолетового круга. - Если бы мне это хоть что-то говорило.
- И что я буду делать? - Из ниоткуда в его лапах появился фолиант просто невообразимой толщины. Поплевав на свои когти, да так, что те задымились, чешуйчатый с увлечением начал что-то в книге искать, перелистывая страницы со скоростью миллион штук в секунду, мне, по крайней мере, так показалось.