Когда же покончив с едой, слегка охмелевший Ник начал рассказывать о сексуальной жизни Москвы в двадцать первом веке, женщина забыла про виноград и приоткрыла рот от удивления.
Ник смотрел ей в глаза и говорил, говорил. . .
Своей шкурой он ощущал, что от длины его языка зависит долгота его жизни.
Тем не менее, дела настигли и принцессу. Явился тот же высокомерный тип с красным поясом.
Принцесса приказала отвести Ника обратно в камеру.
– После полудня мы встретимся еще, Ник.
– Я даже не знаю вашего имени, госпожа.
– Презренный раб, ты имел счастье говорить с лаиссой Терригардвайр! – рявкнул дядька с красным поясом.
Ник запомнил только первую часть имени "Терри" .
Мешок на голову Нику уже не надели и руки не связали. Крепкие молодцы держали его надежно и без веревок. Переходы, лестницы. Каменные стены в орнаменте и барельефы странных зверей. Все быстро промелькнуло.
В своей камере Ник обнаружил в углу дырку в полу и справил наконец-то нужду с превеликим облегчением!
Оставалось только ждать ночи.
"Стану Шахиризадой здесь! Буду трепаться обо всем-глядишь и в живых оставят! А тогда уж и удрать смогу. "
Ник успел подремать, до следующего вызова к госпоже лаиссе.
Терри стояла у окна, отодвинув занавес. Яркий дневной свет легко проходило через ткань ее туники. Лаисса казалась обнаженной в своем легкомысленном наряде.
Не оборачиваясь, женщина произнесла:
– Гарф, оставь нас вдвоем!
Охранник, поклонившись, вышел за дверь.
– Подойди, Ник!
Ник приблизился и встал рядом.
Лаисса смотрела на горы и он видел только ее профиль.
– Я провожаю каждый заход солнц, молюсь богам и задаю один и тот же вопрос:
Что произошло с нами? С моим народом?
Каждый день похож на прошедший. Мы заперты в нашей горной стране и не в силах ее покинуть. . . День за днем, день за днем. . . Никто не стареет и не умирает. У нас не рождаются дети. Мы бессмертны?
Боги молчат, Ник. Я не слышу ответа. Я посылаю к ним жертвы с одними и теми же вопросами, но тщетно. . .
Если это бессмертие, оно нам не нужно. . . Эта жизнь похожа на тление. . .
У нас так мало радостей. Редкие путники приходят к нам. Люди голубой страны такие маленькие. . .
Они умирают быстро под ножами моих жрецов. Слишком быстро!
Ты будешь умирать долго, Ник? Ты меня не разочаруешь?
Его раздели догола, до нитки. Втерли в кожу какое-то масло, так что она приобрела бронзоватый оттенок.
В окружении шести крепкий парней, одетых в одни набедренные повязки, Ник шагал под ритмичный бой барабанов по ступеням пирамиды наверх.
Охранники молчали, а Ник считал ступени, чтобы не завопить от ужаса и не накинуться на них с кулаками.
Истерика эта ни к чему бы не привела. Его все равно доставят наверх к жертвенному камню. Ник не хотел показать свой страх перед этими бессмертными садистами. Из чистого упрямства!
"Жаль, что Ризи я больше не увижу. Родители в Москве наверно давно в розыск подали. Жалко их. . . Ну и смерть меня настигла? ! Пропал без вести в своей квартире! Мой квест подошел к концу. . . "
Огромная толпа гархурдов у подножия пирамиды безмолвна.
"Словно зомби, блин! "
Почему то на них не подействовал матерный слог. Ник охрип, изобретая все новые обороты, пока его готовили к жертвоприношению. Гархурды и ухом не повели.
На плоской вершине двое охранников вцепились в руки Ника, лишая его малейшей возможности двигаться самостоятельно.
Жертвенный камень с выемкой по форме человеческого тела. Ремни на углах для рук и ног.
Два голых жреца с блестящими ножами и в золотых масках на лицах.
Лаисса, обнаженная, но с браслетами и со своим ожерельем на груди стоит между жрецами.
Соски грудей вызывающе торчат.
Поблескивает шапочка на макушке.
Барабаны у подножия пирамиды смолкли.
– Ник, я сама вскрою твою грудь и достану бьющееся сердце на свет. Боги должны увидеть жертву на закате. Так гласит закон.
– Ты обещала мне поцелуй.
– Поклянись, что не бросишься вниз? Ты не убьешься насмерть, но можешь сломать руку или ногу, а это очень больно!
– А вынуть сердце у живого человека-не больно? !
– Ты клянешься?
Огромные глаза лаиссы кажутся совсем близко.
– Клянусь!
– Отпустите его!
Ручища охранников исчезли с рук Ника. Он сделал шаг, второй, третий.
Лаисса Терри протянула к нему руки. Улыбнулась.
– Я подарила бы тебе не только поцелуй, но время уходит! Солнышки уже близки к кромке гор!
– Тогда может на завтра перенесем этот ритуал? Я в любви очень искусен!
– Увы, Ник! Закон должен быть исполнен!
