Я отрицательно мотнул головой.
– А как он к тебе попал?
– Это давно было. – Мне, честно говоря, не хотелось вспоминать те времена. – Я ещё не был Стражем Врат. Шатался по Тёмной Стороне, набрел на какие-то развалины. Нашел там меч…
Я не стал вдаваться в подробности – от них и Хозяина Преисподней стошнит, а он ко всякому привычен. Я тогда остался жив только благодаря Хайдаару.
– И что ты собираешься делать? – Вета смотрела на меня широко распахнутыми глазами. – Вдруг Ариэль тоже догадается!
– Если она догадается, мы об этом узнаем, – фыркнул я. – Надо каким-то образом забрать у неё Хайдаар и припрятать его как следует. Тогда можно будет без опасений заняться самой волшебницей и её пацаном.
– У меня есть идея, – сказал молчавший до сих пор Янис. – Я знаю, как забрать твой меч.
– Мы же вроде враги, – ненавязчиво напомнил я. – Ещё недавно ты собирался меня убить…
Янис засопел, как рассерженный еж, потом сказал:
– Мне Ветка объяснила, что может случиться, если Ариэль найдет второй талисман. Лучше уж ты живи, чем совсем никого не будет…
Ну что ж, сформулировано коряво, но позиция Яниса мне понятна. Пока мы будем соблюдать вооруженный нейтралитет, а после решающей битвы он снова захочет меня убить.
– Ну, что там у тебя за идея? – поторопила Вета. – Не тяни!
Идея была до крайности проста. Самым трудным было уговорить Дайлингена везти на себе Яниса и слушаться его. Но я справился, хотя и обзавелся парочкой свежих царапин.
Так вот, вечером, пока ещё не очень стемнело, в лесу послышался дикий визг. Я, признаться, и не предполагал, что такая маленькая девчонка может настолько громко орать!
– Помогите!!! Убивают! – старательно голосила Вета. – Люди, на помощь!!! А-а-а!!!
Место мы выбрали хорошее – буквально в двух шагах от лагеря Ариэли, на милой полянке. Бравая волшебница немедленно кинулась спасать неизвестную крикунью, даже не подумав о возможной ловушке. И о том, откуда бы здесь вообще взяться человеческому существу!
Когда Ариэль и Чичи пробились через колючие кусты, их глазам предстала чудная картинка. Вета в донельзя растерзанном платье из последних сил вырывалась из когтистых лап жуткого мохнатого чудовища (то есть меня). До этого Вета битый час придавала моей ухоженной шкуре как можно более взъерошенный и неопрятный вид. Чудовище (то есть я) с большим чувством драматизма момента утробно рычало, завывало, жутко скалилось, пускало слюни и явно терзалось раздумьями: то ли сразу сожрать аппетитную девчонку, то ли сперва с ней позабавиться…
Всё получилось как нельзя лучше: Ариэль с грозным воплем ринулась в бой, Чичи тоже, Вета заверещала ещё громче, а чудовище (то есть я) поджало хвост и удрало подальше в кусты. Там я сидел и слушал, как Вета, хлюпая носом, вешает Ариэли лапшу на уши. При этом девчонка периодически начинала биться в истерике – у неё оказался явный актерский талант, – и кричать, что боится меня (то есть чудовища). Ариэль успокаивала её, как могла, уверяя, что почувствует чудовище, если только то осмелится приблизиться, и покажет ему, где раки зимуют. Потом Ариэль закутала Вету своим плащом и повела к костру, а я направился следом.
Тут, у костра, план Яниса едва не дал сбой: глазастая Ариэль разглядела Ветины лохмотья и признала в них одёжку фэренай. И, конечно, устроила моей целительнице допрос с пристрастием. Однако Вета оказалась на высоте – я бы поаплодировал, да только лапами это неудобно делать. Она заявила, что фэренай похитили её и заставили лечить своих раненых. При этом дали одежду и вообще не очень издевались. Потом она сбежала, но попала в когти чудовища. Ариэль в похищение, побег и чудовище поверила, а в то, что не издевались – не особенно. Но тут Вета весьма к месту заметила, что Чичи ранен, и принялась оказывать помощь. Пока она ловко морочила Ариэли голову, я надеялся, что та не узнает маленькую целительницу. В конце концов, в Цитадели темновато, а Ариэли тогда было не до заблудившихся девчонок…
Наконец они угомонились и улеглись было спать. Но не тут-то было! Я принялся бродить вокруг их стоянки, громко и разочарованно вздыхая и обиженно порыкивая. Вета при каждом моём рыке послушно визжала, Ариэль швырялась в темноту молниями, но так ни разу и не попала. Потом я решил развлечься иллюзиями, и вокруг костра начали ходить уже десять чудовищ. Вскоре кое-кто из обитателей этого леса решил разведать, что там за шум, и присоединился ко мне. Словом, могу без лишней гордости заверить, что за всю ночь никто из людей не сомкнул глаз. Ариэль только и пыталась ошарашить меня молнией и ни на что другое внимания уже не обращала. Чичи клевал носом – похоже, Вета подсунула ему какое-то очень сильное болеутоляющее.
