К моему удивлению появился гигантский экран и повис в воздухе посреди приемной. И, судя по мгновенной реакции Сьюзи и Чандры, они тоже увидели его.
- Я ожидал совсем другого, - сказал я.
- Наверно он модифицировал кристалл, - хмуро сказал Чандра. - Я и не знал, что такое можно сделать.
- В наше время нельзя, - сказал я. - По крайней мере без доступа к действительно высокой технологии.
- Скорее всего он просто коснулся кристалла, - сказала Сьюзи. - И у того не было выбора - пришлось делать то, что хотят он и его бог.
Какое-то время мы думали об этом. Что же может быть настолько ужасным, что мы не могли испытать это сами, а только увидеть на экране?
- Как мы активируем эту штуку? - спросила Сьюзи.
- Не знаю, - ответил я. - Может быть просто сказать: "Начать!"
И огромный экран ожил и показал нам ужасные картины.
Это было не воспоминание. Или чувственное переживание. И даже не изображение с чьей-то точки зрения. Экран показал нам приемную, с мужчинами и женщинами, со стоявшими и сидевшими мужчинами и женщинами, негромко разговаривавшими между собой. Они казались довольно счастливыми и совершенно расслабленными. Обычные мужчины и женщины, занимавшиеся своим обычным делом. Они понятия не имели, что приближается. Неумолимо приближается к ним. И все удивленно оглянулись, когда дверь внезапно открылась, а все замки и защитные заклинания отключились сами по себе. И тут вошел Идущий Человек, с улыбкой на губах и смертью в глазах, его длинный запыленный плащ бился за ним; он походил на проповедника с Дикого Запада, который пришел, чтобы раздать серу и адский огонь.
Мужчины и женщины все еще глядели на него, сбитые с толку; потом они немного подались назад, как хозяева, пред которыми появился незваный гость. Мне хотелось крикнуть и предупредить их, но они никак не могли услышать меня. Плащ Идущего Человека распахнулся сам по себе, открывая простую белую рубашку, потрепанные синие джинсы и два больших револьвера в кобурах по обе стороны его плоского живота. Он потянулся за ними и, как мне показалось, револьверы почти сами прыгнули ему в руки; старомодные револьверы Дикого Запада, с длинными стволами и деревянными рукоятками. Миротворцы, те самые револьверы, которыми Уайетт Эрп и его братья усмиряли адские города вроде Тумстоуна. И Идущий Человек все еще улыбался, когда начал убивать.
Он шагнул прямо в приемную, стреляя в мужчин и женщин с небрежным мастерством. Никакого предупреждения, никакой возможности сдаться, никакой пощады. Он стрелял в голову и грудь, и ему никогда не требовалось больше одной пули. Начались крики, сначала удивления, потом потрясения и, наконец, ужаса. Люди падали на пол один за другим, в воздух взлетали кровь и мозги. Идущий Человек никогда не промахивался, никогда не ранил, только убивал, и, хотя он стрелял из своих револьверов без остановки, он никогда не перезаряжал их. Приемная наполнилась криками, стонами, мольбами и звуками непрекращающейся стрельбы. Некоторые пытались бежать, и Идущий Человек застрелил их в спину или в затылок.
Огромные револьверы подпрыгивали и ревели в руках Идущего Человека, но его прицел оставался совершенным, и он никогда не уставал. Он шел через приемную, и его улыбка стала еще немного шире, как будто убийство придавало ему силы. Пули били в тела как удары кувалды, отбрасывая мужчин и женщин назад, или бросая их на пол. Руки дико молотили по воздуху, кровь хлестала струями, головы взрывались, выбрасывая из себя кровь и мозги. Идущий Человек перешагивал через дергающиеся тела, чтобы заняться теми, кто еще остался.
Некоторые молили, некоторые протестовали, некоторые даже встали на колени и просили оставить их в живых, по их лицам текли слезы. Идущий Человек убил их всех. Кое-кто попытался сопротивляться. Они вытащили револьверы и ножи, и даже ударяли по нему голыми руками. Но пули отскакивали от него, ножи не могли прорезать его кожу, и, похоже, он даже не чувствовал удары. Он был гневом Бога в мире людей, и никто не мог заставить его остановиться.
Кое-кто из мужчин поставил перед собой вопящих от ужаса женщин, чтобы использовать их как живой щит. Идущий Человек убил женщин, а потом и мужчин, прятавшихся за ними. Наконец он остановился в середине приемной и поглядел вокруг. Никому не удалось убежать. На полу громоздились мертвые тела, последние капли их жизни вытекали в богатый ковер. Только регистраторша, сидевшая на стуле позади стойки, еще кричала, громко и безнадежно. Идущий Человек выстрелил ей в левый глаз. Голова девушки дернулась назад, мозги запятнали стену за ней.
