- Да будь они хоть крокодилами, я своего решения не изменю! - грозно сдвинул рыжие брови король. - Выбирать надо было раньше! Всё. Мастер Фондю! Эй, мастер Фондю!!! Сигнальте фанфаристам продолжать!
- Погоди, Луи, - подняла ладонь тетушка Жаклин, поманила пальцем герольдмейстера и указала аккуратным пальчиков в покоящийся у нее на коленях свиток.
- Что тут написано, дорогой Фондю?
Старик прищурился, склонил голову так и эдак, потом поднял взгляд на герцогиню и непонимающе мигнул:
- А что здесь непонятного, ваше сиятельство?
- Вот это, - терпеливо промолвила тетушка принцессы. - 'Шр. пч. гл. оч. вс. рс. бл. вл. з. вс.'
- А, по-моему, всё и так ясно…
- У тебя почерк неразборчивый, - тактично проговорила герцогиня.
- Как ваше сиятельство скажет… - обиженно пожал плечами герольд и, не отрывая взгляда от каллиграфических букв, прочел: - 'Широкие плечи, голубые очи, высокий рост, блондинистые волосы, зубы все'.
- Ну… вообще-то, мы так и подумали… слово в слово… - конфузливо пробормотала тетушка. - Только про плечи, очи, рост, волосы и зубы не угадали…
Последний и решающий поединок был обставлен со всевозможной помпой.
После выступления бардов, восхваляющих наперебой мужество, доблесть и прочие добродетели финалистов, на ристалище вышли шуты, жонглеры, за ними - поводыри с учеными медвежатами, потом - глотатели мечей и извергатели огня, за ними - снова миннезингеры…
Когда мастер Фондю подал знак трубачам, зрители - и не только - уже начали забывать, присутствуют ли они на цирковом представлении, состязании менестрелей, или рыцарском турнире.
- Эй, давай, не спи, твой выход, - пихнул локтем в бок зазевавшегося крестника его премудрие.
- А?.. - словно очнувшись от чар, спохватился Лес. - А-а…
- Давай бегом!
- А ты?.. - он вопросительно глянул на фея, и тот, поняв невысказанный вопрос, успокаивающе кивнул.
- Всё шито-крыто, - щурясь на крестника заплывшим глазом, как можно более убедительно прошептал Агафон. - Стоит ему к тебе приблизиться, как он свалится сам - тебе даже пальцем шевельнуть не придется.
- То, что надо, - довольно прогудел из-за стальных зубов шлема дровосек, успокоенный, уселся в седло, и видения победы и свадьбы заклубились розовой дымкой перед затуманенными грезами очами.
Агафон не ошибся: шевельнуть пальцем перед приближением противника он и вправду не успел. Конь де Шене споткнулся метрах в пяти от него, и шевалье, вышвырнутый инерцией из седла, камнем перелетел через барьер и, подобно тарану, головой врезался в грудь лесоруба.
Беспорядочной ошеломленной кучей соперники поверглись на землю с таким грохотом, словно на площади перевернулся обоз с пустыми ведрами.
В следующую секунду Агафон с ужасом увидел, как оруженосец де Шене со всех ног бросился к свалке - с мечом в руках.
- Добивать моего будет!!! - вспыхнула в мозгу паническая мысль, и студиозус, подхватив первое, что попало ему под руку, кинулся на помощь коварно поверженному крестнику.
Впрочем, к его немалому удивлению, подняв своего хозяина, оруженосец шевалье взялся помогать яростно барахтающемуся рядом Лесли, и к моменту прибытия подмоги оба благородных рыцаря были уже на ногах.
Агафон сконфуженно спрятал за спину вырванную из рук продавца жареного мяса кочергу и повернулся к королевской трибуне.
- Чего ты ждешь? - сварливо вопросил его слуга де Шене. - Это - последняя схватка. Они не признают победителя, пока не будет пешего поединка!
Будто в подтверждение его слов герольдмейстер сделал несколько быстрых шагов вперед и громким надтреснутым голосом прокричал, едва перекрывая гомон зрителей и то и дело натужно откашливаясь:
- Поскольку конная схватка победителя не выявила, благородным господам претендентам на руку и сердце ее высочества принцессы Изабеллы предлагается продолжить единоборство оружием по выбору… его высочества Агафона Непобедимого!
- Подними, покажи, что ты принес! - зашипел на растерянно разинувшего рот студента оруженосец шевалье.
- Я… это… сейчас сбегаю… - школяр, даже не красного - вишневого цвета - выронил на мостовую кочергу со звоном, показавшимся оглушительным, и во всю прыть припустил к их бивуаку.
- Чего тебе взять-то?.. - несколько запоздало выкрикнул он через плечо в адрес Лесли, но голос его потонул в гомоне толпы, словно камушек в море.
Так же - несколько запоздало - на обратном пути с мечом в обнимку он сообразил, что драться топором его подопечному, наверное, было бы сподручнее.
Костеря себя на чем Белый Свет только держится, его окончательно растерянное и жалкое премудрие протянул Лесли меч и подавленно развел руками.
