Вокруг нас живут те, кому видно и слышно лучше, а даровано больше. Магия - дар или проклятье, что это? Почему нельзя увидеть чудо, и кто наложил на тайное знание вето? Вопрос: где? Ответ: перед вами - очередной герой в мире меча и магии. В поисках однажды утраченной силы, он нарушил незыблемый закон. Не желая того, стал мишенью: побег, борьба за выживание и долгожданная награда; но порой достигая заветного, мы идем на жертвы, а какой она будет разменная монета, ведомо лишь создателю.
Содержание:
Пролог. 1
Глава 1. 2
Глава 2. 3
Глава 3. 4
Глава 4. 6
Глава 5. 7
Глава 6. 8
Глава 7. 9
Глава 8. 10
Глава 9. 11
Глава 10. 12
Глава 11. 13
Глава 12. 15
Глава 13. 16
Глава 14. 17
Глава 15. 19
Глава 16. 22
Глава 17. 24
Глава 18. 24
Глава 19. 25
Глава 20. 27
Глава 21. 30
Глава 22. 31
Глава 23. 34
Глава 24. 36
Глава 25. 36
Глава 26. 38
Глава 27. 39
Глава 28. 39
Глава 29. 42
ЭПИЛОГ 43
Григорьев Александр Сергеевич
Шондар. Горизонты магии
Пролог.
Робко выглядывало солнышко, а насыщенный новыми ароматами воздух принес в мир успокоение и тихую радость. Тучи все еще нависали и грозили, но лучики света уже упорно пробивались сквозь них. Капли дождя мелким бисером укрывали опавшую листву. Дождь закончился. Утихнув на время, лес, вновь, просыпался, наполняясь пением птиц и шумом листвы.
– Тридцать три булька, понял? – произнес пожилой мужичок.
– Дядь Толь, а почему тридцать три?
– Все дело в воде: озерная, речная к каждой свой подход нужен, – и подмигнув, показал в котелок деревянной ложкой.
Но тут же нахмурился, заметил, что мальчишка совсем не слушает. Смотрит на озеро, задумался и улыбается в ответ своим мыслям. Он и до того уже несколько раз бегал проверить, играют ли поплавки, да и сейчас порывался встать. Даже запах из походного котелка не на шутку дразнивший аппетит так и не смог его отвлечь от рыбалки.
– Не о том мечтаешь, Сашка, глупости это, – хмыкнул мужик. А в добрых глазах лукавая усмешка. Сашку же слова задели за живое.
– Ты дядь Толь, не знаешь, о чем я думаю! – взорвался он в один миг.
– Знаю, могу и сказать, если хошь? – ворчливо прозвучал вызов.
Принимая игру, Сашка, напряг воображение – представил несколько матерных слов подслушанных у старших ребят в школе.
– Ну-у… – и прищурившись, выкрикнул. – Давай!
В ответ на это дядька дословно произнес все, что крутилось в голове паренька.
– Ну, как, угадал? Эх! Хороша каша! – и облизав ложку, крякнул от удовольствия.
– Вот бы и мне, так же мысли читать? – прошептал малец, затаив дыхание.
Их взгляды на секунду встретились: нетерпеливый юный и мудрый, тяжелый, как глыба.
– До учебы еще далеко, пока покушать садись, – буркнул он, снимая котелок.
Почему-то сразу, безоговорочно Сашка поверил, его научат читать мысли. Но к вечеру увидев много других чудес, подзабыл, с чего все началось. Огонек, горевший на ладони, лесная живность, безбоязненно прибежавшая и прилетевшая на зов, будоражили детское воображение. Дома рассказать о чудесах родителям и младшему брату, не вышло, словно, кто-то зажимал рот, мешая произнести заветную тайну. "О чем угодно говори, но только не о том, что видел на берегу". Слова напутствия Сашка благополучно забыл и очень расстроился, что не может похвастать.
День за днем интерес разгорался, а дядя Толя в гости не приходил. Беспокойство сына не осталось без внимания родителей.
– Ты чего скучаешь? – Мама, пока крутилась на кухне, между делом потрепала сына по голове. – Иди с ребятами погуляй, на речку сходи, искупайся. Вон, какая жара стоит.
– Мам, а дядь Толя скоро придет? – И бросил взгляд в окно.
– Опять запил Толик, может, сходишь, проверишь? – Мама с укором посмотрела на недовольное лицо отца.
– Я ему не нянька, – заворчал, но пошел во двор и завел мотоцикл.
Видимо все же поехал проведать старого друга. Что их связывало, оставалось загадкой. Деревенский алкоголик, временами даже жил с ними, благо, условия позволяли, дом без проблем позволял приютить еще одного человека. Но в последнее время Толик много пил – замкнулся в себе. Отец и тогда вернулся один. Прошли дни, Сашка перекипел. Воспоминания лишь тревожили, потеряв свою новизну, не просили о них рассказать. Дядька выбрал именно этот момент, что бы придя рано утром и поговорив с родителями, в один миг превратиться в строгого учителя. Без вступлений он стал рассказывать странные вещи похожие на сказки. Не делая скидок на возраст, наказывая за неусидчивость, заставлял запоминать все то, о чем говорил. Так и началось ученичество.
До поздней осени занятия имели одну направленность: учитель произносил слова, ученик их запоминал. Набор бессмысленных звуков, не имеющий ничего общего с русским языком, свод законов и правила, по которым жил весь магический мир. Но, ни одно изученное заклинание не было ему подвластно. Как-то он спросил учителя, почему?
– Я очень старый маг, так получилось, что ты четвертый ученик…
– Но ведь, ученик? Ты меня учишь? – сбивчиво произнес парнишка.
Учитель мрачнел, подбирая слова. Спустя немного времени, глубоко вздохнув, он заговорил.
– Каждый из нас за свою жизнь может выучить троих, но не больше. Я не смогу передать тебе частичку магии, искру первородной энергии. Но даже без этой искры, упражняясь, можно добиться много.
– Я не стану, магом? – мальчик невольно отводил взгляд, стараясь спрятать боль.
– Все, что я знаю, будешь знать и ты! – уверено ответил учитель.
Ученик был слишком молод, чтобы оценить всю глубину проблемы, а учитель спешил, чувствуя приближение смерти. Вначале она пугает и заставляет двигаться вперед а, забрав всех близких, смерть манит. Он помнил другое время, время магов и магии. И все чего боялся, так это забвения. Только сила искры держала в нем жизнь, а знания? Куда он денет накопленный опыт? Кому передать то, что искал всю жизнь?