То, что в сё мысли вторгаются, подвергают чему-то вроде насилия, подействовало на девушку, как удар. Она застыла, стараясь не показать своего негодования, но в ней вскипал гнев.
Он больше не смотрел в её сторону; напротив, приблизился к шкафчику, внимательно посмотрел на висящий в там меч. Но если это оружие принадлежит ему, как, кажется, и пояс, то почему он не вооружается им. Вероятно, так долго бегал на четырёх конечностях, что предпочитает когти и клыки настоящему оружию.
- Я должен поблагодарить тебя, - на этот раз он заговорил вслух, и Тра приняла это за уступку с его стороны. - Я долго бродил по полям и лугам, и найдётся немало таких, для кого я буду желанной добычей. Ты принесла мне свободу, - он снова коснулся пальцами меха на поясе, - а я на такое даже не надеялся. Возможно, в этом есть какой-то смысл. Мы ведь всего лишь фигурки в игре неведомых сил. Ты избрала это бедное убежище? Почему, миледи?
Почему он спрашивает, если может прочесть её мысли, а она не в состоянии закрыться от него? Тра хотела обратить против него свой меч, изгнать это… эту тварь, которая не знает, что естественно, а что нет. Неужели теперь каждая её мысль и чувства открыты для него?
- Когда ты испытываешь ненависть, я не могу проникнуть в твои мысли… - проговорил он негромко. - Еще находясь снаружи, я должен был узнать, кто внутри, и сделал это. У нас есть свои обеты, и мы их не нарушаем! - в его голосе послышалась гордость, такая же, как у неё, и девушка почувствовала, что не может не откликнуться на неё. - Хочешь, чтобы я поклялся, леди?
Что он пробудил в ней? Чувства и веру, которые она считала погибшими? Она покачала головой, отказываясь от этого признания лесного чудовища, как раньше отказалась от признания людей своего ранга.
- Так что же привело тебя сюда? - вернулся он к своему первому вопросу?
- Звериная свора под знаменем бегущего пса… - она выплюнула эти слова и ударила концом меча по земле. - Я дорогой ценой отстояла свою свободу: последнего из моих приближённых повесили на дереве в долине. Ваши лорды приносят злую смерть.
В его глазах на мгновение сверкнуло пламя.
- Бегущий пес - да! - он обнажил клыки в зверином оскале. - Значит там Рот или… - он нахмурился, - время здесь в лесу идет по-другому, и иногда годы пролетают мгновенно… может, кто-то из его потомков. Со всем своим оружием и доспехами они живут в страхе и уже давно не заходили в лес. Может, сейчас здесь снова появятся псы… Они идут по твоему следу, леди?
Он не проявлял никакой тревоги, а заговорил более оживлённо, словно жаждал какого-то состязания.
- Может быть, - она не стала распространяться, опасаясь, не считают ли лесные жители и её своей добычей.
- Это место страха, - продолжал он. - Здесь живут мои братья, но даже мы не знаем всё тёмное зло, которое бродит по тропам.
Он посмотрел на девушку яростным взглядом, но она не отвела глаз. Вернула меч в ножны, показав, что у неё, как и у него, пустые руки.
- Я видела многих дьяволов и много опасностей, но худшие из них двуногие и называют себя людьми, - она хрипло рассмеялась. - Ты знаешь моё имя. А как зовут тебя?
- Я Фарн. У меня есть и другое имя, но твоё горло не сможет его произнести. Жестокий Коготь - мой гофмаршал, хранитель моего замка. Давно я не был в своём владении. Леди Тра, я предоставляю тебе права гостя.
Он наклонился, взял из очага полусгоревшую ветку и поднял её так, чтобы горел только один конец, напоминая свечу.
- Я буду освещать дорогу в твои покои, - официально начал он и рассмеялся. - Боюсь, тебе придётся принять нас такими, какие мы есть. И всё же… - по-прежнему держа в руке импровизированную свечу, он прошёл мимо девушки к двери и мгновение спустя вернулся, таща за лапки двух птиц.
- Они понравились бы даже Роту…
- Рот? - Он второй раз упомянул это имя. - Это его герб - бегущий пес? Рот… - Она ждала ответа.
- Рот Фарн, - вздохнул он, присел на корточки у огня, достал из щели меж камней нож и принялся потрошить дичь. - Что имя? Его можно дать вещи, месту, женщине, мужчине. Владеющие древними знаниями говорят, что в имени есть сила, которую можно использовать против человека, носящего его. Но кто знает на самом деле?
Ей так много хотелось узнать. Что за история поведана на шкафчике - о ребёнке, брошенном в лесу, о юноше, преследуемом охотниками? Ни его ли история там изображена?
- Этот меч… - она указала на оружие в шкафу. - Он тоже принадлежал Фарну?
Хозяин повернулся так резко, что она вздрогнула и опустила руку на рукоять меча. В его голосе прозвучала угроза, а кот зашипел.
- Что ты слышала о Фарне?
- Ничего, кроме твоих же слов, - растерялась она. - Но я встречала немало разбойников и потеряла близкого человека. В шкафу висит меч со странной головой на эфесе. А на самом шкафу вырезана история, достаточно ясная. Поэтому я и спрашиваю: подходит ли этот меч к твоей руке?
