* * *
Если Йохалла и жаловался на отсутствие денег, то причина такой нищеты была ясна - стоило лишь подойти к повозкам с оружием. Они стояли недалеко от шатра кэйвинга - в ряд, и возле них прохаживались четверо ратэстов в полном вооружении.
- Новые воины, - коротко сказал сопровождающий. Странно, но этих слов оказалось более чем достаточно. То ли стражу предупредили, то ли парню верили до такой степени…
Пожалуй, впервые в жизни у Вадима перехватило дыхание с такой силой. Да и Ротбирт, который всяко видал оружейные - и побогаче, где были мечи, которые, будучи согнутыми в дугу, распрямлялись с песней, кольчуги из сорока тысяч колец, на каждом из которых были отчеканены листья и травы - и Ротбирт озирался ошалело. Ведь это было место, где можно брать, что пожелаешь! Видно было, что он с трудом подавляет недостойную мужчины и воина жадную дрожь - напуская на себя равнодушно-значительный вид. Мальчишки прошлись по повозке, ни к чему по первости не прикасаясь, но всё внимательно оглядывая.
Вадим заметил с огорчением - и пониманием! - что тут не было мечей. Да, настоящие мечи или получают в подарок, или берут в бою, или куют сами… Что же до остального - тут было всё!
- Неплох тут выбор, - заметил Ротбирт, хотя Вадим видел, что ему хочется начать хватать всё подряд - обеими руками направо и налево. - Видно, и впрямь кэйвинг хочет большого… да помогут ему боги.
- Да помогут, - почти серьёзно отозвался Вадим. Мальчишки старательно разыгрывали взрослых воинов - исполняли роль такую же обязательную, как фехтовальные фразы. Вадим ловил на себе взгляды обоих анласов - и Ротбирта, и провожатого. Они явно прикидывали, воин ли этот славянин. Вадим мысленно усмехнулся и первым делом выволок из кучи одежды шнурованную на груди куртку и штаны из мягкой, но толстой коричневой кожи. Разделся до трусов и влез в обнову, аккуратно сложив свою старую одежду - расставаться с нею он не собирался. Потом примерил жёсткие сапоги, подбитые сталью, с тупыми шишками шпор - глаз не подвёл, обувь оказалась впору.
О броне следовало подумать. Вадим знал по опыту, что пластинчатый доспех на кожаной основе легче кольчуги… но кольчуга надёжней. Кольчуги, кстати, тут были, несколько… Мальчишка всё ещё обдумывал выбор, когда глаза и руки почти одновременно наткнулись на настоящий кольчатый панцирь! Кольчужная безрукавка до середины бёдер была сплетена из двух слоёв мелких колец - воронёных стальных и золотистых бронзовых. На треугольном нагрудном щитке плавно изгибалась свастика - две наложенных друг на друга буквы "S". У панциря имелись капюшон и шарф, закрывавший подбородок. Короткие рукава соединялись с медными брассардами - гладкими, без чеканки - и укреплялись оплечьями в виде крыльев дракона. Брассарды, в свою очередь, соединялись с кожаными перчатками, по внешней стороне ладони обшитыми кольчугой. "Не может быть, чтобы он оказался мне впору", - решил Вадим, поднимая панцирь (тяжёлый и холодный)…
- … Ха, Вадомайр, да это знак богов - он на тебя собран! - восхищённо выдохнул Ротбирт, тоже меривший доспех - чешуйчатый, не кольчугу. И прищурился: - А всё-таки - кем ты был у себя дома?
Вадим с трудом сдержал широкую довольную улыбку. Нигде ни одно колечко, ни одно сочленение, ни один ремешок не давили, не тянули, не болтались!
- Клянусь топором Дьяуса! - сказал Ротбирт с прежним восхищением.
- Отличная работа, - солидно подытожил Вадим. И повернулся к сопровождающему: - Я и правда могу его оставить себе?
- А как иначе? - удивился тот. - Он тебе и впрямь впору.
Вадим отвернулся, чтобы скрыть довольную улыбку. Перебрал несколько пар набедренников и поножей. Набедренники вроде бы и не требовались… Он выбрал пару поножей - представлявшие собой отдельные штанины из одного кольчужного слоя от верха бёдер до щиколоток, они сочленялись с кольчугой изнутри у пояса.
