Враг не остался без ответа и врезал с двух рук сразу. От резкой боли помутнело в глазах, на впалом животе вспыхнуло темно-красное перекрестие.
- Так значит? Посмотрим, как запрыгаешь, когда превратишься в сосульку.
Поначалу даже удалось замедлить гада. Он покрылся снежной кашицей, я не без труда усилил колдовской натиск и приготовился праздновать победу. Но тут вода завертелась, закрутилась, забурлила как в кипящем чайнике. Предо мной словно стоял водопад или стремительный ручей в виде человеческой фигуры. Теперь его никакой холод не возьмет.
Щупальце обвило лодыжку и дернуло, опрокинув меня на острые камешки. Кое-как отползя, увидел за собой кровавые дорожки.
- Не хочешь помочь?! - крикнул шаманке.
- Это твой бой. Сражайся как мужчина!
- Ладно. - Встал и поднял руки. - Не получилось заморозить - попробуем испарить.
Вокруг противника взревел небольшой смерч. Дух попытался вырваться, но неистовая воронка слизала его плечо вместе с водяным хлыстом. Засранец явно занервничал, задрожал, начал тыкаться во все стороны, но я держал крепко. Мышцы свело как от удара током, из носа брызнула кровь, в легких костер развели. Однако прекрасно понимал - отпущу и будет гораздо хуже. Оставалось лишь добавить огня - и водяному конец. Воздух раскалился, дрожащее марево исказило очертания Дан-Батай.
Я уже не видел врага - предо мной словно стартовала ракета. Рев, земля дрожит, на ладонях взбухают волдыри - такого жара поддал, что сам обжегся. И только когда из смерча вылетело облачко пара, опустил руки и рухнул на колени.
Ощущение: пробежал кросс, получил люлей от десяти гопников, снова пробежал кросс. Не то что двигаться - моргать тяжело. Зато в ледяной прибой лезть не страшно.
Как взобрался по скользким ступеням - не помню. Вроде бы Танбад помогла, а может привиделось в горячечном бреду. Очухался на вершине серой громады, прикованный кандалами за руки-ноги. На мне сидела шаманка, разглядывая себя в отражении тесака из чистого золота с подозрительно зазубренным лезвием.
- Наконец-то. - Женщина отложила оружие и сползла на колени, грубо сжав сморщенный стебель.
Но расти срамной уд не спешил. Спину и задницу насквозь пронзал холод, торс нещадно пекло от ожогов, голова раскалывалась, а во рту насрали кошки. В общем, не до секса. Но Танбад куда-то спешила и настойчиво дергала пинус, причиняя больше боли, чем удовольствия.
- Не тяни - не репка.
- Заткнись и вставай.
- Почему я в цепях?
- Потому что оковы духов. Забыл?
- А тесак зачем?
- На всякий случай. Вдруг нападет кто.
- Че-т подозрительно.
- Милый… - проворковала она и лизнула мой сосок. - Вставай. Пора делать маленького шаманчика.
- Тесак в море выбрось и сделаю.
- Ну что такое? Я тебе уже не нравлюсь? Ты уже меня не хочешь?
Танбад заерзала на причинном месте, постанывая и сжимая груди. Я хоть и озабоченный придурок, но сразу понял - все это жу-жу-жу неспроста. Обездвижен, безоружен, на мили вокруг ни души, а рядом баба, которую знаю меньше суток. И у нее здоровенный тесак. Золотой. А что делают золотым оружием? Правильно - приносят жертвы. И тут меня обуял такой страх, что все набухшее вмиг сдулось.
Женщина в гневе шлепнула меня по бедру.
- Вставай, кому сказала!
- Знаешь, я передумал. К черту эти ритуалы.
Она хищно улыбнулась.
- Поздно метаться, птенчик. Хочешь не хочешь, но я подниму твою змейку.
- Эй! Это изнасилование! А ну пусти!
- А потом отдашь всю свою силу.
- Каким, простите, образом?
Шаманка провела обухом по ребрам. Кожу обожгло холодом, но показалось - огнем.
- Съем твои сердечко и мозги. Но сначала ты извергнешься в меня до последней капельки.
- Караул! Шаманы в жертву приносят!
Задергался и зазвенел цепями, хотя прекрасно понимал - никто не услышит и не придет на помощь. Даже если предсмертные вопли долетят до ушкуйников, не пойдут же они против главы племени? А больше никого поблизости нет, только камни.
- Расслабься и умрешь довольным. Даже не представляешь, на что я способна.
- Сгинь, ведьма! Помогите!!
- Посмотрим, как ты запоешь, когда…
- Отойди от него, - прозвучал знакомый голос.
Задрал голову - по ступеням поднималась Лира с мечом наголо. Знали бы вы, какое счастье меня охватило. По щекам потекли слезы, но и не думал их сдерживать. В слезах радости нет ничего постыдного. Наверное, нечто подобное испытывали приговоренные к смерти, которых успевали помиловать прямо на эшафоте. Только я не падал в обморок и не нуждался в кровопускании.
- Надо же, какие люди.
Танбад потянулась к тесаку. Лира прыгнула наперерез, чуть не наступив на мое расплывшееся в дебильной улыбке лицо. Шаманке пришлось отскочить, но она успела схватить оружие. Лира ткнула в нее острием, но коварная змеюка ловко отбила удар.
