- У свинопаса бабушку! - пренебрежительно скривился чародей. - Никаких шорниковых дочек и молочниковых внучек нам на дух не надо, запомни это, Лесли, дитя моё!
- Можно просто 'Лес'… крестный… - робко пробасил лесоруб.
- Хорошо, - отмахнулся Агафон, недовольный прерыванием. - О чем это я?.. Ах, да. О том, что такому парню как ты нужна дочь короля - не меньше!
- Д-да?..
- Да!
- Но… я ее не знаю… А Марта мне нравится… вроде… И Люси тоже… И…
- Не знаешь - узнаешь, - деловито сообщил студиозус, увлеченный демонстрацией планов громадья потрясенному подопечному. - Ты на себя в зеркало когда-нибудь смотрел? Видел, какой ты… э-э-э… добрый молодец[19]? Глаза голубые, прическа блондинистая, поперек себя шире, ростом чуть не со свой дуб!.. Правда, умом не вышел, но в будущем короле ум - не главное, на это министры есть и советники. Зато характер у тебя золотой - ты скромный, не избалованный, работящий… Страной будешь править день и ночь, без перерывов на обед: ей только развлекаться на балах останется.
- А если я не захочу…
- А кто тебя спрашивает?!
- А разве фея-крестная… фей-крестный… не должен…
- Нет, - сухо прищурился школяр. - Фей-крестный никому ничего не должен. А должен у нас здесь ты один. И тебе лучше запомнить, что именно. Ты должен, во-первых, жениться на принцессе, а во-вторых, слушаться меня беспрекословно и не задавать дурацких вопросов. Вопросы есть?
- Дурацкие?
- Да.
- Есть. Нет. Есть. А если из меня не выйдет король?
- Ха! - громко сообщил Агафон. - Все так говорят! Но подумай, Лесли, дорогой… и скажи мне откровенно… Разве тебе никогда не приходило в голову, что ты - не такой, как все? Что ты - особенный? Что заслуживаешь чего-то большего, нежели горбатиться всю жизнь в лесу? Что если бы тебе дали развернуться, и не с топором перед елкой, то ты бы тогда всем показал, какой ты есть на самом деле, какова твоя внутренняя сущность?
- Н-нет?..
- А ты подумай, юный друг мой, подумай! Чувствуешь в душе своей силу таинственную, что на волю просится? Ну?.. Ну?.. Слушай себя!
Юноша честно сосредоточился на нервно заерзавшей под его непривычно-пристальным внутренним взглядом сущности и, помолчав напряженно с полминуты, неуверенно пожал плечами:
- Н-ну… я не знаю… - и тут же под плотоядным взглядом крестного спешно поправился: - Может, и вправду я такой… не такой…
- Ты - не просто 'не такой'! Ты - необыкновенный! Ты - выдающийся! Ты - исключительный! Ты второго такого, как ты, встречал?
- Н-нет…
- Ну вот! Я же тебе говорю! Ты - уникум!
- Но… я не знаю никакую Уню!..
- Ха-ха-ха! Шутить изволит ваше будущее высочество! - в полусерьезном полупоклоне согнулся разошедшийся фей. - Вот видишь! Свежо! Оригинально! Нестандартно! Мне бы так посмотреть на привычные слова и в голову не пришло! И это есть неоспоримый признак недюжинной, незаурядной, феноменальной - только не спрашивай меня, что это такое - личности!
Лесоруб потрясенно молчал и моргал.
- Это… всё я?.. - наконец, смог выговорить он.
- Ты, - убежденно кивнул Агафон. - Ну, теперь-то чуешь свою неповторимость? Свою удивительную судьбу? Свое предназначение заткнуть за пояс всех, кто от убогого умишка говорит, что ты - самый заурядный лесоповалец?
- Лесоруб…
- Какая разница! Ерунда! Рубить лес может каждый! Жениться на принцессе - только избранный! Такой, как ты!
- Я?..
- Ты! - уверенно ткнул в могучую грудь пальцем чародей. - Ну, теперь понял, кто ты есть на самом деле?
- Уне кум?
- Правильно! И поэтому для раскрытия своего богатейшего внутреннего потенциала должен жениться только на принцессе!
- А если я ей не понравлюсь?..
- Кто ее спрашивать будет!
- А… если она - мне?
- Ты что, дурак? Что, ну, скажи мне, что в принцессе может не понравиться?! Власть? Поклонение подданных? Роскошь? Комфорт? Развлечения? Богатство? Тебе что, деньги не нужны?
- Н-нужны[20]… Но как же любовь?..
- Стерпится - слюбится.
- Моя мама то же самое говорит иногда…
- Ну, вот и замечательно! Мать дурному не научит, - удовлетворенно, будто полководец армии, победившей на первой минуте боя нокаутом, кивнул чародей. - Еще вопросы имеются?
- Н-нет…
- Тогда собирайся, и пошли.
- Куда?
- Жениться, - самодовольно хмыкнул его премудрие.
- Но как?..
