У нее не было с собой ни единого пенни. Все, что у нее оставалось, это засохший пирог, который она взяла из кладовой в самом начале вечера на случай, если проголодается. Вернее, если голод усилится - ведь он ощущался всегда. Мэг разделала одного из двух кроликов, пойманных Морганой на прошлой неделе, и испекла пирог с мясом. Мэтти рассчитывала съесть его сама.
И тут к ней приблизилась сгорбленная фигура.
- Подайте! Подайте! - донеслось из глубины темного круга, очерченного капюшоном. Ее короткие, изуродованные проказой пальцы сжимали посох, к которому была прикреплена корзина. Фигура остановилась на некотором расстоянии от девочки, как полагалось прокаженным.
- Подайте, госпожа. - Фигура протянула к ней посох с корзиной.
- Денег у меня нет, сэр, - произнесла Мэтти, вытащив пирог и бросив его в корзину. Она не могла заставить себя отвести взгляд от капюшона.
То, что когда-то было лицом, скрывалось в тени. Носа не было, на месте его остался лишь провал, сквозь который со свистом проходил воздух. Один глаз исчез под наплывом гниющей плоти.
- Я не сэр, добрая леди. Я была женщиной, а когда-то и такой же девочкой, как вы.
Должно быть, эта женщина болела уже давно. Одно из самых страшных свойств проказы состоит в том, что она протекает очень медленно, пожирая жертву понемногу. Мэтти подумала, не направляется ли прокаженная к Нелли Вудфинн, и прошептала:
- Простите, простите.
- Не надо извиняться, дитя. Теперь я ничто - ни мужчина, ни женщина, ни старая, ни молодая, ни человек, ни зверь.
Сердце Мэтти сжалось от боли. Она мгновенно ощутила все страдания, которые пережила эта женщина, и спросила:
- А как вас зовут, мадам?
Прокаженная ответила не сразу. Девочка сперва услышала лишь ее прерывистое дыхание, как будто ветер, свистящий в глубоком ущелье.
- Меня звали Елена, доброе дитя.
- Елена, - повторила Мэтти негромко. Так звали одну из ее любимых святых. Смелая и решительная, она отправилась в Святую землю, чтобы найти Крест Господень. - Мадам, вас по-прежнему зовут Елена.
- Боже вас благослови, дитя! - Слова прокаженной напоминали шуршание сухих листьев на холодном ветру.
Мэтти поспешила прочь.
Мальчишки уже ждали ее в пещере. Тучи сделались гуще и скрыли луну, но все быстро привыкли к темноте, и Мэтти, хорошо знавшая дорогу, повела их к берегу ручья, где находился древесный домик.
- Значит, Мэтти, ты не взяла с собой ни лопаты, ни заступа? И говоришь, что она просто спрятала что-то на берегу? - спросил Рич.
- Да, где-то здесь, - ответила девочка.
Сейчас они шагали вдоль берега ручья.
- Как будто ищем иголку в стоге сена, - проворчал Уилл.
- Смотрите! - неожиданно произнес Финн. - Верхушка травы примята, и земля разбросана. К счастью, эта настоятельница оказалась настолько глупой, что ее следы так же легко найти, как следы телеги в грязи. Все ясно! Бьюсь об заклад, она спрятала это здесь! - Он указал туда, где ручей глубоко вдавался в берег, а земля поднималась, словно уступ. Финн ткнул туда веткой. - И спрятала недалеко.
- Можно достать рукой, - сказала девочка негромко.
- Кажется, здесь не живет никто, кроме выдры, - произнес Финн. - Значит, это ее нора. Кто туда полезет?
- Я! Я! Дайте мне! - закричали остальные мальчишки.
- Тихо! - резко оборвал их Финн. - Я вас не спрашивал. Ясно, кто должен это сделать.
Наступила внезапная тишина. Остальные трое мальчишек отступили назад и поглядели на Мэтти.
Та пожала плечами, как будто говоря: "Вот я и получила свое за строительство домика".
- Ладно, - наконец произнесла она и опустилась на колени. - Хорошо бы сделать факел.
- Ты хочешь, чтобы о происходящем узнали все на свете? - прошептал Хьюби.
Девочка стала шарить рукой среди веток и щепок, которые, должно быть, нанесло течением, когда вода в ручье стояла выше.
- Ничего? - спросил Уилл нетерпеливо.
- Ничего необычного.
Но стоило только Мэтти это сказать, как ее пальцы наткнулись на какой-то предмет, который не был ни комком глины, ни камнем, ни деревяшкой, ни палыми листьями. Он был тяжелым и явно металлическим. Пробежав пальцами по его поверхности, Мэтти даже нащупала узор.
Наконец она вытащила из норы узкую шкатулку, и все уставились на находку. Крышку украшало изображение пальмы. Ребята знали, что это символ пилигримов, совершавших паломничество в Иерусалим.
- Это реликварий, - сказал Рич.
В его голосе чувствовалась растерянность. Да и вообще все растерялись. Шкатулка была такой маленькой. Что за сокровище может в ней поместиться, кроме нескольких прядей волос или кусочков ногтей святого, который умер в Святой земле?
