Красников Андрей Андреевич - Пустошь стр 9.

Нового появления преследователей пришлось ждать почти до рассвета. Луна давно скрылась за домами, ветер усилился, радуя песчаной поземкой, призраки оставили меня в покое. Я даже вздремнул немного, но потом все же проснулся из-за впившейся в ребро книги – и практически сразу после этого пятерка людей снова вышла на площадь. Я старался смотреть самым краешком глаза, уповая на то, что с такого расстояния меня не должно быть видно.

Вышедшие на площадь даже издалека выглядели немного растерянными. Братья размахивали руками, показывая во все стороны и, по-видимому, негодуя из-за моей хитрости. Маг стоял и мрачно рассматривал дома вокруг. Стражники тоже глазели по сторонам, но их интерес был более прозаичным – проведя всю ночь в городе, они, похоже, уверовали, что здесь ничего страшного нет и искали, чем бы поживиться. Похоже, что про призраков маг никому не сказал. Ну и правильно, я бы тоже промолчал. Лишние знания часто только вредят.

На той стороне площади, тем временем, завязалась оживленная беседа, по результатам которой один стражник очень резво помчался в мою сторону и, топая сапогами, исчез из поля зрения. Похоже, пошел за подмогой.

Остальные, кажется, решали, что же делать дальше. Жаль, отсюда их не слышно.

Решили, к сожалению, то, чего я и боялся – оставив второго стражника следить за площадью, оба следопыта и маг отправились с стоящее рядом здание. Зашли, минут через пять вышли, перешли к следующему. Опять несколько минут осмотра – и новое здание. Я начал немного нервничать. Минут через двадцать, если все так и пойдет, они дойдут до моего дома. А здесь уже как повезет. Хорошо еще, что рассматривать энергетические потоки через стены не получается. Иначе меня нашли бы вообще в два счета.

Преследователи подошли совсем близко и я перестал выглядывать наружу, вместо этого лихорадочно думая, что же делать в том случае, если меня найдут. Из оружия у меня оставалась склянка с огнем, два ножа… еще бутылек с ядом, но как уговорить врага его выпить?

Пока что наиболее разумным мне казался вариант, где я угрожаю поджечь склянкой книги, если меня не отпустят живым. Слабый, очень слабый вариант. Даже самому не верилось в его счастливое исполнение. Скорее всего, уговорят отдать бутылек, а потом просто убьют. Но хоть какая-то надежда.

Я замер в углу комнаты, сжимая склянку, проклиная себя за то, что поленился залезть этажом выше и стараясь не дышать.

Минут через десять внизу раздались голоса.

– Здесь тоже пусто, следов нет. Скорее всего, он выбрал какую-нибудь улочку, где хорошо гуляет ветер и ушел по ней.

– Наверх идем? – мое сердце замерло…

– Нет, посмотрим следующий дом, – …и отмерло. – Думаю, без собак мы его действительно здесь не найдем. Что думаете, следопыты?

– Нам может повезти, – раздался голос какого-то из братьев после паузы. – Но мальчишка явно не потерял головы и вообще, не зря учился у лысого мага. Дошел-таки до такого места, где можно скрываться очень долго. Вам он настолько сильно нужен?

– Очень сильно, – мне послышалось, что у мага даже скрипнули зубы. – Эта мелкая крыса уволокла с собой то, зачем я прибыл в ваш город. И я сделаю все, чтобы вернуть это.

– Ясно, господин Шаран. В таком случае, остается делать только то, что вы и так приказали. Из развалин никого не выпустят, а мы здесь его рано или поздно найдем.

– Господин… – на этом моменте голоса отдалились и стихли, а я, расслабившись, сел на пол.

На первый раз выкрутился. И у меня есть, похоже, очень много времени до того, как они обнаружат мое убежище. Но вот фокус с запиранием в развалинах мне откровенно не понравился. Я понял, о чем говорили преследователи – достаточно поставить часовых с собаками вокруг городка и мне будет практически нереально выбраться из него незамеченным. А пить, между прочим, уже хочется и довольно сильно. До этого момента я как-то не придавал жажде значения, готовясь, что прямо сейчас меня будут убивать… А вот ощутив отсрочку приговора, мигом ее почувствовал.

Увы, в рюкзаке был только бутылек с ядом, пить который категорически не хотелось. Да я даже вино отдал отцу, ничего себе не оставив. Проклятье. Идиот.

За окном потихоньку начало светать и я начал готовиться к самому длинному дню в своей жизни. Без воды, без еды, разыскиваемый целой кучей народа… С этими мыслями я незаметно уснул.

Пробуждение было ужасным. Тело ломило от твердых и угловатых книг. Рот пересох и попытки пошевелить языком напоминали перемешивание кирпичных обломков в деревянном ведре. В довершение всего, сверху меня покрывал тонкий налет пыли, заставляющий слезиться глаза, скрипящий на зубах и вызывающий нестерпимое желание чихнуть.

Минут через пять я все же выжал из себя достаточно слюны, чтобы смочить рот, стряхнул пыль и немного размял мускулы. Пришла пора узнать, что творится вокруг. Я осторожно выглянул в окно. Хмыкнул.

