Оставалось разобраться только с самцом. Теперь я стоял между ним и лесом, а он оказался в положении Литы - в ловушке. Мужчина обеими руками сжимал топор, готовый броситься на меня в любую минуту, и все же он боялся. Меня нельзя обмануть, я ведь все-таки монстр. Я и раньше отмечал, что в людях жестокость часто сочетается с трусостью. Очередная черта, которую я вряд ли пойму.
- Кто ты такой? - прошептал он.
Не дожидаясь ответа, он бросился вперед, ударил как-то неуклюже, нелепо. Я не стал уворачиваться, позволил топору столкнуться с чешуей на моей груди. Надо отдать ему должное, сила удара была достаточной, чтобы вызвать россыпь искр, но только и всего. Я сомневался, что даже синяк останется.
Топор не выдержал, сломался. Лезвие полетело вниз, я услышал, как оно мягко входит в тело человека. Он завыл, упал на землю, сжимая руками покалеченную ногу. А ведь я помню то, что я видел на дне озера, его жертвам приходилось терпеть гораздо большее.
Я наклонился перед ним, так, чтобы наши глаза находились на одном уровне. В этот момент я подчинился инстинктам, не было какого-то плана, я не обдумывал свои действия.
- Она моя, - произнес я настолько тихо, что только он мог услышать.
Понятия не имею, почему я так сказал. Если его моя фраза напугала, то меня - удивила. Кто - она? Лита? Я относился к ней чуть лучше, чем к остальным людям, но не до такой степени. Девица, которую я поймал в воде? Уж она мне точно не нужна! Тогда зачем говорить? Оставалось только довериться инстинктам.
Мужчина перестал выть, он с мольбой смотрел мне в глаза. Он не хотел, чтобы я его убивал. Я знаю, что такое страх перед смертью, Антон сделал это чувство слишком хорошо знакомым мне. Но я не жалел этого человека.
Когда острый шип, расположенный на моем хвосте, прошел сквозь него, мужчина не вскрикнул, только как-то болезненно вдохнул. Его взгляд стал опускаться, словно он хотел лично убедиться в произошедшем.
Вот от этого я не получал удовольствия, только не от причинения боли. Может быть, он заслужил пройти через то, что заставлял терпеть других. Но я не хотел так поступать. Я расправил внутри него хвостовой плавник, чтобы покончить с этим.
Это короткое движение фактически разорвало его пополам. Когда я прыгал в воду, он был уже мертв. Мне не было дела, мой гнев остывал; все мое внимание было сосредоточено на Лите.
Я помог ей выбрать из воды, но не там, где лежали тела, а на помосте. Она колотилась от холода, это ее странное платьице ничуть не помогало. И тогда я сделал то, чего от себя не ожидал - убрал броню и позволил ей греться о мою кожу. Лита благодарно прижалась ко мне, а я изо всех сил старался побороть желание вернуть чешую на место.
- Где ты был? - без злости, с обидой спросила она.
- Я… я отвлекся. Знаю, что не должен был. Прошу, простите меня.
- Я боялась, что ты ушел.
- Я бы не смог.
С ужасом я понял, что это правда. Я не мог освободиться, хотя сейчас у меня был великолепный шанс. В таком состоянии Лита просто неспособна запустить взрывные устройства внутри моего тела. Если бы я решил убить ее в этот момент, она бы не успела воспользоваться своим преимуществом. Казалось бы, что может быть проще - взять и свернуть ей шею. А потом уплыть далеко, туда, где они не найдут меня.
Но я не мог. Не потому что боялся или неожиданно воспылал большой любовью к Лите, не потому, что не знал, куда идти. Просто я не мог убить существо, которое не имело ни малейшего способа защиты от меня и которое мне доверяло. Тот человек, которого я только что уничтожил, пытался защищаться и даже нападать. То, что я победил, - закон природы. Однако Лита не нападала, она вообще не считала меня угрозой. Ее абсолютная слабость оказалась самой надежной защитой.
Получается, я сам себя загнал в ловушку.
* * *
Когда смотрительница вошла в мою комнату, я сел на край бассейна, но полностью вылезать не стал. На нее я не смотрел, чтобы она не смогла понять, насколько сильно я обеспокоен.
Я знал, что убийство мной человека не вызвало у ее начальства бурного восторга. Вскрытие снова кружило над моей головой.
Лита подошла совсем близко, я слышал, как стучали ее каблучки по плитке. Теперь она стояла прямо за моей спиной.
- Ну что? - не выдержал я.
- Жить будешь, - ее руки опустились мне на плечи. - Да, многим не понравилось, что ты убил человека. Но ведь ты сделал это не просто так. Выслушав меня, Совет пришел к выводу, что ты поступил очень достойно. Если тебе интересно, генерал Семенов на твоей стороне. Поздравляю.
- То есть, это задание можно считать выполненным?
- Да, причем в рекордное время и с отличным результатом, не было невинных жертв.
- Кстати о жертвах. Как там выжившие?
