Ключом к такому взаимопониманию была Сила. Йуужань-вонги каким-то образом были к ней глухи. Если бы они могли почувствовать Силу, окружающую их, если бы они поняли ошибочность своих действий - тогда они смогли бы отыскать лучший, менее разрушительный путь. Если бы джедаи почувствовали йуужань-вонгов в Силе, они сумели бы отыскать… нет, не более эффективный способ борьбы с ними, но путь к примирению.
Впрочем, требовалось не только это. Недостаточно понять, что не так - нужно еще знать, как исправить положение.
Тахири не страдала манией величия. Она знала, что она не спаситель, не пророк и не супер-джедай. Она была результатом неудавшегося йуужань-вонгского эксперимента. Но при всем при том она понимала обе стороны проблемы, и если существовал хоть какой-то шанс, что она сможет помочь мастеру Скайуокеру найти решение, в котором так отчаянно нуждалась галактика - да, она сделает все возможное. Это была роль, которую она приняла со смирением и с величайшей осторожностью. Те, кто пытаются творить добро, часто совершают самые ужасные преступления.
Неизвестные нагоняли ее, их топот становился все громче. Скоро ей придется что-то предпринять.
Должно быть, они следовали за ней до самого Дагобаха. Но как?
Или, возможно, они знали о ее цели еще до того, как она отправилась в путь. Возможно, ее предали. Но это значит, что Хан и Лея…
Нет. Существовал другой ответ. Параноидальные рефлексы были вбиты в Тахири еще в яслях как критически необходимые для выживания, но еще более глубокий инстинкт говорил ей, что ее друзья - практически приемные родители - никогда бы такого не сделали. Кто-то за ней следил, а она его не заметила. Скорее всего, из Бригады Мира. Наверняка. Похоже, они надеялись выслужиться перед своими хозяевами, презентовав ее Шимрре.
Тахири забралась в гущу криворосов, затем быстро и бесшумно вскарабкалась вверх по корням-канатам. Они были когда-то ногами, эти корни - она узнала об этом, когда прилетала сюда менее чем десять лет назад; казалось, это было в какой-то другой жизни. Молодое дерево являлось чем-то вроде паука, с возрастом терявшего подвижность. Она была здесь вместе с Энакином, который решил пройти испытание и узнать, не сулит ли ему имя деда такую же судьбу, как у Энакина Скайуокера.
"Мне так тебя не хватает, Энакин, - подумала Тахири. - Больше, чем когда-либо."
Она спряталась в дупле на высоте около четырех метров и стала ждать. Если бы можно было просто пропустить их, она бы так и сделала. На одном уровне ее инстинкты звали в бой, но на другом, более глубинном слое она знала, что йуужань-вонгские боевые рефлексы неразрывно связаны с гневом. Она прилетела сюда, чтобы не дать свершиться видению Энакина, а не наоборот.
Была в ее плане еще одна часть, о которой она не сказала Хану и Лее. Если пещера подтвердит наихудшие ее опасения, Тахири так изувечит свой "иксокрыл", что его уже нельзя будет отремонтировать, и на всю жизнь останется на планете джунглей.
Может быть, подобно пауку, она погрузит руки и ноги в болото и превратится в дерево.
Тахири потянулась вперед с помощью Силы, чтобы лучше определить, кто ее преследует.
В Силе их не было. И, к своему удивлению, она обнаружила, что "видит" их с помощью не Силы, а вонг-чутья. Это произошло так естественно, что Тахири даже не задумалась. Значит, ее преследователи - йуужань-вонги, числом около шести, плюс-минус один или два. Вонг-чутье не давало такой точности, как Сила.
Тахири положила руку на светомеч, не снимая его с пояса, и стала ждать, что будет дальше.
Вскоре она услышала и их самих. Кем они были, неизвестно, но явно не охотниками - очень уж неуклюже они пробирались через джунгли; хотя неизвестные переговаривались слишком тихо, чтобы можно было различить слова, но создавалось впечатление, что они так болтают всю дорогу. Похоже, они были абсолютно уверены в успехе.
Какая-то темная тень беззвучно скользнула через подлесок, и Тахири вскинула глаза вверх. Она успела увидеть, как что-то очень большое затмило кусочек неба, не закрытый далекой листвой.
"Местное животное или йуужань-вонгский флайер?"
Тахири сжала губы и продолжала ждать. Вскоре далекое бормотание сделалось различимым.
Как она и предполагала, это оказался ее родной язык, выученный в яслях.
- Ты уверен, что она пошла сюда? - спросил скрипучий голос.
- Уверен. Видишь отпечаток на мху?
- Она джеидаи. Она могла оставить эти знаки, чтобы сбить нас со следа.
- Могла.
- Но ты считаешь, что она где-то рядом?
- Да.
- И знает, что мы идем за ней?
- Да.
- Так почему бы просто не окликнуть ее?
"И надеяться, что я приму вызов на бой?" - сумрачно подумала Тахири. Итак, с ними следопыт. Сможет ли она проскользнуть мимо них и вернуться к "иксокрылу"?
Или она должна с ними сразиться?
