Голос Галии я узнала сразу же: мне хорошо были известны эти насмешливые интонации и радостный смех. Ей кто-то отвечал, судя по всему, мужчина, но его голос был куда тише, а потому я не смогла разобрать, кто это. Я замедлила шаг и начала осторожно продвигаться вперед с минуты на минуту ожидая, когда выйду к ним.
Свет ударил в глаза неожиданно, заставив меня зажмуриться. Но я быстро отступила в тень и лишь когда убедилась, что меня никто не видел, заглянула в комнату. Это была небольшая, но уютная спаленка, судя по всему принадлежавшая какой-то юной девушке: в цветах интерьера преобладал нежный кремовый цвет и незамысловатый ажурный орнамент.
В комнате действительно оказалась Галия. Она была лишь в легкой сорочке, сидела на кровати и ела фрукты, в то время как ее чем-то смешил Идгард. Сомнений не было: эти двое либо вылезли из постели совсем недавно, или туда собирались. Я машинально отметила хороший торс наследника и попыталась успокоить хоровод мыслей, закружившихся в голове.
Галия изменяет Вилдэру с Идгардом? Нет, не так. Идгард отбил любовницу у отца? Нет, тоже не то. Что за дурдом поселился в этом замке? Фактически Галия - рабыня Идгарда, он имеет на нее право. Но ведь не должен трогать: она же возлюбленная (от этого слова применительно к Галие захотелось плеваться) его отца. Вот стерва! Крутит роман с обоими. Решила играть наверняка: если папочка королевой не сделает, то сынуля подкинет власти? Значит, именно с Идгардом она встречалась тогда, в ущелье? Нет, не сходилось: Идгард был с отцом, я сбежала именно из-за него. Так быстро он бы не смог добраться, обойдя меня.
- Как тебе прогулочка с моим папашей? - спросил Идгард, усмехнувшись.
- Ужасно, - буркнула Галия. - Все время пялился на эту Анну, а когда она едва с балкона не полетела, меня чуть не выкинул, спасать бросился. Вот ты мне скажи: чего в ней такого особенного? Ты постоянно с ней шатаешься, на прогулки берешь! Осмонд поглядывает, Леофвайн - видел ты, как он краснеет при виде ее ...
- Так это от злости, ему же отец приказал оставить ее в покое, вот он и бесится. И вообще, не вмешивай меня в ваши интриги. Я вожусь с этой девицей только потому, что так велит отец. Он решил меня женить на наложнице. Думает, я стану ответственней и это собьет с меня спесь. Ха! Спорю, что она такой перспективе рада-радешенька, вот только не дождется!
- Ты мой, - усмехнулась Галия. - Я люблю тебя, знаешь?
Идгарда будто бы раздражало это фальшивое обожание наложницы, потому что он отобрал у нее яблоко и притянул к себе.
- Хватит говорить о них, давай лучше ты мне покажешь, как ты меня любишь...
На дальнейшее я смотреть не собиралась, вуайеризм никогда не был присущ моему характеру. Пока эти двое были заняты друг другом, я припустила к выходу.
К счастью, у меня достало ума не врываться в комнату и не кидать изобличительные обвинения в лицо любовникам. И все-таки, что я теперь должна была делать? Как хорошая наложница, я должна была молчать и тихо сидеть в уголке. Как враг Галии я должна была рассказать об этом каждому, кто будет иметь неосторожность оказаться в радиусе слышимости моего голоса. Как влюбленная в Вилдэра девушка...да, что должна была делать влюбленная в Вилдэра девушка?! Сказать - разрушить отношения с сыном. А ведь любит он его, хоть и не всегда доволен поступками отпрыска. А ну как скажу я, что Идгард с любимой отцовской наложницей развлекается, да тот его из дворца выгонит? Как я себя чувствовать после этого буду? Нет, таких страданий Вилдэру я причинить не могла. С другой стороны, нельзя же оставлять Галие право дурачить повелителя и сына одновременно! Она же играет их... а кстати, хоть у кого-нибудь из правящей семейки чувства к Галие были? Помнилось мне, Осмонд говорил, будто Вилдэр ее только поразвлечься и зовет. Судя по поведению Идгарда, он тоже не жаждет Галию невестой назвать. А она? Неужели не видит, что не нужна ни одному из них? На что надеется? На беременность?
Об этом нам что-то Борхгильд на занятиях рассказывала, но я благополучно все прослушала. Только сейчас поняла, что зря.
Я присела прямо на пол, пытаясь собраться с мыслями. Возможно, стоило поискать выход, но Идгард и Галия еще не скоро закончат, а мне необходимо было унять сердце, которое отчего-то бешено колотилось в груди.
- Спокойно, Аня, - пробормотала я. - Все хорошо.
"Лучше некуда, - тут же отозвался уже знакомый мне голос. - Место любовницы Вилдэра вакантно. А также место его сына. Которое пожелаешь занять?"
Я поморщилась. До чего вредный голос!
- Отстань от меня, - простонала я. - Я в расстройстве, не видишь?
"Малышка, расстройство - это когда пучит с утра, а ты просто ноешь. Скучные вы, женщины".
- О да, зато мужики веселые. Клоуны, ей Богу.
"И чего ты так разнервничалась? - голос флегматично фыркнул. - Подумаешь, развлекся наследник. Может, оно и лучше, что любовница у них семейная? Лекари же семейные бывают!"
