Жеребьев Владислав Юрьевич - Ретранслятор стр 14.

Плановые испытания прошли успешно, ну почти. Разве что наблюдалось отклонение в процессе заряда батареи. Странный побочный эффект, пускающий в цикл весь процесс добычи и поглощения энергии. Сначала сбивалась калибровка, затем происходил самопроизвольный разряд, в то время как сама емкость продолжала поглощать энергию. Отключить устройство можно было либо дистанционно, что получалось не всегда, либо приходилось топать ножками к самой установке и жать на кнопки, завершая процесс. Обычно такие счастливчики, попадая под прямое воздействие, становились радостными обладателями неработающих мобильных телефонов, планшетов, электронных часов и прочих гаджетов, неблагоразумно захваченных с собой на испытание. Дальше этого, собственно, дело не шло. Сама установка была маломощная, побочный эффект сведен к минимуму, а электронику мы научились оставлять в ящиках стола, в дальнем крыле.

Рапорты я, разумеется, по этому поводу писал. Сначала в Москву, в пору своего врио заведующего. Затем полковнику Мамонову Петру Геннадьевичу, исправному служаке с одной мозговой извилиной от фуражки. Затем снова в Москву, но мои бумажки либо возвращались ко мне с формальной отпиской, либо тонули в бюрократическом океане бланков, форм и стандартных заявок, придуманных кабинетными изуверами из того же стольного града. Сбой в работе имел место быть, и он, разумеется, проявился, не постеснявшись даже главы управления и высоких чинов из столицы.

Второй тревожный зуммер сработал через пару секунд после первого и радостно оповестил собравшееся в бункере общество об отказе датчика заполнения. Энергия шла потоковым, конвейерным методом, забираясь с одной стороны устройства и рандомно выходя с другого. Вместо вечного элемента питания получался силовой поливочный шланг. Начальству это сравнение приводить не стоило, и я, под бешеным взглядом Мамонова, улыбался и делал ручкой, пытаясь хоть как-то стабилизировать поток, пока не понял, что и в этот раз пульт дистанционного управления обязанности свои сдал и более в процессе не участвует.

- Что происходит? - прошипел сквозь плотно сжатые губы полковник, осторожно пробравшись между двух генерал-лейтенантов, с интересом поглядывающих на электронное табло показаний. Казалось, сожми Мамонов зубы еще сильнее, и они раскрошатся будто мел.

- Как обычно, - загробным голосом сообщил я. - Я же на днях рапорт писал. Прибор раскалибровывается при насыщении емкости от тридцати пяти процентов и выше. Поток заряда не отсекается и не контролируется.

- Отключить можешь?

- Могу. - Я с сожалением посмотрел на свои наручные часы.

- Действуй, - рыкнул полковник.

- Побочный эффект, - я печально улыбнулся и подмигнул пиру, - а какой, пока и сам понять не могу.

- Ну да ладно, что делать будешь? - задал Дмитрий главный, пожалуй, за это утро вопрос. - Со мной-то все понятно. Пока посижу здесь, а потом, может, двину куда, в пустые земли, или к другой команде прибьюсь, хотя с моей славой теперь разве что на паперть да с протянутой рукой.

- Имя твое мы обелим, - вдруг уверенно и совсем неожиданно для себя заявил я пиру. - Это дело десятое. Главное сейчас - понять, что потом произошло.

- Потом это когда?

- Ну, после аварии. Помню, выбрался с работы, сел на мотоцикл, а очнулся через энное количество лет в палате и, замечу, весьма и весьма в тонусе. Нормальный человек после такой лежки ходить не может. За ним догляд, уход медицинский, кормление там внутривенное требуется. Не мог же я все это время быть в пустой палате, пока мир вокруг сходил с ума.

- И то верно, - охотно согласился Дмитрий. - Значит, ты где-то был, а потом тебя подбросили.

- Как вещь, - усмехнулся я. - Однако с этим тоже позже. Смущает еще и то, что в моей медицинской карте имя-то подлинное, так же как и возраст, а вот биография чужая.

- Чужая таки? - удивился мой собеседник. - А я уж думал, когда на шашлыках та непонятка вышла, что врешь ты.

- Чужая, - кивнул я. - К армии я имею отношение ровно такое же, как твои кеды к камерунскому чемпиону по бегу на длинные дистанции. Зачем было такое вытворять? Кому это вообще надо? По мне так очевидной выгоды никакой. Путаница одна.

- Именно что путаница. - Дима вдруг вскочил с места и возбужденно замахал руками. - Прятали тебя. Прятали тогда, прячут сейчас. Где, спрашивается, можно спрятать дерево? Правильно, в лесу. Да и потом, мало что ли в России Скворцовых по имени Андрей? Вполне вероятно, что даже твои одногодки. Ладно бы был какой-нибудь Аскольд или Эльдар, а ты уж прости, ФИО твое самое, что называется, обычное. Ты часом не шпион?

- Да вроде не был, - я развел руками и, встав, по-хозяйски разглядел запасы пира, рядками разложенные вдоль стен гаража. - Я вот что думаю. Надо бы на работу мне сгонять, в родное НИИ. Затем на квартиру. Там должны быть исходники, документы. Файло на хардах, конечно, погибло, но бумажным журналам электричество без надобности.