- Ну… ты это… постарайся, да? - убито пробормотал он, прежде чем оруженосец де Шене ухватил его твердыми как клещи пальцами за руку и потащил к краю ристалища.
- Откуда только его высочество взял такого идиота, как ты? - были первыми и последними словами мужичка в его адрес до начала боя.
Агафон, обуреваемый предчувствиями - одно другого дурнее - не нашел ни слов, ни сил, чтобы дать грубияну достойный ответ. Бледный и осунувшийся, не сводил он расширенных испуганных глаз с разворачивающегося в паре десятков метров от него действа. Нет, не судьба принцессы, лесоруба, неизвестного шевалье или даже известного королевства стояла сейчас на кону. Всё было куда сложнее и важнее.
Оставаться ему в Школе, или бесславно возвращаться домой - вот что было ценой победы или поражения Лесли. И повлиять на исход самой важной схватки турнира, в кои-то веки, он не мог никак…
Едва оруженосцы отступили за ограждающий поле схватки барьер, фанфаристы грянули сигнал, и де Шене, отдав салют сперва трибуне, потом противнику, нанес первый удар.
Лесли принял его на щит.
Второй удар закончился там же.
В ожидании контратаки де Шене отступил на шаг, сгруппировался, и стал обходить соперника с фланга.
Лесли, отчаянно желая, чтобы щит его был размером хотя бы с дверь амбара, выставил меч вперед и стал поворачиваться вслед за перемещением оппонента, как подсолнух за солнцем.
Третий удар застиг дровосека врасплох - он отшатнулся, едва не упав, взмахнул руками - и щит отлетел на другой край ристалища на зависть дискоболам.
- Кабуча… - в ужасе схватился за голову маг.
Шевалье отбросил свой щит таким же залихватским жестом, какой получился у его противника, взялся за рукоять меча обеими руками, и с удвоенным азартом ринулся в атаку.
- Он же убьет его!!! - рванулся было на помощь крестнику Агафон, жалея, что потерял кочергу, но снова стальная хватка оруженосца де Шене остановила его.
- Хочешь, чтобы твоего принца посчитали проигравшим?
- Лучше проигравшим, чем мертвым!
- На турнирах в Шантони не убивают, чужеземец, - сурово сообщил мужичок. - Если только случайно.
Агафон обмяк.
- И это радует… - севшим голосом только и смог выдавить он.
В любом случае, не было ничего, что он смог бы поделать сейчас, даже если бы у него в руках и была вожделенная кочерга: удары - один за другим - сыпались на отчаянно, но бестолково сопротивляющегося Лесли, со звоном или глухим скрежетом попадая то на меч, то на доспехи.
Один, другой, третий, четвертый…
Будь на месте Леса человек послабее, он давно бы уже рухнул под тяжестью и силой натиска соперника. Но вчерашний лесоруб, вдохновляемый то ли мыслью о принцессе, то ли чистым упрямством и адреналином схватки, держался, лишь отступая на шаг при каждом пойманном на клинок или пропущенном ударе.
Шестой, седьмой, восьмой…
Сколько еще сможет продержаться его крестник? Да и имеет ли это хоть какое-нибудь значение? Человеку, первый раз в жизни взявшему меч сегодня утром, против настоящего рыцаря не выстоять ни за что…
Снова звон - удар по лезвию… глухой стук - по доспехам…
Звуки разносились по площади в полной тишине: болельщики замерли, затаив дыхание, в ожидании близкой кульминации.
Агафон в предчувствии развязки стонал и вздрагивал, будто сталь звенела и билась не об сталь, а об его бессчастную голову.
Звонкий…
Глухой…
Звонкий… звонкий… звонкий…
Глухой… глухой…
Звонкий…
Глухой… глухой… глухой…
Лесоруб дрогнул, покачнулся под градом пропущенных ударов, и опустился, теряя силы, равновесие и надежду, на одно колено. Меч де Шене, с легкостью обходя неуклюжую защиту соперника, мощно опустился на наплечник Лесли…
Толпа ахнула: в тот же миг во все стороны полетело большими кусками нечто яркое и оранжевое.
Шевалье растерялся на миг…
Но всего-то один миг и требовался униженному, разгромленному и раздавленному его противнику: рукой, все еще сжимающей меч, он с размаху заехал остолбеневшему де Шене снизу в челюсть.
Наверное, это был первый рыцарский турнир в истории Шантони - и не только - в котором победитель выиграл нокаутом.
Вопя от восторга нечто нечленораздельное, Агафон сорвался с места и стрелой бросился к растеряно озирающемуся, всё еще не верящему в свою победу, подопечному.
- Молодец, Лес, молодец!!! Мы сделали это!!! У нас получилось!!! - как оглашенный, орал он на бегу, упоенно потрясая в воздухе кулаками и подскакивая на каждом шагу от переполнявших его эмоций и чувств.
Но первое, на что наткнулся маг, домчавшись до крестника, был его хмурый осуждающий взгляд.
- И что это, по-твоему, было? - прошипел он сквозь зубы, указывая на землю.
- Э-э-э… - моментально сник Агафон. - Я… забыл тебе сказать… что после двенадцатого удара твои доспехи превратятся в тыкву…