– Возможности у них действительно потрясающие, – вздохнул генерал. – Когда представительство банка открылось в нашем городе, наши коллеги – безопасники, как водится, попробовали ввести в персонал информатора и получили такого фитиля из верхов, что теперь, наверное, ближе чем на квартал к особняку "Элекома" не приближаются.
– А наши? – осторожно осведомился руководитель полигона.
– Что наши? – повернулся к нему генерал.
– Ну, имеют агентуру в банке?
– Даже если и имеют, что это нам даст?
– Можно попытаться через нее узнать о труднообъяснимой активности местного руководства банка.
– Сомневаюсь я, – покачал головой генерал, – чтобы ради этого военная разведка пошла на риск раскрытия агента, если он действительно находится в банке.
В кабинете наступило молчание.
– Полковник, – генерал взглянул на Варенцова, – почему вы не принимаете участия в обсуждении?
– Я уже изложил свою точку зрения руководству, – Варенцов покосился в сторону начальника полигона. – Но она не нашла понимания.
– Серьезно? – удивился генерал. – Я буду рад, если вы поделитесь своими мыслями и со мной. Я как-никак тоже являюсь на данный момент вашим руководителем. А вы, Виктор Сергеевич, – он повернулся к начальнику полигона, – впредь ставьте меня в известность о рапортах ваших подчиненных, даже если они вам покажутся не заслуживающими внимания.
– Но, товарищ генерал, – попытался было возразить руководитель полигона. – Я не могу представлять докладные, больше похожие на бред сумас…
– Послушаем вашего подчиненного, – отмел возражения генерал. – Ваши соображения мне известны. Теперь пусть полковник доложит свои.
– Я не готов утверждать со стопроцентной гарантией, – начал Варенцов, – но мне кажется, столичное руководство, да и местное также, не в курсе действий своего вице-президента. Этот господин ведет какую-то игру на свой страх и риск…..
– Продолжайте, – поторопил задумавшегося полковника генерал.
– То, что Чернов, по его словам, расправился с несколькими сотрудниками и совершил ограбление, можно сразу отмести в сторону как несущественное, – продолжил Варенцов. – Какой конфликт произошел у исчезнувшего офицера с охраной банка, мы узнаем, если задержим Чернова. Хотя я глубоко сомневаюсь, что это была служба безопасности банка…
– Почему вы так думаете? – спросил генерал.
– Если бы гипотетический конфликт произошел действительно в стенах банка, его невозможно было бы скрыть. Существует вневедомственная охрана, милиция, которые также следят за безопасностью на территории, прилегающей к банку, да, в конце концов, обычные клиенты банка, но никто ничего не видел. Поэтому я думаю, что все события развернулись где-то за пределами конторы, и Чернов оказался как-то замешан в скрытые от нас интересы вице-президента…
– Но что это нам дает, и когда Чернов успел пересечься с такой далекой от него частью общества? – прервал полковника генерал.
– Это дает нам очень многое, если не все, – спокойно ответил Варенцов. – Меня сразу насторожили слова Шелеста о месте, где может появиться Чернов. Откуда вице-президент российского банка так прекрасно осведомлен о южной и малозначимой в отношении бизнеса республике?
Варенцов остановился и оглядел присутствующих.
– Потом я вспомнил о системе прослушивания, установленной во всех квартирах участников эксперимента, которая отказала после того, как кто-то позвонил Чернову, сопоставил эти события со словами Шелеста – и мне все стало ясно. Если вы припомните отчет Чернова о его виртуальном пребывании в Белом мире, то без труда определите, кто позвонил нашему подопечному.
– Кто-то из друзей оттуда? – предположил генерал. – Но как?
– Поначалу я тоже думал, что вернулся кто-то из его друзей, – признался Варенцов, – так как не исключено существование параллельного нашему проекта, но потом сообразил, кто это был. К нему заявилась его спутница из того мира.
– Даже если и так, – хмыкнул генерал, – что с того? И как она смогла сюда попасть из тамошнего средневековья?
– А ведь вы нам недавно ставили задачу определения местоположения станции переноса в нашем мире, – напомнил генералу Варенцов.
– Вы считаете, что эта женщина прошла через станцию переноса в наш мир?
"Ну, наконец-то до тебя дошло", – подумал Варенцов.
– Я не знаю, как спутница Чернова попала в наш мир, – продолжил он, – но то, что им стало известно местонахождение станции переноса, я думаю, является неоспоримым фактом. И что это как-то затрагивает интересы вице-президента Шелеста, также не вызывает сомнения.
– Так. – Генерал потер подбородок. – Почему вы не доложили мне об умозаключениях вашего подчиненного? – повернулся он к руководителю полигона. – И что вам показалось в них неверным?
– Я считаю их слишком уж фантастическими, – начальник полигона бросил короткий взгляд в сторону Баренцева, и тот понял, что нажил себе врага в лице непосредственного руководителя. – Как могла женщина из другого мира попасть к нам? Нами еще не полностью доказано, что этот мир существует. И даже если это так, как может человек из нашего мира знать об этом?
