Кудрявцев Леонид Викторович - Сверхоружие Скарпанога стр 12.

Сказав это, он быстро направился к выходу из координационного зала. Предстояло сделать множество дел. Томогавка, Затвора и Клина в зале уже не было. Они кинулись со всех ног на космодром. Корабль следовало подготовить к дальнему перелету, проверить работу всех его узлов и двигателей. Сейчас от этого старого грузового корабля зависело слишком многое, все его механизмы должны были работать как часы.

– Но я тоже хочу помочь выручить Спасателя! – упрямо крикнул Микул.

Но Оптимус-Крайн его уже не слышал. В этот момент он как раз выходил из координационного зала.

– Ах, так, – пробормотал Микул. – Ну, тогда я сам… Я что-нибудь придумаю…

И, не в силах справиться с обуревавшими его чувствами, мальчик заложил крутой вираж на антигравитационной платформе и вслед за Оптимусом-Крайном вылетел из зала.

А Оптимусу-Крайну было буквально некогда вздохнуть. Следовало позаботиться о том, чтобы все защитники проверили свое вооружение и быстро заменили неисправное. Необходимо было проследить за тем, чтобы на старый грузовой корабль, кроме всего прочего, погрузили запасы энергии и боеприпасов. Кроме того, надо оставить подробные инструкции Рапире, который уже смирился со своей участью и энергично взялся за дело, действительно требующее недюжинного ума и быстрой реакции.

Для того, чтобы решить все проблемы, Оптимусу-Крайну хватило трех часов. К этому времени защитники были уже готовы выступить в поход. Они стояли на поле космопорта Неи ровными рядами и ждали команды.

Оптимус-Крайн прошел вдоль строя защитников, внимательно всех осмотрел и остался доволен.

Остановившись в конце строя, где его поджидали Рапира и младшие воины, он махнул рукой и скомандовал:

– Защитники, вперед, на Масан!

Строй дружно взревел:

– Трансформируюсь!

И один за другим, принимая те формы, которые для каждого из них были характерны при перелете между планетами, защитники стали взлетать и уноситься в космос.

Оптимус-Крайн не спешил. Он знал, что догонит свой отряд за полчаса. Кроме того, старый грузовой корабль еще не взлетел, а командир защитников хотел сопровождать его в межзвездном перелете. Конечно, корабль был не новый, но двигатель его работал просто идеально. Сейчас те, кто собирался на нем полететь, уже затаскивали в трюм контейнеры с энергией и ящики с боеприпасами.

Посмотрев на Рапиру, Оптимус-Крайн снова хлопнул его по плечу, да так, что оно загудело.

– Ничего, мы скоро вернемся. Самое главное, помни, что бы ни случилось, береги людей. Не забывай, они не трансформеры. И несмотря на то, что они слабые и непрочные, есть в них что-то, что делает их одновременно великими и сильными. Понял?

– Понял, – кивнул Рапира.

Помедлив, он спросил:

– А может, мне все же полететь с вами? Война закончится быстро. Я уверен, мы, как и раньше, опять разобьем уничтожителей. Да ничего за это время с людьми не случится!

– Нет, – покачал головой Оптимус-Крайн. – Ты хорошо знаешь, что я на это не соглашусь. Ты останешься на Нее.

Рапира вздохнул и, отвернувшись, сказал:

– Обещай мне, что сделаешь все возможное, чтобы освободить Спасателя.

– Обещаю, – серьезно ответил командующий Оптимус-Крайн и снова посмотрел в сторону корабля.

В него затаскивали последние ящики. Наконец, они исчезли в трюме, и тяжелая бронированная дверь медленно закрылась.

– Кстати, насчет Микула, – вспомнил Оптимус-Крайн. – Если он не будет учить уроки, то скажи ему, что я, когда вернусь, перетрясу всю нашу библиотеку и все-таки найду описание старого, допотопного обряда, практиковавшегося еще на Земле, который назывался "порка". Говорят, он действовал на непослушных детей самым чудесным образом. После проведения этого обряда в них пробуждалась удивительная страсть к учению.

– Хорошо, обязательно скажу. Думаю, это на него подействует самым благотворным образом.

Пора было начинать официальную церемонию. Оптимус-Крайн встал по стойке "смирно":

– Защитник Рапира, назначаю вас своим заместителем и отдаю координационный пункт на планете Нея под ваше начало. В подчинении вам оставляю двух младших воинов.

Рапира отдал честь и отрапортовал:

– Я принимаю обязанности заместителя и беру под командование координационный пункт на планете Нея.

После произнесения этих слов полагалось ровно минуту помолчать и подумать о той ответственности, которую один из них перекладывал на плечи другого.

Не желая отступать от старинного ритуала, они так и сделали. Но получилось, что в эту минуту и Оптимус-Крайн, и Рапира смотрели вверх, туда, где, выделяясь на фоне черного неба серебряными точками, летели защитники. Именно поэтому они не видели, как от ближайшего склада к кораблю метнулась маленькая тень и в последнюю минуту скользнула в закрывающийся люк.