Она обняла его за шею. Их губы соприкоснулись, а потом жадно вдавились друг в друга. Так отчаянно и долго Ник еще не целовался. Дрожь пробежала по спине. "Последний поцелуй! Последний. . . "
Сладкие влажные губы горячи . . .
Лаисса оторвалась первой. Приоткрыла помутившиеся глаза.
– О-о-о! Так меня еще не целовали никогда! Я запомню этот поцелуй на долгие годы!
Ник коснулся рукой ее волос, затылка и снял золотую шапочку с макушки.
Медленно перенес с ее головы на свою.
Лаисса нахмурилась.
В памяти Ника всплыл хихикающий над кружкой дождевой воды питьец Чайр. Его скороговорка-заклинание. . .
Глядя в глаза прекрасной заколдованной принцессе, парень произнес негромко:
– Пикапу-стрикапу, корики-морики. . .
Порыв ветра стер испуг с лица лаиссы . . . вместе с лицом. . .
Через пару мгновений в объятиях Ника оказался почерневший скелет. Щерился череп с остатками волос. . .
Завопив во все горло, Ник отшвырнул его на камни и тот рассыпался горкой серого праха. Зазвенели золотые браслеты и медальоны с драгоценными камнями.
На вершине пирамиды Ник оказался в одиночестве. От жрецов остались только золотые маски на кучках праха. От охранников-конвоиров ни осталось ничего. . .
Подойдя к краю пирамиды Ник никого не увидел. Площадь вокруг пирамиды пуста. Гархурды превратились в прах в мгновение ока!
"Я что же? Убил их всех? ! "
Он снял с головы золотую шапочку. Скомкал в кулаке.
– Разве у меня было такое желание? !
Последний луч солнышка блеснул на золотых нитях. . . .
Ласковое касание к волосам на виске. Пальчики осторожно потрогали щетину на щеке. Спустились ниже. Коснулись губ.
Ник улыбнулся и открыл глаза.
– Ризи. . .
– Милый Ник, ты так долго спал.
Девушка сидит рядом, поджав ноги, на краю меховой безрукавки. Глаза большие и светятся от радости.
Слышно журчание речки по камешкам неподалеку. Холщовый бок палатки заслоняет большую часть горы.
– Мне приснился забавный и страшный сон, Ризи. Крылатые коровы, заколдованная принцесса. . . Знаешь, мне приснилось, что она хочет меня принести в жертву! И еще мне приснилось, что я добыл золотую шапку с помощью заклинания Чайра!
– Эту?
Ризи протянула ему золотую шапочку, сложенную пополам.
Ник быстро сел, схватил шапочку, не веря своим глазам.
"Так это не сон! Я на самом деле был в долине и убил гархудов при помощи их золотой шапки! "
Ризи принесла в кружке речной воды.
– Сделай огненную воду, Ник. Тебе надо обезвредить черный напиток.
– Или ночью я наделаю дел!
Ник проговорил заклинание, и запах спирта ударил в ноздри.
Он отпил граммов сто. Водка упала в желудок и там стало горячо. Потом ударило в голову, и развязался язык.
Рассказ Ника компания выслушала молча. Взгляды неминуемо возвращались к золотой шапочке, лежащей рядом с Ником, на траве.
– Судя по твоему описанию-звери с крыльями-это бархи! – сказала Дэзи. – Их много лет уже никто не видел.
– Мне жутко от мысли, что я уничтожил целый народ! Дэзи, пойми это!
– Ты снял с них заклятие Ник. Они умерли много лет назад и только колдовство продляло их существование.
– Но если бы не я они все были бы живы!
– Ты не виновен, Ник! Что тебе оставалось-ждать, когда вырежут сердце? – Варкел хмыкнул в бороду. – Ты запустил действие колдовства, которое кто-то могущественный создал давным-давно.
– Что будем делать? Если честно, я боюсь этой шапки. Какие желания она выполняет? Может самые тайные, которых я и сам не догадываюсь? Кто хочет попробовать?
Ризи покачала головой, Варкел потупился, Лирд вздохнул, Щерс оглянулся на Дэзи.
– Мне терять нечего-надевай на меня!
– Больше нет желающих?
– Милый, пусть это попробует Дэзи!
Ник расправил шапочку и надел на голову Дэзи.
Бледное лицо аристократки озарила улыбка.
– Что нужно сказать, Ник?
Ник повторил заклинание считалочку Чайра.
Теперь, здесь у речки, рядом с горами в кругу друзей эти слова показались смешными и безобидными.
Бледно-синие губы отрубленной головы произнесли эти слова нараспев, и они уже не показались смешными.
Вспышка света ударила по глазам, словно в темноте внезапно в упор зажглись автомобильные фары!
Ник зажмурился и прикрыл глаза рукой. Вскрикнула Ризи.
– Вот черт! Что это?
"Неужели у Дэзи получилось? ! "
Проморгавшийся Ник широко раскрыл глаза.
Длинноногая, худенькая, обнаженная девушка, плача прижимала к груди повизгивающего от восторга Щерса. Белая нежная кожа казалась ослепительной, как свежевыпавший снег.