Лицом к Солнцу - источнику света и тепла, источнику жизни на Земле. Эта лучезарная цель так же, как и наше Трудовое Братство, в котором нет места человеческой подлости, алчности и эгоизму, в котором каждый человек чувствует отеческую заботу и теплоту, изливающуюся на него отовсюду, наполняющую его благотворной, живительной энергией добра. От поколения к поколению человечество преодолевало трудный и долгий путь к истинному счастью и благоденствию, и далеко не всегда солнечным лучам удавалось сразу развеять ночной мрак, в котором укрывалось зло. Но теперь мы можем с гордостью сказать, что достигли заветной цели на этом многовековом пути.
Сейчас радостное чувство путника, идущего навстречу солнцу, передалось и мне. Я смотрел сквозь прозрачный купол кабины на открывающуюся панораму Города - этой огромной и прекрасной столицы обновленной Земли, - и, казалось, сливался душою с душами сотен миллионов людей Трудового Братства, начинавших свой обычный трудовой день. Эти люди высыпали из своих домов на движущиеся тротуары улиц и проспектов, поднимались по многочисленным эскалаторам и эстакадам, спешили куда-то по застекленным галереям и подвесным мостам над крышами изумительных по архитектуре домов, плывших среди зелени парков, аллей и садов, подобно гигантским морским кораблям прошлого.
Внизу, на проспекте, сновали юркими жуками магниторы, и не спеша, двигались более солидные магнитобусы. В безоблачном солнечном небе транспортные и грузовые гравипланы стремительно расчерчивали сияющую голубизну стайками сверкающих на солнце точек. Справа от меня, почти у самого горизонта, обгоняя кабинку подвесной дороги, бесшумно и стремительно скользил магнитный поезд. Он устремлялся к южной окраине Города, где еще цвели бесчисленные сады цитрусовых, окаймлявших берега теплого внутреннего моря. Полотно магнитной дороги извилистой лентой парило над домами, площадями и парками, опираясь на грандиозные стальные башни-станции, и уходило куда-то за пределы жилых кварталов Города, чтобы там влиться в единую ветвь Общеконтинентальной Дороги.
Невольно, я позавидовал тем, кто сейчас сидел в уютных вагонах этого поезда, и наслаждался стремительным движением, любуясь открывающимися просторами нашей прекрасной, помолодевшей планеты. Может быть, это и есть извечное стремление человека познавать еще не познанное?
Кабинка подвесной дороги мягко стукнулась о причальный барьер, и по тонкой стальной мачте, снабженной скоростным лифтом, я спустился на площадь Совета. Тихая аллея серебристых южноафриканских деревьев быстро кончилась, и, отодвинув ветку лейкодендрона с пушистой хвоей, я оказался на обширном открытом пространстве. Сейчас я стоял в самой высокой точке площади, и поэтому вся она открывалась мне, как на ладони.
Узкие ряды серебристых деревьев тянулись параллельными аллеями к зданию Совета ОСО, которое вздымалось в рассветное небо величественной белоснежной пирамидой. Парадная лестница из голубоватой смальты - непрозрачного стекла - полого возносилась на высоту десятка этажей к главному входу. Боковые лестницы, менее широкие и торжественные, огибали здание Совета с двух сторон и вели к наружным галереям.
Преодолев парадную лестницу, я остановился на верхней площадке, перед высокими дверями, отлитыми из опалово-желтого волокнистого стекла. За ними чернело все необъятное нутро этого гигантского центра всеземной общественной безопасности. Когда-то давно здесь стояли дежурные Совета в парадной голубой форме, сейчас же было безлюдно и пусто. Миновав стеклянные двери, я испытал странное чувство, словно попал в огромный музей античности.
Шаги гулко отдавались на мраморных плитах пола. Я вышел на середину главного зала и остановился перед огромной статуей, высеченной из одного куска черного диорита, так тщательно отполированного, что поверхность статуи выглядела металлической. Статуя изображала женщину с повязкой на глазах, облаченную в просторную тогу и сжимающую в одной руке меч, а в другой держащую чаши весов. Эта древняя богиня, по замыслу наших предков, должна была символизировать беспристрастность и объективность правосудия, и равенство всех без исключения перед законом. Кто-то из археологов отыскал ее при раскопках и предложил установить здесь, в здании Совета ОСО, в качестве украшения.
