На следующий день, забирая свой гравиборд из мастерской, она наткнулась на очередную порцию нравоучений. Шило умел метко бить словом. Получалось это у него гораздо лучше, чем у той же Изотовой. Катька стойко стерпела и теперь, а когда механик выдохся, пришпорила своего летучего коня. Ветер, бьющий в лицо, и рёв динамиков ненадолго заглушили пакостные мысли, но стоило притормозить у порога общаги, как они нахлынули с новой силой.
По поводу долга Катька не слишком волновалась - деньги на её счёт должны были поступить только в конце месяца, но Шило согласился подождать, хоть и уверял, что делает это в последний раз. Ничего страшного, он постоянно так говорит. Страшнее другое - теперь придётся возвращать утраченное уважение, и время упускать нельзя. Нельзя отсидеться в сторонке, поджидая момента, когда недавнее поражение позабудется! Сделай это, и к тебе вновь станут относиться как к зелёному новичку, а то и хуже!
Нет, нужно, чтобы все знали, что я ещё в строю! - Зарычала про себя Катька, складывая гравиборд. - Подумаешь, проиграла! Подумаешь, физиономию мне расписали! Переживу!
Катька твёрдо решила показаться в эту субботу, однако не ожидала от этого ничего хорошего. Она не сомневалась, что найдутся одиночки, которые налетят на неё словно коршуны. Осмелевшие, они решат ещё больше унизить наглую девчонку, и за её счёт хоть немного поднять свой собственный авторитет. Катька не собиралась отказываться от вызовов. Пара побед ей уж точно не помешает.
Для того чтобы не ударить в субботу в грязь лицом, нужно было хоть немного обкатать починенный гравиборд и привыкнуть к новому эргономичному рулю.
Тренировалась Катька весь остаток недели после занятий в парке. Тренировки в парке в наступающих сумерках получались довольно экстремальными, но Катьке как раз это и было нужно - на трассе легко не бывает.
В пятницу гонщица вернулась пораньше, ещё за светло. В прихожей её как обычно встретил этот недоумок Лёшка. Пока она запихивала свой гравиборд в шкаф, он стоял позади, прислонившись к косяку, и бубнил что-то о нерациональной трате времени.
- Слушай, - рявкнула Катька, гневно сверкнув на него глазами, - моё время, как хочу, так и трачу!
- Время не твоё, а учебное! - Спокойно ответил Лёшка. - Ты с последних уроков сбегаешь? Сбегаешь. Иногда вообще не появляешься! Меня Изотова сегодня из-за этого вызвала!
- А ты тут причём?
- Так я же старший по общаге! Будто ты Изотову не знаешь, ей бы только покритиковать! А ты ей отличный повод для этого дала!
- И что? Мне теперь перед тобой извиниться что ли?
- От тебя дождёшься... - Отмахнулся Лёшка. - Короче, Изотова просила передать, чтобы в понедельник утром ты была у неё в кабинете, или она вынуждена будет принять меры.
- Какие ещё меры?
- Почём я знаю? Могу лишь предположить, что очень и очень решительные. Ты же ей как бельмо на глазу, как кость в горле и как шило в заднице. И всё это сразу!
- Да пошёл ты! - Огрызнулась Катька, направившись на кухню.
- Кать, - Лёшка догнал её и придержал за локоть, - я ведь тебя серьёзно предупреждаю. Не игнорируй это "приглашение"! Сама же знаешь, если она захочет, проблем может доставить массу!
- И, наверное, не только мне одной. - Усмехнулась Катька, несильно двинув Алексея удерживаемым локтем. Тот намёк понял и моментально отцепился. - Что, она и тебе пригрозила чем-то, что ты так волнуешься?
Лёшка мог бы сказать, что волнуется не столько за себя, сколько за непутёвую гонщицу, и это было бы правдой. Однако, проблема в том, что в такую правду Катька бы в жизни не поверила.
- Возможно, - со вздохом согласился он. - Но мне, по крайней мере, не грозят общественные работы под надзором милиции!
Катька недоверчиво посмотрела на него.
- Что?!
- У Изотовай вполне хватит причин, чтобы это организовать. - Объяснил Лёшка. - Ты ведь сама ей эти причины регулярно поставляешь!
- Сдать ученицу ментам? По-моему, даже для нашей швабры это слишком!
- Ты просто плохо нашу швабру знаешь, такое уже случалось. Она считает, что работа на пользу города хорошо влияет на дисциплину.
Катька с ужасом представила, как её замечают знакомые по гонкам, когда она оттирает от какого-нибудь памятника птичий помёт.
- Ладно, может, и загляну к ней. - Неохотно согласилась она.
- Не "может", а загляни! - Твёрдо сказал Алексей и удалился.
