- Может, не будем? Воды у нас нет, до родника далеко, и вообще... - произнес Голос. Берт с Уильямом свирепо поглядели на Тома.
- Заткнись! А то мы так не жрамши и останемся. Скажешь еще хоть слово, побежишь за водой.
- Сами вы заткнитесь! - огрызнулся Том. - А ты, Билл, придержи язык, тебе только бы посупротивничать.
- Помалкивай, пугало! - взъярился Уильям.
- Сам пугало! - не остался в долгу Том.
Словом, тролли, как говорится, перешли на личности. Наконец они поутихли и столковались: сядем, мол, по очереди на каждый мешок, расплющим гномов, а потом сварим.
- На кого на первого сядем? - поинтересовался Голос.
- На последнего, - ответил Берт, разумея Торина, от которого пострадал его глаз. Он-то думал, что говорит с Томом.
- Совсем чокнулся, уже сам с собой болтает, - пробурчал Том. - Решил, так садись. А где он?
- Вон, - показал Берт, - в желтых носках.
- Ерунда! - возразил Голос, подражая Уильяму. - Не в желтых, а в серых.
- А я говорю, в желтых, - уперся Берт.
- Точно, - согласился Уильям, - в желтых.
- Чего же ты вопил, что в серых? - удивился Берт.
- Я? Это не я, это Том.
- Еще чего! Это ты, Билл.
- Двое против одного, так что закрой пасть, - велел Берт.
- Это ты кому? - осведомился Уильям.
- Хватит! - гаркнули хором Берт и Том. - Время идет, вот-вот рассветет. Надо дело делать.
- Наступит рассвет и обратит вас в камни, - торжественно произнес Голос.
В этот миг небо над холмами порозовело, в ветвях деревьев защебетали птицы. Уильям застыл, пригнувшись к земле; Берт с Томом тоже замерли. Они стоят на полянке и по сей день - двое смотрят на третьего, - а птицы вьют у них на головах гнезда. Ведь вам наверняка известно, что троллям опасен солнечный свет, и потому до восхода солнца они должны спрятаться под землю, иначе навсегда превратятся в камень, из которого и сотворены. Это и случилось с Уильямом, Томом и Бертом.
- Так-то оно лучше, - проговорил Гэндальф, он вышел из-за дерева и помог Бильбо выбраться из колючего куста. Только теперь хоббит догадался, что это маг заставлял троллей препираться между собой, искусно подражая их голосам. За спором тролли и не заметили, как наступил рассвет.
Вдвоем с хоббитом Гэндальф развязал мешки и вызволил почти задохнувшихся гномов. Те были вне себя от ярости. Еще бы! Каково лежать в мешке и гадать, как тебя съедят - сырым, вареным или жареным. Бильбо рассказал, что с ним приключилось, но гномы никак не могли успокоиться, и рассказ пришлось повторить - только тогда они немного утихомирились.
- Нашел время упражняться, - проворчал Бомбур. - Нет чтобы просто принести еды.
- "Просто" все равно не получилось бы, - возразил Гэндальф. - Но хватит об этом, дело прошлое. Поблизости должна быть пещера - ведь тролли где-то укрывались от солнца. Надо бы ее найти.
Вскоре они наткнулись на отпечатки тролльих башмаков, уводившие вверх по склону. Следы привели к пещере, вход в которую преграждала каменная плита с замочной скважиной. Отодвинуть эту плиту они не смогли, даже когда навалились все вместе. Гэндальф принялся бормотать заклинания, но у него тоже ничего не вышло.
- По-моему, мы не то делаем, - сказал вдруг Бильбо, доставая из кармана огромный ключ (впрочем, для тролля это наверняка был не ключ, а ключик). - Я нашел его у костра. Наверно, выпал у кого-то из кармана.
- Что же ты молчал? - закричали все хором. Гэндальф схватил ключ и вставил в замочную скважину. Ключ повернулся, гномы вновь навалились на плиту, и та отошла в сторону. В пещере стояла омерзительная вонь. Пол устилали кости, всюду валялись награбленные троллями съестные припасы и прочее добро, от медных пуговиц до горшков, набитых золотыми монетами. По стенам висели костюмы и платья, слишком уж маленькие для троллей - боюсь, то была одежда тех, кого они съели, - и несколько мечей, коротких и длинных. Путникам сразу бросились в глаза два клинка в чудесных ножнах: на рукоятях этих клинков искрились самоцветы.