Вокруг не творилось ровным счетом ничего. Абсолютно пустой и безжизненный город, как обычно. Возможно, конечно, где-то меня тщательно искали, исследуя каждый закоулок, но здесь, в центре, была полная тишь.

Вот и вопрос – а что делать-то? Выходить на улицу и куда-то идти – глупо. Лучше уж ночью, тогда шансов больше на то, что до края развалин дойду. А дальше мне все равно не пройти.

Я снял куртку, заново развалился на полу и уставился в потолок. Решение проблемы не приходило. Повернулся на бок, рассмотрел ближайшую стену. Делать было нечего. Более того, делать что-то было откровенно опасно. Но какие-то шаги мне предпринимать все равно придется, иначе через пару дней я просто загнусь от жажды. Или не загнусь, а сам, добровольно и радостно, сдамся в руки преследователям. Может, кстати, они этого и ждут.

Оставшееся до вечера время я терзался от жажды, вожделеющим взглядом рассматривал жидкость в склянке с ядом и пытался вспомнить, как добыть воду в пустыне. Пара способов имелась, но реализовывать их точно нужно было не в засыпанном пылью здании.

С наступлением сумерек стало немного легче. Появилось даже развлечение – плюнув на риск, я выбрался на крышу и теперь оттуда рассматривал окрестности, предусмотрительно прячась за каменными статуями, украшавшими ее края.

Окрестности не радовали. Вокруг развалин виднелась цепочка костров, между которыми медленно двигались туда-сюда маленькие искорки – факелы. Не пройти никак, ни при каких обстоятельствах.

Я нервно сглотнул, ощущая шершавость языка и горла. В голову в первый раз пришла мысль о том, что ради воды можно и убить. Наверняка же кто-то сейчас обыскивает развалины. И, скорее всего, это не маг… как его там? Шаран. Оружие у меня есть, пусть орудовать им я и не особо умею. Нужно лишь найти того, кто ищет меня, а у него наверняка есть фляжка… Бурдюк…

Рассвет следующего дня я встретил, прячась на окраине развалин. Всю ночь я крался по темным улицам, одержимый жаждой убийства и весело улыбался появляющимся иногда поблизости призракам. Я и сам, наверное, начал напоминать нечто потустороннее. Красноглазое, изможденное, хрипящее, пыльное и с ножами в обоих руках. Классическая нежить из детских страшилок.

Но ночью по городу никто не ходил, все сидели возле костров и наслаждались водой и едой… проклятые продажные сволочи, готовые за золотой предать своего же соседа.

Утро принесло мне новую надежду. В мою сторону отправился отряд из трех человек. Еще несколько таких групп виднелись вдалеке. А вот мага нигде не было видно. Наверное, действительно ждет, когда дичь сама выпорхнет к нему в руки.

Тройка поисковиков потихоньку приближалась к дому, который я выбрал своим укрытием и ловушкой. Надеюсь, они в него зайдут – я специально оставил небрежные следы, ведущие внутрь. И, надеюсь, я смогу убить всех троих. Если кто-то сумеет убежать и поднять тревогу, мне придется очень несладко…

Они зашли.

– Да нет здесь никого тоже. Это прошлая группа, наверняка, след оставила. Нас вообще сюда просто так отправляют, мне кажется. Чтобы его испугать.

– Смотри по сторонам лучше. Если найдем, сможем год не работать.

До меня донесся какой-то скрип и непонятное шуршание.

– А я ведь его знал немного, – послышался третий голос. – Когда он еще у своего папаши в трактире работал. Даже в глаз ему двинул как-то по пьяни.

Послышался дружный хохот и меня покинули последние мысли о недопустимости убийства людей и прочих глупостях. Шаги приблизились.

– Да точно говорю, – нет его здесь, – прямо подо мной, притаившимся на этаж выше перед дыркой в полу, появилась зашедшая в комнату троица.

Пора. Я нервно облизнул пересохшие и потрескавшиеся губы, а затем спрыгнул вниз, прямо на них.

Расчет был на то, что я еще в полете ударю ножами двоих, а дальше уже положусь на удачу в схватке с третьим. Реальность оказалась немного не такой. Правый нож, как и планировалось, вонзился в шею одному из троицы… и вывернулся у меня из руки, застряв намертво. Левый же в цель не попал, распоров другому противнику плечо и заставив его завопить от боли.

Пол больно стукнул по ногам и мое ослабшее тело предательски шлепнулось на задницу. Пару секунд прошли во всеобщем ступоре, сопровождающемся жалобным воем парня, которому я рассек руку. Затем вторая моя жертва тяжело опустилась на пол, продолжая стенать и заливать все вокруг своей кровью.

И все снова завертелось. Я, видя перед собой этого недобитка, из положения сидя дернулся к нему, ухватил за штанину правой рукой, беспорядочно нанося удары ножом левой. В голове засели когда-то сказанные Ольдом слова про важную артерию, находящуюся у людей с внутренней стороны бедра и я старался в нее попасть.