Идущий Человек неторопливо прошел через приемную, иногда пиная тела, лежавшие у него на дороге, и подошел к двери в дальнем конце помещения. На мгновение он остановился, потом взял руку мертвого человека и прижал к двери окровавленную ладонь, оставив на ней четкий кровавый отпечаток. Знак, куда он пошел. Изображение на экране последовало за ним через дверь и вниз, на следующий уровень, по лестнице, которую он нашел там. Лестница привела его к еще одной тяжелой двери с самыми современными электронными замками и охранными устройствами. Идущий Человек посмотрел на них, и, один за другим, со щелчком открылись замки и отключились охранные устройства. Дверь медленно распахнулась, как только он подошел к ней.
Идущий Человек вошел в длинное узкое помещение, полное компьютеров и самых разных устройств. Кое у кого нашлись деньги на самое лучшее. Идущий Человек равнодушно прошел мимо. Он остановился только, чтобы рассмотреть ванну с решеткой из стекла и стали: в густой мерцающей жидкости, налитой в нее, росли сотни кристаллов памяти. Возможно эквивалент завода по производству ДВД. Техники, работавшие в комнате, внимательно посмотрели на него и, увидев револьверы в его руках, быстро вскочили со своих мест и бросились бежать. Один из них успел нажать сигнал тревоги, и комнату наполнил грубый электронный вой. Из другого конца помещения хлынула волна вооруженных людей, вооруженных полуавтоматическим оружием и одетых в бронежилеты. Увидев Идущего Человека они мгновенно открыли огонь, короткими автоматными очередями, как их учили.
Но он убил их всех. Охранников и техников, вооруженных и безоружных. Его пули пронзали бронежилеты так же легко, как и белые халаты техников. Оружие не могло коснуться его, остановить его. Он неторопливо шел вперед и убивал всех перед собой. Опять были крики и стоны, мольбы о пощаде, кровь и мозги в воздухе и на полу, но Идущий Человек не переставал улыбаться. Холодной, мрачной и довольной улыбкой. Когда все были мертвы, он методично разбил кристаллическую решетку, смахнул на пол полусформировавшиеся кристаллы и раздавил их сапогами.
Еще одна дверь, в дальнем конце. Еще ступеньки, вниз, на следующий уровень. Вот тут оказались настоящие средства защиты. Они остановили бы любого другого. Как только Идущий Человек спустился с последней ступеньки, из обоих стен выдвинулись стволы сверхмощных пулеметов и открыли по нему огонь. Пулеметы выбрасывали тысячи пуль в минуту, производя невероятный шум в ограниченном пространстве, но он непреклонно шагал через дым и шум, и ни одна из пуль не могла коснуться его. На его плаще не появилось ни дыры, ни разреза; он даже не нагрелся, несмотря на близость раскаленных до красна стволов пулеметов. Наконец пулеметы замолчали, и Идущий Человек пошел дальше.
Из стен коридора плавно выскользнули энергетические винтовки, технология пришельцев или далекого будущего, попавшая сюда через какой-то временной сдвиг. Они окатили Идущего Человека всеми видами энергий и излучений, странные лучи света вспыхивали в полумраке, но ничто из них не подействовало на него. Проходя мимо стены, он схватил один из стволов и без усилий выдернул его из рамы. Быстро проверив его, он отбросил ствол в сторону, ни на мгновение не замедлив шаг.
Перед ним из ниоткуда выпрыгивали силовые щиты, путь загораживали мерцающие стены. Он шел сквозь них, и они лопались, как мыльные пузыри. Ядовитые газы врывались в коридор из потайных отверстий - он вдыхал их, как свежий летний воздух, и продолжал идти. Под его ногами внезапно открылся люк, скрывавший бездонную пропасть - он продолжил идти, как будто пол все еще поддерживал его.
В конце концов он оказался лицом к лицу с массивной стальной дверью. Десять футов в высоту, восемь футов в ширину. С первого взгляда было ясно, что она толстая, тяжелая и очень твердая. Тонны стали, которые удерживались на месте массивными болтами. Идущий Человек остановился и внимательно оглядел дверь. Далеко за ним все еще слабо выла сирена. Идущий Человек убрал револьверы и поставил обе руки на стальную дверь. Он слегка нахмурился, и его пальцы, медленно и непреклонно, стали погружаться в жесткую сталь, как будто это была просто грязь. Засунув обе руки в металл, он за что-то сильно ухватился и разорвал дверь, расколов ее сверху до низу. Сталь завизжала, как будто он сломал живое существо, и разошлась направо и налево, как пара занавесок. Идущий Человек могучим усилием высвободил руки и вошел.