Эти мечи взяли себе Гэндальф и Торин, а Бильбо выбрал нож в кожаном чехле. Для тролля это был, конечно, всего лишь перочинный ножик, а хоббиту клинок подошел в самый раз.
- Неплохо, - проговорил маг, наполовину вытащив меч из ножен и внимательно его разглядывая. - Доброе оружие. Ковали его не тролли и не местные жители, и не в наши дни. Вот прочтем руны, тогда узнаем.
- Пойдемте отсюда, - сказал Фили. - Тут плохо пахнет.
Путники выволокли наружу несколько горшков с золотом, выкатили бочонок с пивом и прихватили все, что показалось им съедобным. Было время завтрака, и слишком уж они проголодались, чтобы воротить носы от троллевой снеди - какая-никакая, а все ж еда; к тому же собственных припасов у них осталось всего ничего. А тут и сыр, и хлеб, и грудинка, и много-много пива...
После завтрака все улеглись - ведь ночь выдалась беспокойной - и проспали до полудня. Потом пригнали пони, отвезли горшки с золотом в потаенное место недалеко от тропы и спрятали, наложив на хранилище множество заклятий - чтобы никто не позаимствовал сокровища. Покончив с этим, двинулись по дороге на восток.
- Могу я спросить, где ты был? - осведомился Торин у ехавшего рядом Гэндальфа.
- Глядел, что впереди.
- А что привело тебя обратно, да еще так вовремя?
- Взгляд назад, - ответил маг.
- Понятно, - сказал Торин. - А поподробнее нельзя?
- Я разведывал дорогу. Нас ожидают великие трудности. Так вот, я ехал, обследовал окрестности, и вдруг мне навстречу попались двое моих старинных приятелей из Раздола.
- Это где? - спросил Бильбо.
- Не перебивай, - одернул хоббита Гэндальф. - Если нам повезет, мы доберемся туда через два-три дня. Как я уже сказал, мне встретились двое из эльфов Элронда. Они и предупредили меня насчет троллей, которые спустились с гор и расположились в лесу близ дороги. Толком я ничего не выяснил, потому что эльфы сильно торопились, но понял, что пора возвращаться. А когда повернул коня, увидел вдалеке огонек и поехал на него. Это если поподробнее. Впредь будьте, пожалуйста, осмотрительнее, иначе мы вообще никуда не доберемся.
- Благодарю тебя, чародей. - Торин важно поклонился.
Глава 3.
КОРОТКАЯ ПЕРЕДЫШКА
Песен уже не пели, историй не рассказывали: погода с каждым днем становилась все лучше, а настроение почему-то - все хуже. Тревога нарастала; казалось, опасность угрожает сразу со всех сторон. Ночевали под открытым небом, под звездами. У пони еды было вдоволь, ведь трава растет повсюду, а вот путники питались впроголодь - сумки почти опустели, даже провизия, взятая из логова троллей, почти кончилась. Как-то утром по широкой мели перебрались через бурную речку, кое-как взобрались на крутой склон и увидели, что горы - вот они, рядом. Мнилось, что до ближайшей из них от силы день неторопливого пути. Бурые скалы, озаренные солнцем, внушали неясный трепет; за ними возносились к небу снежные пики.
- Это и есть Гора? - спросил Бильбо, глаза которого округлились от изумления. Он никогда прежде не видел ничего столь огромного.
- Вовсе нет, - ответил Балин. - Это всего лишь предгорье Мглистых гор, через которые нам хочешь не хочешь, а надо перейти, чтобы попасть в Глухоманье. Оттуда мы двинемся к Одинокой горе, где возлежит на наших сокровищах проклятый Смог.
- А-а-а, - протянул Бильбо. Вдруг он понял, что устал - сильнее, чем когда-либо до сих пор. Ему вспомнилось удобное кресло у камина в уютной гостиной, и он, не в последний раз, пожалел о том, что вообще согласился выйти из дома.