Двигаясь очень медленно, Тахири переместилась поближе к голосам. Сквозь листву она разглядела несколько неотчетливых фигур.
- Я думаю, в конце концов нам придется это сделать, - сказал следопыт. - Иначе она решит, что мы желаем ей зла.
"Что?" - Тахири нахмурилась, пытаясь совместить услышанное со своими предположениями. Не получалось никак.
- Джеидаи! - закричал следопыт. - Я думаю, ты нас слышишь. Мы смиренно просим аудиенции.
"Ни один воин не стал бы так говорить, - подумала Тахири. - Ни один воин не стал бы использовать такой бесчестный обман. Но формовщик… Да, формовщик или жрец мог бы, жрец секты обманщиков. И все же…"
Она наклонилась, чтобы лучше видеть, и обнаружила, что смотрит прямо в желтые глаза йуужань-вонга.
Он стоял примерно в шести метрах от нее. При взгляде на него Тахири судорожно выдохнула, и всю ее захлестнуло чувство омерзения. Лицо йуужань-вонга было похоже на открытую рану.
"Опозоренный", презираемый богами. И он посмел…" - Рука потянулась к светомечу.
В этот миг тень вернулась, и вдруг что-то посыпалось сверху, разрывая листья и лианы вокруг Тахири. Она прорычала боевой клич и зажгла оружие, взмахнула им, и два горящих жука-пули унеслись в джунгли.
Листва была сорвана, и Тахири увидела над собой цик ваи - йуужань-вонгский атмосферный флайер, огромный и по форме похожий на ската; от корабля змеились длинные тросы. За каждый трос цеплялся йуужань-вонгский воин. Один прошел всего в двух метрах, и Тахири приготовилась к бою, но воин пролетел мимо, не подозревая о ее присутствии, и спрыгнул на землю, одновременно разматывая свой змеежезл.
Из глоток ее преследователей вырвался жуткий вопль. Теперь Тахири отчетливо видела их - все были искалечены, все до одного "опозоренные". Они подняли свои дубинки и повернулись к воинам.
У них не было ни одного шанса - Тахири поняла это сразу.
Следопыт какое-то мгновение смотрел ей в глаза, и она подумала, что сейчас он ее выдаст, но внезапно йуужань-вонг помрачнел.
- Беги! - крикнул он. - Нам здесь не победить!
Тахири колебалась лишь долю секунды, затем проделала серию длинных прыжков и оказалась на земле. Когда ее ноги коснулись вязкого грунта, первый из "опозоренных" уже упал.
Один из воинов уголком глаза уловил движение и повернулся к ней, прорычав боевой клич. На его лице отразилось удивление, когда Тахири ответила на его родном языке.
Воин взмахнул змеежезлом, нанося рубящий удар в область лопатки. Тахири отбила жезл и попробовала скользящий удар по пальцам, но йуужань-вонг разорвал дистанцию, высвободил оружие и сделал глубокий выпад, выбросив вперед ядовитое острие. Она сбила змеежезл широким движением, шагнула вперед и нанесла удар в плечо; наткнувшись на вондуун-крабовую броню, меч высек сноп искр. Тахири по инерции зашла противнику за спину, забрала оружие на себя и вонзила пылающее острие воину в подмышку, гда находилось уязвимое место. Йуужань-вонг судорожно вздохнул и рухнул на колени, и Тахири обезглавила его круговым движением, одновременно атакуя следующего противника.
Что было дальше, она помнила смутно. С флайера выпрыгнули восемь воинов. Оставалось семь, и половина "опозоренных" лежала на земле в лужах крови.
Тахири мельком заметила, как следопыт ломает шею воиину захватом сзади. Другой "опозоренный" ударил воина своей дубинкой в висок, и его тут же проткнули со спины.
Но в основном она видела лишь молниеносные удары змеежезлов двух воинов, пытавшихся обойти ее с двух сторон. Тахири попала одному из них в колено, меч вошел под броню, и в ноздри ей ударил смрад горелой плоти. Жезл второго хлестнул в направлении спины, и ей пришлось перекатиться, чтобы уйти от удара.
Блоки, выпады и удары стали сутью ее существования.
Забрызганная кровью йуужань-вонгов и своей собственной, сочащейся из нескольких порезов, Тахири неожиданно оказалась спиной к спине со следопытом. Из шести ее первоначальных преследователей уцелел лишь он один, но и воинов осталось только трое.
Несколько секунд они так и стояли. Воины чуть отступили назад. Вожак у них был массивный; уши его были перфорированы сложным узором, щеки прорезали глубокие шрамы, похожие на канавы.
- Я слыхал о тебе, погань, - прорычал он. - Ты та-что-была-сформирована. Так это правда? Эти жалкие испражнения мау-луура поклоняются тебе?
- Я ничего об этом не знаю, - сказала Тахири. - Но я знаю, что такое бесчестный бой. Их не только меньше вас, они еще и практически безоружны. Как вы можете называть себя воинами, если нападаете на тех, кто слабее вас?
- Они "опозоренные", - воин презрительно оскалился. - Кодекс чести на них не распространяется. Они хуже неверных; они предатели и еретики. С ними не сражаются, их истребляют.