Со стороны картина та еще. Посреди валуна голый разрисованный пацан в цепях, а вокруг бабы скачут, клинками машут. И ладно Танбад босая, а вот у Лиры сапоги с невысокими, но тяжелыми каблуками, а самое главное - стальными подбойками. Раз наступит - мало не покажется.
К счастью, девушка старалась оттеснить гадину к краю. Шаманка отбивалась, но тесак мечу не соперник. И хоть предательница носилась голышом, козырь в рукаве все же припасла. Взмахнув рукой, плеснула в Лиру пеной. Вроде пустяк, а на холоде и пронизывающем ветре весьма неприятно. Чтобы согреться, спутница усилила натиск. Танбад ушла в оборону, отступая все дальше к краю.
Как только на валун накатила очередная волна, в лицо девушки ударила струя вперемешку с кусачим инеем. Лира отвернулась, потеряла противницу из вида, и тут же получила тесаком по плечу. Мое уважение - даже не вскрикнула. Сразу видно, на войне лейтенант не в обозе сидела, а шрамы получила не в пьяных драках.
Она снова ринулась в бой и снова перед ней взорвался водяной шар, брызнув во все стороны замерзшими на лету льдинками. Уверен, девушка отличный боец, но против колдовства не выстоит. Так чего же я лежу? Хм… понятно чего. Однако подсоблять волшбой можно и лежа. Напрягся из последних сил и представил вокруг шаманки непроницаемый для магии купол. Сработало! Мегера махнула рукой, призывая водяной столб, но море не ответило.
- Давай! Держу ее!
Лира намотала на предплечье подол плаща и пантерой бросилась на врага. Женщина остановила удар меча и сразу получила кулаком в ухо. Качнулась, тряхнула головой. И заорала, поймав животом острие. Спартанский удар ногой, и гадина рухнула в пенную воду. Попыталась выплыть, придерживая кишки ладонью, но, судя по громкому плеску и хрусту, угодила в пасть какой-то морской твари. Так ей и надо.
Победительница села рядом и заскрежетала защелками. Ее лицо не выражало ровным счетом ничего. Она не ругала меня, не называла похотливым придурком, а просто молчала, и от этого было втройне больней.
- Спасибо, что вернулась. - Встал, потирая запястья.
- Забыла отдать долг, - спокойно произнесла она, и в этом спокойствии таилось больше презрения и ненависти, чем в самой страшной ссоре. - Теперь квиты. Прощай.
- Но…
Девушка зашагала к ступеням.
- Нельзя просто так взять и уйти! После всего, что было!
Тишина.
- Лира, прости! Дай мне шанс!
Догнал ее и коснулся плеча. Она развернулась и так засветила в бороду, что сбила с ног.
- Шанс?! Какой по счету?!
- Пошледний, - пробормотал, трогая деревенеющее лицо.
- Последний? Такой же как второй? Или третий?
Выпрямился и с максимальной серьезностью сказал:
- Совсем последний.
- Совсем последний до новой давалки? А потом бросишь меня, наше дело и пойдешь жахаться?!
- Я тебя не брошу. И никогда не бросал.
- Да. Особенно вчера! Сразу остановил и сказал: не уходи, чего ты?
Вздохнул.
- Прости.
- Прости - это просто слово. Очень удобно насвинячить, а потом - прости, прости! Тенеда простит.
- Обещаю больше не свинячить.
- Однажды ты уже пообещал стать хорошим. Не мне! Ему! - Кивнула на пасмурное небо. - Твои слова не стоят и куриного дерьма. Ты думаешь не той головой. Оставь меня в покое.
- Значит все?
- Все.
- И жалеть не будешь?
- Н… - Девушка осеклась на полуслове и опустила глаза. - Может и буду. Но это не твое дело. Здесь наши пути расходятся.
- Постой. Давай так - вместе доберемся до города, а там уже… попрощаемся.
- Извини, но терпеть тебя уже нет никаких сил.
- Да перестань. Угоним корабль и по прямой. Чего по степи чесать? Там опасно.
- Угоним корабль?! - Лира всплеснула руками. - Совсем дурак? А команду где возьмем? Тоже угоним?
- Слушай, не знаю почему… Короче, смотри сама.
Здоровенный булыжник воспарил над пляжем, повинуясь моей воле.
- Дар потихоньку возвращается. А ты хочешь пропустить самое интересное.
Она молчала, но явно колебалась. Надо развивать тему, пока не поздно. Примиряюще поднял обожженные ладони и сказал:
- Никаких обязательств. Не спутники, а попутчики. Просто потому, что вместе безопаснее.
- Хорошо.
- Хорошо?
- Да. И не дави лыбу. Куда лезешь?.. По морде дам!
- Дай. - Обнял ее, стараясь не задеть раненое плечо. - Заслужил.
Лира замахнулась, но в последний миг опустила кулак.
- Оденься. А то отморозишь самое дорогое.
- Самое дорогое сейчас держу в руках.
- Да пошел ты! С шаманкой обломилось и сразу добрый такой стал, заботливый. Похотливый кобель.
Она толкнула меня плечом и пошла к ступеням.