- Ну, открывай же, - сказал Уилл.
Мэтти слегка покачала крышку, и та начала подниматься. В этот момент небо прояснилось, и месяц, по-прежнему напоминавший клин, залил берег серебристым светом. Все вскрикнули.
В шкатулке засверкало пять огромных рубинов.
Глава 15
Кровь и рубины
Каждый сокольничий должен держать в аптечке следующие растения или микстуры из них, поскольку они необходимы для лечения распространенных заболеваний и способствуют поддержанию крепкого здоровья соколов: бурачник лекарственный, дубровник, мята круглолистная, шалфей и алоэ, паслен и белена черная.
Друзья тихо двинулись в путь и не проронили ни слова до тех пор, пока не достигли пещеры.
- Клянусь, это те самые рубины, которые были на потире! - воскликнул наконец Рич.
- Что же это может значить? - спросил Финн. - Если, как ты сказал, Рич, потир забирали для ремонта, то выглядит ли он теперь так же, как раньше?
- Ну, если бы рубины пропали, мы должны были бы заметить, - сказала Мэтти.
- Конечно, - согласился Уилл.
- Похоже, что так, - произнес Финн, потирая подбородок.
- Что так? - спросил Рич.
- Но мы ведь могли не заметить, что там другие рубины, - сказал Финн.
- Не те рубины? - спросили остальные хором.
- Да! Что, если ювелир вставил фальшивые?
- Как можно подделать рубин, Финн? - спросил Хьюби.
- Понятия не имею. Но сдается мне, что, если можно сделать витражи со стеклами рубинового цвета… Я слышал, что такие есть в Кентербери…
- Если… - произнесла Мэтти медленно, - можно делать витражные стекла рубинового цвета, то почему нельзя было подделать камни?
- Трудно поверить, что церковь решится на такое, - сказал Уилл.
- Не забывайте, какие слухи ходят о епископе Херефордском, - заметил Хьюби.
- Да, епископ Херефордский с принцем Джоном способны на такое, - согласился Финн. - А теперь ясно, что в этом замешана и настоятельница.
- На одни эти рубины можно купить все земли принца и любое количество воинов. Может начаться междоусобица, при том, что Ричард так далеко… - у Мэтти сорвался голос.
- Эти рубины единственное, чего недостает Джону, чтобы завладеть короной, - сказал Рич.
- Цена королевства, - сказала Мэтти негромко.
- Что же нам с ними делать? - спросил Рич.
- Ну, мы могли бы вернуть их в церковь, - предложил Уилл.
- А можем и оставить себе, - откликнулся Хьюби.
Финн огляделся, затем сделал друзьям знак подойти ближе и, понизив голос до шепота, сказал:
- Эти рубины не должны попасть в руки Джона. Они помогут негодяю занять трон Англии. Он наймет на них армию и добьется своей цели. Мы должны сделать все, чтобы помешать этому.
- Может быть, эти рубины помогут многим людям, - произнес Хьюби.
Пока Мэтти слушала их обоих, у нее созрела блестящая мысль.
- Возможно, эти рубины помогут нам избавиться от тиранов, - сказал она.
Повисла тишина. Все думали о страданиях, перенесенных за последние годы. Украденная головка сыра или оленья ляжка - вот и все, чем удавалось скрасить жизнь. Но неужели теперь у них в руках достаточная сила для уничтожения тирании?
Наконец Финн нарушил молчание:
- Я понял, о чем говорит Мэтти. Но нужно подождать. Продать такие рубины не просто. Для помощи людям будет проще украсть золото и серебро из сундуков принца и шерифа. Думаю, рубины пока что нужно как следует спрятать, и не все в одном месте, а в пяти разных тайниках, о которых знаем мы все.
Мэтти поняла, что Финн прав. Драгоценности действительно пока нужно спрятать там, где их никогда не найдут. И она вдруг вспомнила такое место.
- Есть такая болезнь ястребов-перепелятников. Ее разносят лесные клещи, и, подхватив ее, птица покидает гнездо.
- Я слышал про это. Как будто все дерево болеет. Оно становится серым и чешуйчатым, - сказал Рич. - Ястреб покидает дерево, и больше ни одна птица там не селится. И даже люди не подходят к ним. Они как будто одержимы духами давно умерших деревьев.
- Я об этом и говорю, - продолжала Мэтти. У мальчишек расширились глаза, когда они сообразили, к чему она клонит.
- Я знаю пять таких деревьев в этом лесу. В каждом из них есть дупло, где можно спрятать камень. К ним не приближаются ни птицы, ни люди, их древесина не годится на растопку. Они… - девочка задумалась, вспомнив Елену, - не одержимы духами. Они как будто прокаженные. И в них мы можем спрятать рубины.
Мэтти сделала шаг назад и окинула друзей взглядом.
- До этого момента я ни разу не участвовала в вашем воровстве.
- Не переживай из-за этого, - сказал Рич.
- Я никогда и не переживала, но то все было мелкой кражей по сравнению с этим.
- Да уж, - произнес Финн. - Мы лазили по карманам и срезали кошельки. Теперь мы решились на куда более тяжкое преступление.
Говоря это, он как будто улыбался.