Его, как и многих ребят в этом возрасте, терзали противоречивые чувства. С одной стороны, Катька была отталкивающей личностью со стервозным характером, а с другой... было в ней что-то, что заставляло проявлять к её персоне заботу и внимание. Не явно, разумеется, а очень осторожно, прикрываясь издёвками и шуточками. Алексею всегда казалось, что Катькино чересчур вызывающее поведение было каким-то... наигранным. Он не мог объяснить свои ощущения словами, просто чувствовал, что видит в Катьке только то, что она считает нужным показать миру. Чувствовал, что есть в ней что-то ещё. В детдоме он повидал много всякого, в том числе и детей, переживших какие-то потери или потрясения. Было у таких детей некоторое сходство с Катькой. Он слишком мало знал про её прошлое и семейную жизнь, чтобы рассуждать о её истинной личности, но спрашивать об этом не собирался, потому как не надеялся получить прямой ответ, вместо прямого посыла.
Подкрепившись разогретой стряпнёй Тоськи, Катька потопала к себе в комнату. Перед завтрашними гонками она намеревалась полноценно отдохнуть.
Вскоре, после того как она с блаженством развалилась на постели, в дверь кто-то коротко, но требовательно постучал.
- Я не принимаю! - Выкрикнула она.
Стук повторился.
- Кто там такой непонятливый?
Стук повторился снова.
- По башке себе постучи, дятел! - Разозлилась Катька и запустила в дверь, стянутый с ноги, тапок.
В ответ на это замок тихонько щёлкнул, дверь приоткрылась, и в комнату просочился новичок. От такой наглости Катька тут же вскочила на ноги и уставилась на него, сощуренными от гнева глазами.
- Привет, - заговорил первым Степан.
- Ты что себе позволяешь, заморыш! - Сквозь зубы процедила Катька, угрожающе надвигаясь на непрошенного гостя.
- Эй-эй, - успокаивающе произнёс Карпатов, отступив назад. - Вообще-то я к тебе по делу.
- По какому ещё делу! Дамское бельишко стырить собрался?
- Какое ещё бельишко? - Опешил Степан.
- Нижнее! - Выкрикнула Катька, резко бросившись на него.
Степан ловко уклонился от растопыренных пальцев, метивших точно в его лохматую шевелюру, и отскочил от девчонки так далеко, как позволяли габариты помещения.
- Слушай, это всё, конечно, забавно, но может ты, наконец, настроишься на деловой лад?
- Забавно? Ты ко мне вломился!
- Когда ты ко мне вломилась - без стука, прошу заметить - я же на тебя не бросался и не обвинял в попытке кражи моих трусов!
- Да кому они нужны то! - Хмыкнула Катька, заметно успокоившись. Происходящее в самом деле начало её забавлять. Всю неделю она собиралась как следует поддеть новичка, но они редко пересекались. Пару раз она даже пыталась проникнуть посреди ночи в его комнату, но, к своему удивлению, справиться с простеньким замком ей не удалось. - Ну и что у тебя за дело?
- Это не совсем дело, а скорее просьба, - признался Степан.
- Даже так! - Притворно изумилась Катька, оглядываясь в поисках чего-нибудь тяжёлого.
- Именно, - сухо подтвердил Степан, не обращая внимания на выразительные взгляды, бросаемые Катькой то на полуоткрытый шлем, то на увесистый каталог обуви. - Мы хотели бы, чтобы ты провела нас завтра на гонки.
ТАКОЕ услышать Катька не ожидала и в немом изумлении уставилась на гостя.
- Кто "мы"? - Спросила она, наконец, после продолжительного молчания.
- Я, Лин и Вадик. Вадика ты наверно не знаешь, это мой одногруппник.
- Лин, ушастый засранец! Это он тебя заслал? С чего он взял, что я буду что-то для вас делать?
- Лин то как раз уверял меня, что ты откажешься.
- Так чего ты припёрся?
- Подумал, что тебе ведь не трудно, - невозмутимо ответил Карпатов, - а нам было бы интересно посмотреть на гонки изнутри.
- Может и не трудно, только вы, парни, мне и на фиг не нужны. Если это всё, то проваливай и забудь дорогу в мои апартаменты!
- Да ладно тебе, - отмахнулся Степан, - если хочешь, мы там за тебя поболеть можем.
- Издеваешься, да? - Резко изменившись в лице, прошипела Катька.
- В смысле? - Не понял Степан.
- А то ты не знаешь? Меня в прошлый раз помяли, и вот я заявляюсь после этого в компании троих парней, как будто мне нужна защита!
Степан честно попытался вникнуть в суть проблемы.
- Ты серьёзно считаешь, будто нас примут за защитников?
Этот вопрос остудил Катьку. Лин, конечно, занимался рукопашным боем и при случае смог бы за себя постоять, но вот вид имел крайне замухрышистый, впрочем, как и Степан. Третьего она не знала, но очень сомневалась, что тот смотрится внушительнее своих приятелей. На защитников они и правда не тянули, как по возрасту, так и по сложению. Чего ещё ждать от тринадцатилеток? Вот Лёшка бы под описание подошёл, но он же не при делах. А эти... выглядят, как обычные фанаты.