И оказался прямо перед Филиппом, возникнув словно из бездонных глубин Ада.
- А вот и я! - улыбнулся мучитель, обнажив желтые от никотина зубы. Его черные волосы, смазанные гелем для укладки, были уложены в два кривых рога.
Сёрен снял с плеч и положил на пол школьную сумку. Зазвенело, как будто в ней были ножи, а не учебники.
- Некоторые преподы говорят, что я не готовлюсь к урокам. А я готовлюсь. Например, по истории мне надо написать сочинение, и я подумал, что ты можешь мне в этом помочь. Знаешь, проработать материал и тому подобное.
Сёрен открыл сумку и вытащил из нее нечто вроде большой вилки для жаркого.
- Задание - рассказать о пытках в Средние века. Видишь ли, мой милый Филипп, эти люди могли заставить признаться кого угодно в чем угодно.
Сёрен вынимал из сумки все новые и новые предметы. Молоток для отбивания мяса, гильотинку для обрезания сигар, несколько рыболовных крючков, клещи, блендер на батарейках.
При виде всего этого голова у Филиппа закружилась и куда-то поплыл пол.
- Филипп из 6-а класса, - сказал Сёрен, придав своему лицу очень строгое, почти торжественное выражение. - Тебя обвиняют в том, что ты состоишь в сговоре с Дьяволом. Что ты скажешь в ответ на обвинение?
Филипп взглянул на блендер, и в горле у него застрял ком размером не меньше шкафа, за которым он только что прятался.
- Это правда, - прошептал он, лихорадочно кивая. - Я состою в сговоре с Дьяволом.
На мгновение ему показалось, что Сёрен разочарован. Тот явно не рассчитывал на подобный ответ, и у Филиппа появилась надежда. Но потом на губах Сёрена возникла издевательская ухмылка.
- Филипп, Филипп, Филипп, - сказал он. - Тех, кто сознавался, тоже подвергали наказанию!
Сёрен подошел к нему, и Филиппу ничего не оставалось, кроме как закрыть глаза и молиться, чтобы все произошло побыстрее. И мама положит на его могилу красивые цветы…
Похоже, его молитвы были услышаны, потому что в подвале раздался низкий голос такой силы, что Филипп чуть не упал в обморок:
- Какого дьявола? Ты опять взялся за старое?
Филипп открыл глаза и увидел, что голову Сёрена обхватила грязная рука и тянет его куда-то…
Педель был огромный, как дракон, и такой же страшный. У него была странная болезнь, от которой его кожа выглядела облупившейся.
Когда Филипп учился в подготовительном классе, он был уверен, что когда-нибудь увидит, как из черных уст этого человека извергается пламя. Но педель не только внешне походил на дракона, он был таким же сильным и одним из немногих взрослых в школе, кто мог поставить Сёрена на место.
- Отпусти! - завопил Сёрен и принялся бить педеля по руке, которая напоминала толстый сук огромного дерева.
Педель отпустил его, но только для того, чтобы схватить за ухо. В другой руке он что-то держал.
Сначала Филипп подумал, что это кнут, но оказалось, что это скрученные в жгут провода.
- Ой-ой! Больно!
- Конечно, - ответил педель и улыбнулся Филиппу. - Но ведь я помогаю тебе прорабатывать материал к заданию по истории. Может, ты меня поблагодаришь, как положено?
- Я сделаю все, чтобы твоя жирная… - Сёрен завопил от боли, когда педель еще раз повернул его ухо. - Спасибо! Спасибо, черт тебя подери!
- Вот так-то. А сейчас пойдем к директору, и ты расскажешь, каким прилежным ты сегодня был!
По дороге к лестнице Сёрен как-то странно подпрыгивал в руках служителя, видимо, не желая остаться совсем без уха.
- Ты от меня не уйдешь! - крикнул мучитель Филиппу, и эхо разнесло эти слова по велосипедному подвалу. - Ты останешься "жертвой недели"! Слышишь? Ты от меня не уйдешь!
- Как бы не так! - прозвучал голос педеля, и, судя по воплю Сёрена, тот еще раз крутанул его ухо.
Филипп остался сидеть в темном подвале, за шкафом, уткнувшись подбородком в колени. И только когда прозвенел последний перед выходными звонок и подвал заполнился криками учеников, он вышел наружу.
2
Доброе дело
Когда Филипп вернулся назад, в классе никого не было. Стулья были придвинуты к столам, на столах царила пустота. Только место Филиппа выглядело по-другому.
Он собрал свои учебники. Учитель Йорген на доске записал домашнее задание, и, хотя Филипп уже выполнил его, он старательно переписал заданные страницы в свой дневник.
Надевая куртку, Филипп покосился на место Миккеля. Стул был придвинут неровно, под столом валялись карандаши и сломанная линейка. Было видно, что Миккель очень торопился домой.
Другие мальчишки, размышляя о положении, в каком побывал Филипп, стали бы неистово ругаться, пожелали бы Миккелю самых страшных, смертельных болезней. Возможно, даже запланировали бы великую акцию возмездия с использованием веревки, железнодорожных путей и расписания поездов или обратились бы в полицию, потому что должен быть закон, запрещающий наносить людям "удары в спину", словом, рвали бы и метали.