Глава восьмая

– Наконец-то вы, проклятые защитники, почувствовали мощь моих слуг на своей шкуре! – с удовлетворением воскликнул Скарпаног, разглядывая стоявшего перед ним связанного Спасателя.

– Да, мы сильные, мы такие, что ух… Скоро нас будет бояться вся Галактика! – хором завопили уничтожители. – Мы вам покажем! И во главе с нашим повелителем повергнем в прах всех, кто попытается встать на нашем пути!

Спасатель презрительно улыбнулся и, сделав вид, будто рассматривает штаб уничтожителей, стал осторожно двигать руками, пытаясь освободить их из тугих витков стального троса. Пока это у него не получалось. Смертоносец связал его со знанием дела, но защитник не терял надежды.

– Итак, приступим! – плотоядно улыбнулся Скарпаног. Ему не терпелось приступить к допросу. – Ну-ка, проклятый защитник, давай, выкладывай нам все свои планы, Сколько вас и какое у вас вооружение?!

Спасатель молчал.

– Это что, ты не желаешь с нами разговаривать? – удивился Скарпаног. – Разве ты не понял, что находишься в плену, должен бояться за свою жизнь и при взгляде на нас, могущественных уничтожителей, испытывать страх?

– Почему это? – удивленно спросил защитник.

– Как, ну мы же сильнее! Мы можем тебя уничтожить! Да мы такое с тобой можем сделать! Вот бросим тебя на солнце этой планеты, и ты в нем расплавишься! Или разберем тебя на запчасти. Представляешь, твои части будут воевать с твоими же друзьями. Нравится?

Спасатель пожал плечами.

– Конечно, можете. Но для вас будет непозволительной роскошью узнать наши секреты.

– Что значит – непозволительная роскошь? – задумался Смертоносец.

– Это значит, что он вас презирает и отказывается выдавать секреты своих друзей, – объяснил лежавший возле ног Скарпанога на вышитой подушечке Лютик.

Смертоносец бросил на него косой взгляд. Он смертельно завидовал железному поросенку и сам мечтал о красивой подушечке, но не осмеливался открыто на нее претендовать. Так хотел сам Скарпаног, а его желание являлось законом. Правда, идею о подушечке подал сам Лютик, который сказал, что в старину при дворах монархов был такой обычай: особые любимцы возлежали у ног своего господина. И вот – результат, Смертоносец, который так много сделал, правая рука самого повелителя, должен стоять в толпе простых воинов, а какой-то выскочка лежит со всеми удобствами.

"Ну, ничего, после того, – как мы захватим Галактику, ему это аукнется!" – подумал Смертоносец и успокоился.

Между тем Скарпаног продолжал допрос:

– Значит, ты отказываешься выдавать секреты?

– Отказываюсь, – ответил Спасатель.

– А часть секретов можешь?

– И часть не могу.

– Это плохо, – помрачнел Скарпаног. – Неужели ты нас совсем не боишься?

– Не боюсь, – пожал плечами Спасатель. – Ну что вы можете мне сделать? Убить? Так ведь всего лишь один раз. Два раза вы это сделать не сумеете. А секреты не только мои, но еще и моих друзей. Нет, выдать их я не могу.

В помещении штаба уничтожителей воцарилась тишина. Каждый думал о своем. Скарпаног и Смертоносец старались придумать, как заставить защитника говорить, Лютик погрузился в мечты, остальные уничтожители откровенно скучали и прикидывали, не устроить ли им потом, когда они окажутся вне штаба, коллективную драку. В конце концов, сколько можно ругаться? Надо же когда-то перейти и к решительным действиям! Причем, каждый из них надеялся, что в эту драку ввяжется Смертоносец, и его можно будет исподтишка пнуть.

– Ладно, – наконец сказал Скарпаног, – уберите его.

– Каким образом? – поинтересовался Смертоносец.

– Обычным. Уберите с глаз моих долой. В камеру его, понятно?

– А-а-а-а! – разочарованно протянул Смертоносец. – А может, лучше его… того?..

– Ни в коем случае. Он еще нам пригодится.

– Зачем бы это? Да еще придется охранять его… Сбежать может…

– Глаз с него не спускать. Если вдруг военная удача от нас отвернется, мы можем за него что-нибудь выторговать.

– Что именно?

– Жизни, идиот, наши жизни, ни больше, ни меньше. Понял?

– Теперь понял, – и Смертоносец улыбнулся. – Осмелюсь спросить, а что будет, если военная удача нам улыбнется?

– Вот тогда его можно будет убрать в том смысле, в котором ты это понимаешь. Увести, я сказал!

Спасатель сделал шаг по направлению к Скарпаногу и воскликнул:

– Негодяй!

– А то как же! – ухмыльнулся главарь уничтожителей. – И этим весьма горжусь.

Повинуясь знаку Смертоносца, два уничтожителя подскочили к Спасателю, крепко взяли его под руки и вывели в коридор. В дальнем конце станции уничтожителей, недалеко от выхода на поверхность, находилась тесная комната с прочной дверью. Не прошло и минуты, как она захлопнулась за спиной Спасателя.

А в это время в штабе уничтожителей Смертоносец и Скарпаног переглянулись и довольно ухмыльнулись.