Потом на глаза попался старый, но прочный и хорошо промасленный кожный пояс с тремя рядами медной клёпки и удобными перевязями для оружия. Застёгивая тяжёлую бронзовую пряжку, Вадим прошёл туда, где стояли шлемы. Ему, если честно, нравились такие, какие тут многие носили - с выпуклыми дугами надглазий, переходившими в широкое наносье, защищавшее и рот, и подбородок, глухим затыльником… Но тут таких не оказалось - наверное, нравились они не одному Вадиму. И он снял с держака тот, который глянулся больше прочих - куполовидный, стальной, украшенный медными соколиными крыльями, с треугольной маской - она ребром выдавалась вперёд, надёжно закрывая нос от ударов, щели для глаз походили на листья ивы, от них до самого низа шли тройные ряды мелких шипов, в основании которых оказались отверстия для дыхания. Бармицы у шлема не было, но при капюшоне и шарфе на панцире это и не было нужно.
Щит выбрать оказалось легче лёгкого - они все в целом были одинаковы. Треугольные, не очень большие, из дубовых досок, обтянутых кожей и окованных по краю стальной полосой, с клёпками по углам и круглым плоским умбоном в центре. На всех щитах был тур - баннорт зинда анла-энграм.
Оружие… Вадим коснулся ладонью веретён пик, сложенных вдоль борта, как удочки. С этим оружием он никогда дела не имел даже в шутку. Но ему всё-таки показалось, что в пальцы пробежала слабая дрожь - соскучившиеся пики просились в руки хозяину!
Все они казались одинаковыми, и мальчишка выбрал одну - на трёхметровом ясеневом веретене, обмотанном под руку шероховатым плотным ремнём, был надёжно укреплён втульчатый наконечник - в две ладони длиной, но всего в два пальца шириной, трёхгранный и острый, как игла, - в каждой грани были выбиты изображения - какое-то могучее дерево, корабль и солнечный знак. Вадим покачал пикой, несколько раз поразил ею воздух, надеясь, что выглядит не слишком неумело. Потом быстрым тычком подобрал-наколол с земли щепочку. И кивнул.
Рядом с пиками лежали дротики. Вадим отобрал пять штук, с такими вещами он тренировался. Ротбирт ткнул рукой в сторону столба, вкопанного в двадцати шагах от повозок. Судя по его разлохмаченности, столбом пользовались часто.
- Можно?
- Давайте, - кивнул провожатый.
Вадим прищурился, зажал четыре дротика в левой руке, пятый покачал в правой… и послал его в цель всем телом…
…Все пять дротиков воткнулись сверху вниз ровной строчкой - как и целился мальчишка. Добравшись до столба, он осмотрел дротики один за другим, покачивая наконечники и оглядывая древки. Дротики были сделаны добротно - что ж… Вадим вернулся к повозке, довольный проверкой.
С топорами заминки не было. Вадим взял в руку один - на длинном, почти прямом топорище, с Г-образным, утяжелённым на конце полотном - и сразу понял: это то, что надо. Не понадобилось даже метать… Вадим не без удовольствия определил топор на место на поясе, с удовольствием почувствовав, как приятная тяжесть оттянула бок. У него возникло тщеславное желание посмотреться в зеркало. Но тут для большинства людей зеркала, конечно, озерца и лужи…
Длинный - в полруки - подходящий нож-сакса с рукоятью, за которую можно было взяться при случае и обеими руками, с тяжёлым широким концом для рубки - в простых деревянных ножнах тоже нашелся быстро.
- В дальней повозке - всё для коней, - мотнул головой провожатый. - Сами подберёте?
Вопрос был не праздный. Нужно было иметь большое терпение и немалый опыт, чтобы тщательно, неспешно проверить конскую сбрую… а ведь от неё жизнь воина зависит не реже, чем от доспеха и оружия! Но Вадим мысленно усмехнулся и посмотрел на Ротбирта:
- Пошли?
Анласы не отягощали своих коней полной бронёй. Благодаря этому - Вадим пока не знал, но это было так - их конница могла подолгу идти галопом, тем более, что верховая порода рыжих коней была очень мощной. И всё-таки часть брони была стальной. Маску для коня, которую выбрал Вадим - не драконоголовую, обычную, гладкую - покрывала чеканка в виде свастик и стеблей травы. Перёд её - для защиты храпа - был выгнут вверх, наглазники - тоже, одновременно играя и роль шор. На маске поднимались прямые острые рога - и были они, как Вадим узнал позже, не только украшением.
Для груди и передней части корпуса оказалась кольчуга - из крупных плоских колец. А для боков и крупа - кожаная броня с войлочной подстёжкой. Нашёл Вадим и сбрую с медными бляшками, и потёртые стальные стремена на длинных ремнях, и обтянутое чёрной кожей седло - непривычное, с высокой Т-образной задней лукой. Кожа крепилась к основе двойными рядами гвоздиков.
- Может, и это взять? - Вадим задумчиво поднял крыловидные щитки - из кожи и дерева, они крепились так, чтобы закрывать ноги и бёдра всадника.
- Я взял, - кивнул Ротбирт, - почему нет, если дают?.. Коней можно выбрать сейчас? - обратился он к провожатому.