Но Филипп не рвал и не метал. Он даже не очень сердился. Ведь Миккель сделал все это только потому, что его заставил Сёрен.
То, что Филипп претерпел, было неприятно, но в этом не было вины Миккеля. И к тому же ничего не случилось. Могло случиться, но Филиппу удалось выбраться из подвала целехоньким.
- Что за черт, Филипп! Ты еще здесь?
Йорген, учитель математики, вошел в класс. Растрепанные волосы, на брюках и рукавах следы мела.
- Какого дьявола, куда я ее поставил? - Он что-то искал.
- Я… Я… - Филипп остановился и посмотрел на Йоргена, взгляд которого блуждал по классу в поисках неизвестного предмета.
"Он даже не заметил, что меня не было, - подумал Филипп. - Прошел целый урок, а он этого не заметил".
- Да, вот же она! - воскликнул Йорген и подбежал к подоконнику. Взял кофейную кружку, засунутую между террариумом и большим кактусом, и облегченно вздохнул. - Остаться без кофейной кружки - это все равно, что остаться без ноги.
Учитель направился к двери.
- Хороших выходных тебе, Филипп!
- И вам тоже, - ответил Филипп и подумал, что через полчаса Йорген даже не вспомнит, что они виделись.
Филипп подошел к террариуму и посмотрел через грязное стекло. Из тени от зеленых листьев за ним наблюдали черные глаза паука.
* * *
Филипп увидел кота только после того, как тот увидел его. Филипп ехал по велосипедной дорожке парка, когда его взгляд скользнул по чему-то, что не сразу было воспринято его сознанием. Только через три секунды и тридцать пять метров он понял, что увидел. Развернулся и поехал назад.
Там, почти на самой верхушке бука, сидел черный кот.
Филипп положил велосипед и подошел к дереву.
Судя по его виду, кот явно не понимал, как оказался там и почему земля так далеко.
- Не можешь спуститься? - спросил Филипп, и зеленые, как яркая трава, глаза кота обратились к нему. Ветка, на которой сидел бедняга, закачалась, его когти глубже впились в кору.
Коту не нравилась эта история. Может быть, его туда загнала собака?
- Почему вы, коты, ничему не учитесь? Ведь собаки не лазают по деревьям. Достаточно подняться на два метра над землей, и вы в безопасности. Зачем же лезть на самый верх? Иди вниз, киска! Иди сюда! - Филипп поднял руку и пошевелил пальцами, как будто в них было что-то вкусное: - Кис-кис-кис…
Кот замяукал так, будто хотел сказать, что просто позвать его - еще не значит помочь.
Филипп не мог не отметить наличия у кота логики. Человек, оказавшийся на четвертом этаже горящего дома, не спустится сам только потому, что пожарные попросят его об этом.
- Спокойно, - сказал Филипп и бросил сумку на землю. Потом поплевал на ладони, подпрыгнул, ухватился за нижнюю ветку и повис на ней. - Я тебя сниму. Оставайся там, где сейчас.
На полпути наверх Филипп ненадолго задержался, чтобы полюбоваться видом. Рядом не было других деревьев, которые могли бы закрыть красивый вид на парк и ближние части города. Он увидел библиотеку, школу, водонапорную башню и людей, которые шли по тротуару каждый по своему делу.
Мысль о том, что он сидит на дереве и наблюдает за ними, а они об этом не знают, показалась Филиппу забавной. Казалось даже, что он может командовать ими. Словно город - его собственность.
Вверху замяукал кот, напоминая, что не намерен сидеть здесь целый день.
- Да-да, я сейчас, - Филипп стал карабкаться дальше.
Внезапно одна нога его соскользнула с сучка, и только моментальная реакция спасла мальчика от падения с высоты в несколько метров.
- Уф! - выдохнул он и посмотрел на землю. - Чуть-чуть не упал!
Кот еще раз мяукнул.
- Да, да! Немножко терпения. Я ведь мог насмерть разбиться. - Филипп продолжил подъем, и вот уже кот прямо над ним.
Филипп протянул к нему руки, но тот отскочил.
- Да нет же, не туда. Помогай тоже, если хочешь, чтобы у нас все получилось. Иди ко мне, я не сделаю тебе ничего плохого. Я просто хочу помочь.
Несколько секунд казалось, что кот ему не поверил. Потом стал медленно приближаться к спасителю.
- Вот так, да! Хорошо.
Филипп вытянулся как можно выше и, не теряя равновесия, схватил кота. Его пальцы утонули в мягкой, как бархат, шерсти, и он оторвал кота от ветки.
Потом мальчик стал медленно спускаться, одной рукой обняв ствол дерева. Другой он держал кота, от черной шерсти которого пахло чем-то очень странным. Почему-то горелым.
"Нет, не горелым, - мысленно поправил себя Филипп. - Это сера. От кота пахнет серой".
Спустившись на несколько метров, он выпустил кота, который дальше действовал самостоятельно.