– А человек ли? – тихо произнес Варенцов.
– Что-что вы сказали? – встрепенулся генерал.
– Извините, случайно вырвалось. Это только мои ничем не подтвержденные домыслы.
– Познакомьте и нас с ними, – попросил, нет, – приказал – генерал.
– Чернов и ныне покойный Клюев побывали в мире, где рядом с людьми уживаются и вампиры, – пояснил Варенцов. – В нашем мире об этой расе существует слишком много легенд, чтобы считать их простой выдумкой. Вот я и думаю, а не устроились ли эти личности таким же образом и в нашей цивилизации? Только более глубоко законспирировавшись?
– Вот видите, товарищ генерал, – встрял в разговор руководитель полигона, – наш штатный психолог, начитавшись отчетов испытуемых, уверовал черт знает во что и уже готов населить мир Земли русалками, лешими, вампирами и прочей нечистью…
– Виктор Сергеевич, – ласково обратился к руководителю полигона генерал, – я вижу, вы не совсем уверены в том, что поставленная перед вами задача имеет под собой реальную основу… Постойте, я еще не закончил, – он остановил пытавшегося что-то сказать руководителя полигона. – Так вот, с этого дня на вас возлагается решение чисто хозяйственных вопросов по обеспечению нормального функционирования полигона. Научное руководство полигоном отныне осуществляет полковник Варенцов. Будьте добры выполнять его пожелания и распоряжения неукоснительно. Приказ о назначениях получите завтра.
– Я буду жаловаться в вышестоящие инстанции, – произнес побагровевший Виктор Сергеевич. – Вам не пройдет даром это самоуправство.
– Попробуйте, – спокойно ответил генерал. – Пока я являюсь вашим руководителем, а посему извольте выполнять мои приказы.
На последних словах генерал повысил голос.
– Слушаюсь! – вытянулся бывший руководитель полигона.
– Вы свободны, – кивнул ему генерал и, подождав, пока за бывшим руководителем полигона закроется дверь, продолжил, обращаясь к Варенцову:
– Давайте думать, что делать дальше, полковник…
Леда
Машина тормознула у остатков шлагбаума.
– Все, – повернулся к нам водитель из местных жителей, которого мы наняли в Хороге на последние оставшиеся у нас деньги. – Дальше я не поеду. До Рошт-Калы тут рукой подать. А дорога плохая.
– Слушай, – наклонился к нему Артем. – Мы с тобой договорились, что ты нас везешь до места?
– Я вас и довез, – ответил водитель. – Что, не видишь, дальше только на бэтээре можно проехать?
– А деньги ты за что взял, скотина? – Артем рывком открыл дверцу автомобиля и подошел к водительскому месту. – Вот я тебя сейчас вышвырну из твоей колымаги и дальше поведу сам.
– Попробуй, – меланхолично кивнул на дорогу памирец, нисколько не испугавшись слов Артема.
– Остановись, Артем, – притормозила я своего спутника. – У меня ощущение, что мы почти добрались. Да и дороги дальше действительно нет.
Готовящееся рукоприкладство не состоялось. Артем отступил от машины:
– Ладно уж, езжай, таксист. И благодари своего Аллаха, что все благополучно закончилось.
Потрепанная машина со скрежетом развернулась на небольшом пятачке и умчалась в направлении города.
– Ну, и куда дальше? – повернулся ко мне Артем.
Я молча пошла по дороге вперед. Артем, чертыхаясь, пробирался сзади. Зря он окрысился на водителя. По этим серым каменным осыпям, припорошенным снегом и перегораживающим дорогу через каждые несколько шагов, действительно можно было пробираться только пешком. Постепенно мы разогрелись, прыгая с камня на камень, и не так стал донимать ледяной ветер. А ветер дул и дул вдоль узкого ущелья и швырял в лицо хлопья водяной пены с бурлившей рядом реки.
… Воздух царапает нёбо, Льдистые пики вдали, Бурая, снежная роба Скудной и дальней земли. Хаос камней подавляет, Речка шипит на мели, Да облепиха кивает Бледному небу вдали. Ветер тоску нагоняет, В скалах уныло гудит, А грязно-белое солнце Медленно лезет в зенит…
Артем так же неожиданно, как начал декламировать, остановился:
– Да, прав был один мой знакомый. В эти места человека может заманить только длинный рубль. Ну, очень длинный.
– А как же местные жители? – повернулась я к нему.
– "Родину, сынок, не выбирают", – сказал папа-червяк сыну, зарываясь в навоз, – улыбнулся Артем.
– Что-то я тебя не поняла…
– Это я так… старый анекдот вспомнил.
Наконец за одним из поворотов дороги открылось ущелье.
– Нам – туда, – я махнула рукой вверх.