- Ты хочешь сказать, что это моё наследство? Возможно, леди, когда придёт время. Но сейчас я ношу то, что мне ближе, - он коснулся мехового пояса. - У этого, - он кивком указал на меч, - есть своя цель, но она в будущем. - Он встал, насадив четвертушки птиц на импровизированные вертела, и отошел к шкафчику.
- Эта цель связана с Фарном? - настаивала она.
Его плечи напряглись. Девушке на мгновение показалось, что всё происходит во сне. А он подошёл к двери и резко распахнул её.
- Пусть висит! Он пока не мой. И может, никогда не станет моим! Существует множество ловушек, и те, на кого охотятся, учатся чуять их - или умирают.
Еда была готова, и он, достав миски с полки, справедливо разделил её. Тра попробовала с пальцев жир и с аппетитом принялась есть.
Наступила ночь, но Фарн не закрывал дверь. Время от времени он останавливался и прислушивался. Конечно, его слух острее, он привык к обычным лесным звукам и мог из них выделить чужие. Тра услышала пронзительный крик ночного охотника, промахнувшегося в прыжке к добыче, потом уханье совы. И ещё шум непрекращающегося дождя и шелест листвы.
Закончив есть, Фарн подошёл к грубому ящику, сделанному из древесного ствола, порылся в нём и набрал охапку чистой одежды. Ничего не сказав, он вышел в ночь.
Тра облизала пальцы и подбросила дров в огонь. Она очень устала, а сейчас представился подходящий случай отдохнуть. Она удовлетворённо посмотрела на кровать, на которой разложила свою постель. Кот умывался, хотя время от времени у него дёргались уши, словно он что-то слушал.
Если огонь будет гореть всю ночь, скоро понадобятся дрова, но сейчас не имело смысла искать их в мокром лесу. Фарн! Тра сама удивлялась тому, как она спокойно восприняла его. Есть старые предания… Чем ближе они с Ринардом подходили к лесу, тем чаще слышали их.
Они искали припасы и собирали сведения об этом самом лесе, когда на них напали в деревне. Тра считала, что Ринард уходит за ней, но этот бедняга остался. Наверное, посчитал, что так лучше послужит ей. А она обнаружила это слишком поздно. Ринард… она заставила себя не думать о нём. Интересно, заметили ли её разбойники и пошли ли за ней?
- Охотники… - Тра не поняла, что произнесла это слово вслух. Но кот ответил:
"Ещё нет. Но охота приближается. На него всегда идёт охота".
- Часто? - поправила она.
"Очень часто. Если только он предпочитает…" - но слова в её сознании больше не звучали. Тра почувствовала, как в голове плотно закрылась какая-то дверца. Больше она ничего не узнает, по крайней мере, сейчас.
Об оборотнях рассказывают страшные истории. И Фарн должен быть одним из них. Тра беспокойно передвинулась: из темноты словно по волшебству появился он. Теперь на нём была чистая кожаная одежда, гладкая, как мех на поясе. Ветки и листья он вычесал из волос, грязь смыл с рук и лица. Вошёл уверенно и с тем же властным видом принялся расспрашивать девушку о набеге на деревню.
- Кажется, Рот или тот, кому сейчас подчиняются псы, становится слишком самоуверенным, - задумчиво произнёс Фарн, когда она закончила свой рассказ. - В этом убежище, - он показал рукой, - хоть оно и очень простое, тебе рады. Но не советую задерживаться в лесу, - он произнёс это решительно, и Тра почувствовала негодование. Он стоит и смотрит на неё, как на зеленую девчонку, никогда не слышавшую тревожный колокол.
- Лес… - он помолчал. - Да, в нём многие искали приют, но они были неосторожными и невежественными. Завтра я покажу тебе тропу, ведущую на запад от владений Рота, и позабочусь, чтобы ты безопасно ушла из этой земли. А сегодня ночью у меня ещё есть дела. - Он повернулся и без всякого прощания исчез в темноте, кот ушёл за ним.
Тра сидела в сумраке, который не разгонял умирающий огонь очага. Тело её болело от усталости, веки отяжелели. Но стоит ли спать в этом месте? Больше с ней нет Ринарда, который караулил бы, пока она отдыхает.
Она подбросила в огонь остатки дров и легла у очага, положив рядом с собой меч и нож, так, чтобы можно было дотянуться рукой. Потом закрыла глаза, зная, что не сможет долго продержаться без отдыха.
Тра увидела сон, в котором она бежала, беззащитная и преследуемая. Но в ней так горел гнев, что, казалось, всё её тело было охвачено огнём. Перед ней встала стена из переплетённых ветвей, и ужас преследования заставил её кинуться на эту стену. Ветви схватили её и крепко держали. Она вырывалась, руки покрылись царапинами. Но её продолжали крепко держать, а шум охоты всё приближался, и она услышала торжествующий звук рога.
Звук рога! Тра открыла глаза, но не увидела густых зарослей, хотя сон казался таким реальным, что ещё несколько мгновений она отчаянно отбивалась руками. Она лежала в полутёмной комнате, свет проходил через две узкие щели в стене.