Наконец начало светать. Я удвоил усилия, оглашая окрестности заунывным воем. Собственно, это был условный сигнал. Я на минутку показался Ариэли, Вета завизжала, Ариэль кинулась на меня, а Чичи свалился носом в траву и захрапел. Я петлял между кустами, Ариэль гналась за мной, поливая отнюдь не изысканными словами и молниями, а от костра внезапно донесся вопль Чичи и удовлетворенное ржание Дайлингена. Через пару секунд он пронесся мимо меня с Янисом на спине. В руке Янис сжимал мой меч.
Я не стал больше терять время на развлечения с Ариэлью, рванулся обратно в их лагерь и, напугав Чичи до полусмерти и закинув Вету себе на спину, последовал за своим конем. Ариэль орала мне вслед так, что Хозяин Преисподней непременно взял бы её к себе солисткой, если бы только услышал.
Как следует запутав следы, я скинул Вету в траву и плюхнулся рядом, шумно дыша. Вета вдруг взвизгнула и начала хохотать.
– Ты чего? – спросил я.
– Ты не видел, – захлёбывалась она, – какое лицо было у Ариэли, когда я ей рожу на прощание скорчила! О-ой…
Н-да… То-то Ариэль так разъярилась… Ещё бы! Увидеть, как спасенную тобой девчонку уносит чудовище, от которого, собственно, её и спасали, а она при этом ещё и корчит рожи, заходясь от смеха… Тут есть от чего озвереть.
Рядом остановился Дайлинген. Янис не удержался у него на спине и мешком свалился на землю. Я принял нормальный вид и отобрал у Яниса Хайдаар. Снять блокирующее заклинание было парой пустяков. По-моему, я почувствовал, как меч обрадовался мне. А уж как я обрадовался – слов нет!
– Может, хоть теперь поблагодаришь? – язвительно осведомилась Вета. – Или опять скажешь, что не просил тебе помогать? Мол, сами напросились…
– Прикройся, – посоветовал я.
Вета поймала на себе жаркий взгляд Яниса, вспомнила, что от её одежды мало что осталось (плащ Ариэли она потеряла по дороге) и грязно выругалась. Янис покраснел, а я отметил, что Вета позаимствовала у Ариэли изрядную часть её словарного запаса.
Внезапно сильно завоняло серой.
– Привет, – сказал знакомый голос.
– И тебе привет, – отозвался я. Вета побледнела и шагнула поближе ко мне. Янис тоже не радовал здоровым цветом лица.
Вообще-то далеко не все обитатели Тёмной Стороны уродливы, скорее наоборот. Те же фэренай прекрасны до того, что дух захватывает, да и в любом чудовище можно отыскать своеобразную привлекательность. Но вот Хозяин Преисподней страхолюден до невозможности – ему так по должности положено. Вдобавок от него зверски воняет. Как-то он жаловался мне, что работа ему надоела до чертиков (прошу прощения за невольный каламбур), и больше всего он хочет сменить внешность и отправиться к фэренай, а то они и близко его не подпускают.
– Как дела? – осведомился Хопря (это мы так сократили его должность. То есть сперва он носил гордое имя Хопр, но потом мы решили, что это слишком труднопроизносимо).
– А то ты не знаешь, – огрызнулся я. – Только не говори, что моё время вышло, и мне пора к тебе на лечение сернистыми источниками.
– Не, тебе ещё рано, – отмахнулся Хопря. – А вот ту парочку я бы с удовольствием прихватил!
Тут он заметил, что Вета готова свалиться в обморок и поспешил поправиться.
– Я вообще-то волшебницу с её пацаном имел в виду, – сказал он, дружелюбно улыбаясь. – Как думаешь, Ашер, куда её лучше определить, на мороз или в пекло?
– Если можно, то попеременно, – машинально ответил я. – Слушай, Хопря, а чего ты припёрся? Побеседовать о смысле жизни, что ли? Так мне не до того…
– Да я подумал, что тебе помощь нужна, – обиделся Хопря. – Ты же вроде хотел меч сховать понадежнее.
– А подслушивать нехорошо, – высунулась из-под моего локтя Вета.
– У-ти какая! – Хопря сделал ей "козу". – Ашер, ты где такую чертовку взял? Дай адресок!
– Да иди ты, – устало ответил я. – Можно подумать, тебе своих чертовок мало… А насчет меча ты прав. Лучше отправить его подальше отсюда. Но смотри у меня, без экспериментов! А то Хайдаар тебе что-нибудь отрубит.
– Можно, рога? – Хопря комически схватился за своё роскошное головное украшение. – Надоели до безобразия, за ветки цепляются, и голова от них болит!
Он перехватил мой не сулящий ничего хорошего взгляд и прекратил ерничать. Осторожно приняв у меня Хайдаар, Хопря сказал:
– Я его знаешь куда положу? В то место, где мы с тобой в первый раз ужрались до синих чертей…
Оглашая окрестности диким хохотом, он исчез. Где это мы пили тогда? А, вспомнил! Да, веселое было время. Я был обыкновенным оборотнем, а Хопря – простым чертом. Что мы пили, я не помню, а вот синих чертей припоминаю отчетливо. Очнулись мы все в синяках и долго искали обидчиков по всей Преисподней. Потом кто-то сердобольный растолковал нам, что синих чертей не бывает. Голубые – бывают, а синих в природе не существует. Тогда мы сообразили, что пали жертвой зеленого змия, но и эту рептилию не нашли. Словом, мне даже взгрустнулось о временах моей юности…
– Ладно, – сказал я, преодолевая ностальгию. – Дайлинген, ко мне. Вы двое – ждите меня здесь.