Всего за 379 руб. Купить полную версию
Точно, не кондиционер, согласилась она. Ветерок между тем крепчал с каждой секундой. Что-то очень странное происходит
Вот именно! Беги, говорю, пока еще можно!
А я хочу посмотреть, что будет. Вместо того чтобы удирать за дверь, Листок отступила к кровати и прислонилась к ней. Эй, смотри-ка, из-под стены вода течет!
И точно, по полу растекалась тонкая пленка пенящейся воды так волна в конце своего разбега лижет песок. Вот она добралась почти до кровати, потом отступила
Я что-то слышу! сказала Листок. Вроде поезд где-то грохочет!
Артур тоже это услышал. Дальний, постепенно приближающийся гром.
Это не поезд! Держись! Держись крепче за кровать!
Листок вцепилась в спинку кровати, Артур ухватился за изголовье. Едва они успели повернуть головы, чтобы посмотреть, что там творится с дальней стеной, как та исчезла, а вместо нее возникла серо-голубая волна, с грохотом обдавшая обоих ребят.
Целые тонны морской воды ворвались в больничную палату, сметая все на своем пути. Волны подхватили кровать и понесли ее прочь.
Оглушенные, промокшие, Артур и Листок отчаянно цеплялись за ее спинки.
Глава 2
Больничной палаты как не бывало теперь кругом безраздельно свирепствовала мощь океанского шторма! Несчастная Артурова койка, погруженная в воду почти до последнего дюйма намокшего матраса, превратилась в подобие неуклюжего плотика. Подхваченная первой волной, кровать некоторое время балансировала на ее гребне, а потом заскользила по тыльному склону, устремляясь в разверзшуюся пропасть.
Листок что-то прокричала, какие-то два слова, но их мгновенно унес завывающий ветер и поглотил грохот штормовых волн. Артур вообще не услышал голоса девочки. Он и видел-то ее едва-едва: между ними висела до того густая пелена брызг, что трудно было сказать, где кончался воздух и начиналась вода! Артур вообще мог быть уверен, что Листок рядом, лишь благодаря осязанию: она вскарабкалась на кровать и мертвой хваткой вцепилась ему в ногу (слава богу, в здоровую!). После этого их обоих едва не смыло; они удержались только благодаря тому, что Артур не менее крепко вцепился в металлическое изголовье.
Страх придал Листок сил, и кое-как она умудрилась присоединиться к Артуру возле спинки койки. Она дотянулась и прокричала ему в самое ухо:
Ну и что делать будем?
Судя по голосу, не больно-то она наслаждалась доставшимся приключением.
Держаться! завопил в ответ Артур, глядя через ее плечо на очередную стену воды высотой в дом, готовую обрушиться на их полузатопленное «плавсредство».
Если они угодят под удар гребня, тонны воды увлекут их сразу на глубину, из которой уже нипочем не выплыть.
Вот вершина волны начала выгибаться и нависать прямо над ними, мутно-серый дневной свет сразу померк Артур и Листок смотрели вверх, не дыша и не отводя глаз
И все-таки волна на них не обрушилась. Убогий «плотик» лихо взлетел на гребень, точно заправская рыбачья лодка. Там кровать запрокинулась, встав почти отвесно, и едва не перевернулась, но Артур и Листок сообща умудрились откренить ее в нормальное положение.
Они успели проделать это как раз вовремя. Выровнявшись, плавучая койка снова покачалась на гребне и заскользила вниз по следующему склону. В очередной жутко глубокий провал, предварявший гигантскую иссиня-черную водяную гору, увенчанную белым оскалом гребня
И эта третья волна принесла с собой сюрприз!
А именно парусник, быстро скользивший по ней сверху вниз навстречу кровати. Корабль был около ста шестидесяти футов длиной, трехмачтовый, и паруса его мерцали и фосфоресцировали призрачной зеленью.
Корабль! с надеждой в голосе закричала Листок.
Но эта надежда мигом улетучилась, потому что кровать неслась вниз на пугающей скорости, судно же еще быстрей летело прямо навстречу.
Он в нас сейчас въедет! Прыгать надо!
Нет! заорал в ответ Артур. Для него было вполне очевидно: стоит только расстаться с «плотиком» и они оба тотчас утонут. Погоди!
Впрочем, через несколько секунд он уже пожалел об этом решении. Корабль ни на йоту не переменил курса и продолжал нестись на Артура и Листок тяжелый, добротно разогнанный деревянный снаряд. Сейчас он наскочит прямо на них, а команда небось даже и не заметит!
Когда до корабельного носа осталось ярдов двадцать, Артур невольно зажмурился В памяти отпечатался форштевень, сперва глубоко зарывшийся в воду, потом вырвавшийся из нее в облаке пены, и бушприт был точно острое копье, нацеленное в небеса