- Ничего у тебя не выйдет, - быстро остудил мой пыл расчетливый пси-боец. - Сгорели твои журналы в буржуйках или просто в пожаре погибли. Где уж ты там был столько лет, мне неведомо, но город хорошо пострадал. Половина выгорела в самом начале кутерьмы, потом мародеры прошлись, подчищая все, что плохо и хорошо лежит. В НИИ твоем да на хате, небось, сейчас сажа да голые стены.

- Все равно не узнаем, если не проверим, - заупрямился я.

- Ну как знаешь. - Развел руками Дмитрий. - Можем и в город сгонять. Я теперь человек вольный, хоть и светиться мне не рекомендуется в ближайшие пару месяцев, а уж Захару или Ханою на глаза попадаться и вовсе не стоит.

- Там мы аккуратно. - Просто улыбнулся я. - На морды шарфы намотаем да прогуляемся не спеша. Да и потом, кто тебе помеха, коли у тебя в попутчиках целый ретранслятор? - Сказано это было с иронией, которую пир, разумеется, не оценил.

- Ретрансляторство твое пока пшик на ровном месте, - грустно отмахнулся Дмитрий. - Тебе бы в бою поработать, резерв покачать. Против серьезного фриза или вольта ты не факт, что и выстоишь. Чистоту работы парень сменил, бах и не успел поглотить да вернуть.

- Так ты меня потренируй, - тут же предложил я, но Дима снова замахал руками.

- Чтобы тебя тренировать, треба места побольше да людей поменьше. Как начнешь качать, так тебя даже самый бездарный сканер с десяти километров срисует. Тут думать надо, да с умом подходить. Мне с моим хабаром чужие тут не в радость.

- И что ты предлагаешь?

- Да есть километрах в трех южнее заброшенная свиноферма. Рядом новую отстраивали, пятачков чтоб разводить, да, видно, не успели. Вот там и можно будет разгуляться, а если жареным запахнет, то уйти огородами. Сканеры нам там тоже будут не страшны. Когда тебя в первый раз пеленговали, Гришка поделился, что рвешь и мечешь. Отключись, и то почувствовать можно. Но диво дивное, через несколько часов аура у тебя потускнела и пришла в норму. Такую с чем угодно на дальнем расстоянии спутать можно.

- Значит, на свиноферму?

- Экий ты нетерпеливый. - Дмитрий подтащил ногой канистру со спиртом и принялся готовить напиток. - Сейчас по маленькой и в путь.

- Пить по утрам признак алкоголизма, - честно признался я, принимая из рук пира стаканчик с огненной водой.

- А ты не пей, - усмехнулся тот. - Спирт разбавленный, это даже не водка. Водка символ, а у нас с тобой лекарство от всех болезней этого мира. Выпил, болезни не прошли, а тебе уже на них положить с прибором.

- Ну, как скажешь, - пожав плечами, я опрокинул в рот очередную порцию, вторую за это утро, алкоголя и сморщился. - Крепковато.

- Так на том и стоим. - Дмитрий встал и начал прохаживаться по рядам пещеры Аладдина. - Ну, вот теперь можно и в дорогу. Только пару стволов с собой возьмем, да ботиночки тебе надо сменить. Выдам тебе берцы, новые, армейские. Пользуйся моей добротой.

До свинофермы мы добрались ближе к обеду. Расстояние до искомого пункта было пустяковое, но вот дорога до него была и вовсе никакая. Перекинутый через безымянную речушку мост обвалился, и пришлось делать кругаля по берегу, продираясь через осоку и редкий кустарник, а когда мы добрались до брода, то я так сбил ноги на колдобинах, что волей-неволей, а пришлось сделать привал. Новые ботинки и толстые махровые носки, конечно, спасали, но на последних минутах я буквально выбился из сил. Регенерация там или еще какая отрава, но поднимать мышечный тонус было необходимо.

На привале, естественно, взялись за сигареты и прихваченную Дмитрием флягу со спиртом. Закуска у пира тоже имелась. В старенькую газету аккуратными кружочками была нарублена палочка твердокопченой колбасы, а из кармана извлечена крохотная банка корнишонов. Практически пикник на обочине.

- Закрытые города, - напомнил я, отправляя в рот крохотный огурчик. - Все в толк не возьму, что за диво это невиданное. Или, может, секрет?

- Да что ты, мил человек, - Дима махом осушил стаканчик и, положив его рядом с флягой, потянулся к колбасному кругляшу. - Какие секреты. Есть такие города. - Колбаса перекочевала в рот пира и, тот на секунду затих, смакуя вкус. - Но городами они называются только номинально. Сколько их, никто не знает, да и считать не собирался. Где и правда городок за забором, вроде военного, где просто несколько ангаров, однако в них, ты не поверишь, все вещи имеют свои прежние свойства. Ох, брат, чего там только нет. Я-то не был, но люди рассказывали, будто даже автомобили стоят, новенькие, с полными баками, бери не хочу. Техника там разная, импортная и наша, генератор можно рабочий достать. Ой, брат…

Дмитрий вздохнул тяжко, почти с надрывом и принялся вновь наполнять стаканы.

- А чего ты туда не ходил?