- Очень просто. Классика, - усмехнулся Агафон. - 'Основы фейского дела. Том первый'. Дожидаемся бала. Ты едешь туда. В карете из тыквы, запряженной мышами. Танцуешь лучше всех. В двенадцать часов разворачиваешься и убегаешь, теряя при этом на ступеньках дворца хрустальную туфельку…
- Но… я не ношу туфельки… - неуверенно проговорил парень, украдкой глянув на свои ноги сорок восьмого размера.
- Тогда сапог.
- Хрустальный?
Агафон спешно вызвал в памяти нужную страницу учебника, припомнил диаграмму-иллюстрацию, и уверенно кивнул.
- Да.
Лесли чудом умудрился вовремя превратить ржание в тактичный кашель.
- И… я не умею танцевать…
- Не умеешь?.. Как - не умеешь? Что, серьезно?..
- Д-да… - виновато развел руками Лес.
- Ну, ты валенок… - обиженно припечатал его уничижительным взглядом маг. - Темнота некультурная!
Ну почему, почему этому убийце деревьев обязательно надо всё усложнять!..
Неумение танцевать - нелепая вроде мелочь - в его положении становилась громадным непреодолимым препятствием, потому что танцевать он не умел тоже, равно как и обучать танцам других посредством магии.
Особенно своей.
- Но ведь что-то ты умеешь делать? Лучше других, желательно? - взял себя в руки и с остатками надежды воззрился на открытое честное лицо Лесли школяр.
- Валить деревья, - уверенно ответил парень.
Крестный фей задумался.
Единственное применение умения своего подопечного, которое приходило ему на ум, исключалось решительно: вряд ли принцесса загорится желанием выйти замуж за того, кто подрубил в ее дворце все колонны…
- Тогда… тогда…
Студиозус рассеянно попытался затолкнуть не нужную пока палочку в карман, но та не шла, словно упиралась во что-то.
- Что за… - его премудрие раздраженно сунул туда пальцы в поисках помехи, и с удивлением ощутил, что они уперлись во что-то помято-бумажное.
Шпаргалки?
Были бы сейчас весьма ко времени… если в тему…
Но, торопливо расправив на стволе дуба измятый листок размером с две ладони Лесли, он изумленно прочитал:
- 'Программа… королевского турнира… посвященного выдаче замуж дочери короля Шантони Луи Второго… несравненной Изабеллы Пышноволосой… Проводится впервые… в столице Шантони Монплезире… Победитель получает всё… Предварительная запись благородных рыцарей заканчивается за полчаса до начала турнира… Мероприятие состоится третьего июня… в десять часов утра… на главной площади перед дворцом… в любую погоду… Приходите, будет интересно!..'.
Это же сунула кто-то из фей перед самой его отправкой сюда!..
Вот спасибо-то!
- Какое сегодня число? - хищно впился загоревшимся взором в растерянную физиономию Леса Агафон.
- В-второе… - отступил на шаг тот.
- До Монплезира отсюда далеко?
- Если выехать до обеда… через Гуляки, не через Черешневый Мост… и в Верхних Ясенях переночевать… - наморщил лоб и принялся водить по воздуху указательным пальцем, словно прочерчивая для наглядности весь маршрут, - и оттуда выехать в шесть… то утром часов в восемь-девять будем там.
- Ну, так чего же ты стоишь?! Бегом!!! Мы должны успеть!!!
- А разве… - дернулся было по команде бежать, но тут же остановился Лес.
- Что? - насторожился Агафон.
- А разве ваше волшебство не может переместить нас прямо туда?
Волшебник закашлялся.
- Может. Естественно, может. Что за нелепый вопрос! Но…
- Но что? - доверчиво уставился на крестного покровителя Лесли.
- Но… мне надо… по дороге… еще кое-что обдумать… - скроил высокомерную и таинственную мину тот.
'И попробуй только спросить, почему это 'кое-что' нельзя обдумывать, сидя на постоялом дворе в Монплезире', - договорил его красноречивый взгляд.
Лесоруб намек понял и язык прикусил.
- …Как сломалась?! Что значит - сломалась?! Какого лешего сломалась?!
На Агафона было больно смотреть.
Кругами, словно кот вокруг клетки с хомячком, ходил он безостановочно вокруг телеги с неестественно оттопыренным колесом, кособоко застрявшей посреди двора дровосекова дома, и заглядывал ей под днище то так, то эдак, словно стоило ему как следует разглядеть место поломки, и предательски развалившийся воз починился бы сам собой.
Выпряженный и забытый мерин скромно пристроился у любимой цветочной клумбы матери Лесли, но время от времени переставал жевать и опасливо косился на мечущегося туда-сюда незнакомого человека в развевающемся черном балахоне.
Молодой дровосек, каждый раз любезно уворачиваясь с пути возбужденного фея, растерянно разводил руками.
- Так это… ось ведь сломалась… крестный… Что я-то сделаю?..
- Это ты специально!!! - взъярился на него школяр.
- Нет, что вы!.. - парень испуганно шарахнулся от яростно подавшегося к нему чародея. - Я не знаю, отчего она сломалась! Телега почти новая, года не прошло, как купили!..