- Ага, а еще бывают семейные монстры, которых кто-то скоро изгонит!
"Пф-ф-ф, - протянул голос. - Боюсь я их оберегов. Знаешь, как забавно наблюдать, как они ими меня изгоняют? Вызовут мага, тот глаза закатит, рожу постную сделает и давай размахивать каким-то булыжником. Еще и орет, как потерпевший. Я ржу, все стоят в благоговении".
Значит, я оказалась права и Гуннульв действительно со мной разговаривал. Мне показалось, что я схожу с ума.
"И главное: хоть бы кто коврижку принес разок! Хоть сухарик завалящий! Нет, все благовониями травят, пентаграммами выводят, заклинаниями швыряются! Обидно!"
И Гуннульв всхлипнул, да так жалостливо, что я даже прониклась.
- Хочешь, я тебе с ужина хлеба уведу? - предложила я.
"Хочу! - обрадовался монстр. - А яблочко можешь?"
- Могу и яблочко, - вздохнула я.
"Вот как здорово! Только ты не забудь, пожалуйста! А...подожди, как ты мне яблочко-то принесешь, если выйти отсюда не можешь?"
- Не знаю. Как-нибудь выйду. Когда-то же Идгард вернется, а я скажу, что здесь просидела все время и ничего не видела.
"Держи карман шире, - грубо ответил Гуннульв. - Он что, идиот? Пусть прикидывается, но парень он умный. И останешься ты тут, украшать коридор бренным телом".
Я даже вздрогнула от такой перспективы.
"Ладно, деревенщина, слушай сюда. Рядом с косяком рычажок есть, он почти со стеной сливается. Маленький, под мизинчик твой. Его дерни, ага".
- А не обманешь? - прищурилась я.
"А ты хочешь попросить Галию проверить?"
Просить Галию мне не хотелось, а потому я послушно нащупала на гладкой стене рычажок и нажала на него. Несколько секунд ничего не происходило, а потом часть стены отъехала в сторону, пропустив меня в спальню наследника.
Пока глаза привыкали к темноте, я осмотрела спальню в поисках Гуннульв.
- Ты где? - удивилась я.
"Тут".
- Где?
"Вот здесь, рядом!"
Моей руки коснулось что-то теплое и мохнатое. Испугавшись, я взвизгнула и отпрыгнула.
"Чего орешь? Я ж тебя не за жопу укусил!"
- А почему тебя не видно? Раньше хоть глаза показывал! Я что, с воздухом разговаривать буду? Вылезай немедленно!
"А ты смеяться не будешь? - жалобно спросил монстр".
- Не буду.
Воздух заколебался и в нем начали проступать очертания монстра. Сначала появились глаза, от которых бросило в дрожь, а потом и само тело. Когда Гуннульв предстал перед моим взором полностью, я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.
Это было мохнатое черное существо, покрытое длинной шерстью. Ростом он доходил мне до талии, имел овальное тельце и очень тонкие конечности, которые смотрелись крайне забавно. Глаза смотрели на меня с некоторой обидой.
"А обещала не смеяться".
- Я и не смеюсь.
"Собиралась".
- Но не засмеялась же. А чего ты меня пугал? Мог бы сразу познакомиться, я не злая.
"Это я сейчас понял, что ты не злая. А сначала так разозлился! Ты ж не наша, даже не эльфийка! Вот и решил тебя на прочность проверить".
- Ну ничего себе! - возмутилась я. - Ты меня чуть не убил два раза!
"Не убил же. Не канючь. Когда яблочко принесешь?"
- После ужина принесу. Пойду я отсюда, пока Идгард не вылез.
"Верное решение. Я тебя на лестнице буду ждать, после того, как все уснут. Яблочко не забудь!"
Кивнув в знак того, что поняла указания, я выскользнула из спальни.
***
- Эй! - прошептала я, вглядываясь в непроглядную тьму. - Где ты? Гуннульв!
"Тут я, чего всполошилась?"
Монстр материализовался прямо перед моим носом.
"Принесла яблочко? - нетерпеливо осведомился Гуннульв".
- Принесла. И пирожок еще, с грибочками.
"Ох, ты ж, мать моя - монстриха, спасибочки!"
Послышалось чавканье и довольное урчание Гуннульв. Я невольно улыбнулась.
Мы сели на ступеньки. Я все еще обдумывала увиденное в покоях Идгарда, а монстр довольно уплетал лакомства, изредка выдавая что-то вроде "Вкуснотища!"
- А что мне делать-то? - спросила я, собственно, ни к кому конкретно не обращаясь.
"С чем? - Гуннульв оторвался от своего занятия".
- С Идгардом, Галией и Вилдэром.
"Ах, ты об этом. Да ничего не делай, чего там сделаешь? Хочешь крайней оказаться?"
- Нет.
"Нет, - передразнил меня монстр. - Вот и сиди, помалкивай. Твое дело - выглядеть хорошо, да приказы выполнять. Они там сами разберутся. Вилдэр, знаешь ли, не дурак. Я его еще маленьким помню".
- Правда? - я оживилась. - Расскажи!
"Не хочу, скучно это. Вечно вы, влюбленные девицы, горазды истории слушать! И говори тише, меня-то только ты слышишь".