- Лучше, чем заслуживают, - вздохнула Лита. - У младшей травма головы, поэтому никто не верит ее бредням о том, что ее ударил монстр из воды. Со старшей дела обстоял похуже, у нее сломан позвоночник. Выживет, но ходить не будет. Не то чтобы ей это помешает, обеим светит пожизненное, если все докажут.
- А если не докажут?
- Даже так… одна из них получила от тебя достойное наказание. Нет, я не сержусь, я рада, что ты так поступил. Хотя мне не следует это говорить.
Ну конечно. Меня можно только отчитывать, хвалить нельзя.
- Так с чего все это началось?
- На счету Игоря Книлова эти убийства не были первыми, но никогда раньше он не задерживался в одном месте, - пояснила моя смотрительница. - С дочкой лесника он познакомился в городе, на соревнованиях по плаванию. Не знаю, почему он так к ней отнесся, может, почувствовал родственную душу. Они неплохо спелись, ты видел их семейное гнездышко в лесу. Выяснилось, что ему вовсе не надо кочевать, что и здесь он может оставаться незамеченным. В качестве гостя он остановился в заповеднике, чтобы познакомиться с родителями девушек, тут он не соврал. Если бы этим делом занялись следователи или другие люди, он бы узнал, успел скрыться, да еще и убить тех, кто пришел ловить его. Поэтому наше начальство до сих пор считает направление нас туда оправданным.
Говорить, что мы с начальством снова разошлись во мнении, я не стал. Смысла не было. Они не могут признать, что это задание было чистой воды провокацией.
- Так как все это происходило? Я имею в виду убийство.
- Мерзко, жестоко и, к сожалению, слишком просто, - ответила Лита. - Они выбирали момент, когда жертва - или жертвы - оставалась одна, нападали. Те травмы, что ты видел, это в основном работа Книлова, изредка к нему присоединялась будущая супруга. Ее младшая сестра до этой ночи в охоте не участвовала. По крайней мере, она сама так утверждает.
- Сколько трупов достали из озера?
- Пока тридцать два. Опознать многие из них невозможно.
Я кивнул, не зная, что сказать. Неожиданно я почувствовал себя очень усталым.
Видимо, Лита поняла это; она отстранилась от меня.
- Там, наверху, тобой очень довольны, - сообщила она. - Настолько довольны, что согласны предоставить тебе два дня выходных. Отсыпайся, завтра принесу тебе какую-нибудь книгу.
Она собралась уходить, но у самых дверей обернулась:
- И, Кароль… спасибо. Лично от меня.
Часть третья. Тени в воде
Я перевернулся на спину, закинул руки за голову. Легких движений хвостом было достаточно, чтобы поддерживать меня на плаву, а двигаться куда-то я не хотел. Впервые за долгое время я мог расслабиться; я был сыт, спокоен, дышать соленой водой было легко, я знал, где можно найти еду, а где - спокойно заснуть.
Так что наслаждение солнечным светом, искривленным в толще воды, было редким удовольствием, которое я сегодня мог себе позволить. Без забот и обязанностей, абсолютный покой.
Слева от меня мелькнула тень, которую я заметил краем глаза. Меня это не обеспокоило: я находился на знакомой территории, которую охраняет наша стая. Враг не мог пройти мимо них незамеченным. Значит, это кто-то из Охранников, тоже наслаждается спокойствием.
Тень мелькнула снова, на этот раз с другой стороны. Большая, темная тень… слишком большая, чтобы быть одним из моих братьев. Вот теперь я почувствовал опасность.
Я развернулся, завис в воде ногами вниз. Попробовал позвать своих, но не получил ответа. Я не мог отплыть далеко, просто не мог, а стая совсем недавно была так близко!
Вокруг вода все еще оставалось спокойной. Сверху ее пропитывало солнце, снизу мягко извивались водоросли. Неожиданно я заметил, что подо мной никого нет. Обычно среди растений сновала всякая мелочь, не интересовавшая и не боявшаяся меня. Теперь они исчезли; испугались даже те безмозглые малявки, которых обычно не пугает и близкий взмах моего хвоста.
Я боялся думать о том, что могло их напугать, чувствовал, что оно совсем близко. Но ведь я был на безопасной территории, меня должны были предупредить об опасности! Значит, меня бросили?
Тень мелькнула рядом, так близко, что я смог рассмотреть синий чешуйчатый бок. Эта тварь была раза в три больше меня, и я догадывался, кто это. Но ведь они обычно не охотятся в этих водах, мы отпугнули их!
Отпугнули, когда нападали всей стаей, но и тогда многие гибли. Сейчас я остался совсем один. У меня не было ни шанса, и все же я начал наращивать чешую, зная, что просто так оно не уйдет. Оно приплыло за мной.
Тени надоело кружить, похоже, существо наконец поняло, что кроме меня здесь никого нет. Оно рванулось вперед с такой скоростью, о которой я не мог и мечтать. Я успел разглядеть огромные темные глаза и зубы. Длинные, искривленные, покрытые наростами. Ничто не могло вырваться из этих челюстей, и теперь они сомкнулись на мне.