Солнечный свет проникал в зал через прозрачный разноцветный купол высокого потолка, создавая яркое свечение вверху, на высоте нескольких десятков метров, и теплый полумрак у подножья статуи. Сейчас я стоял на самой границе света и тени - совсем маленький и беззащитный перед грандиозным каменным колоссом, словно древний язычник, пришедший в храм испрашивать милость богов. Усмехнувшись своим мыслям, я двинулся вглубь здания по широкому светлому коридору, в который выходило множество арочных проемов боковых проходов.
Совет Охранных Систем Общества действительно сейчас напоминал огромный музей. Длинные пустынные коридоры с высокими потолками переходили в обширные светлые залы. Стены их были украшены мозаичными панно, отображавшими историю развития человечества. Колонны и лепнина под потолком в старинном стиле сочетались с аркадами высоких стрельчатых окон - то хрустально прозрачных, то нежно опалесцирующих. И нигде ни одного живого звука! А ведь когда-то здесь кипела работа, кругом были люди. Теперь же от всего этого не осталось и следа. Как все-таки удивительно меняются времена: казалось, что прошло только детство, и минула юность, а Трудовое Братство, словно, перешагнуло через столетие своей истории!
Я попытался представить себе, как здесь все выглядело двадцать лет назад, и не смог. Удивительные рассказы отца и Влада Стива, слышанные мною с детства и так захватившие меня, сейчас, в этом здании, казались слишком похожими на легенды. Поднявшись на лифте на два этажа выше парадного вестибюля, я вышел в еще один пустынный коридор с множеством высоких створчатых дверей. Пол здесь был покрыт мягким ворсистым ковром темно-коричневого цвета, и заглушал мои шаги, поэтому тишина, стоявшая в здании, не казалась такой пугающе бездонной, как в нижних залах.
И все же, спокойствие, царившее вокруг, было обманчивым. Работа, которой занимались люди в лиловых мундирах, не прерывалась ни на минуту. Неусыпно и ежечасно они стояли на страже спокойствия и безопасности земного человечества, скромно оставаясь при этом в тени. Вот и сейчас в этом здании я был не один, меня здесь ожидал строгий и мудрый начальник Особого отдела с каким-то важным заданием, в этом я не сомневался.
Бесшумно ступая по мягкому полу, я прошел в конец коридора, туда, где находился кабинет Влада Стива. У двери из красного дерева с замысловатым резным рисунком, остановился в нерешительности. Прислушался, но услышал только стук собственного сердца. Что это я, в самом деле? Совсем, как мальчишка-школьник перед началом важного экзамена.
Справившись с волнением, я взялся за холодную литую ручку, и осторожно потянул дверь на себя (в отличие от обычных дверей в Трудовом Братстве, которые сдвигались в сторону, здесь все двери открывались наружу). Заглянув в кабинет, я с удивлением понял, что там никого нет. Рамы широких окон были распахнуты настежь, и вместе с радостными потоками солнечного света, пропускали в помещение свежий утренний ветер. Правую боковую стену занимал ряд экранов визиофонной связи, но все они были выключены. Я снова выглянул в коридор. Где же Стив? Зная его щепетильность в вопросах, связанных с работой, я никак не мог допустить, что он просто опаздывает на нашу встречу. Единственно разумным объяснением мне показалась мысль о каком-то неожиданном срочном деле, которое не позволило ему прийти в назначенный час сюда, в Совет ОСО. Может быть, он оставил мне какое-то сообщение?
Я подошел к ближайшему визиофону и только теперь заметил на его передней панели крохотный глазок вызова связи по КЭО, мерно мигавший розовым огоньком. Поспешно нажав на одну из клавиш, через несколько секунд я получил распечатку сообщения на листе прозрачного пластика. Взволнованно прочитал текст, отпечатанный специальным шрифтом, и, не поняв всей сути сразу, перечитал сообщение более внимательно.
"СВОДКА ПО КЭО. Срочно. Начальнику Особого отдела Охранных Систем Общества. Спецсообщение.
В пятницу, 27 августа 671 года Мирового Воссоединения, в Третий отдел горноспасательной Службы 2-Г сектора Центральной Зоны Австрало-Азиатского жилого пояса поступило оповещение об исчезновении из Института глубинного прослушивания космоса, расположенного в вышеозначенном жилом секторе, студентки-слушательницы второго потока по разделу "Квазизвездные системы Северного полушария неба" Дивии Рана.
Отряд спасателей во главе со старшим инспектором ГСС Нором Сайомом предпринял интенсивные поиски в районе предгорного плато Гималаев в квадратах: 5Х-4, 6В-8 и 6С-5, в зоне предполагаемого исчезновения Дивии Рана.
До этого случаи подобного характера горноспаса-тельной Службой не рассматривались как чрезвычайные происшествия. Проведенные нами розыскные мероприятия не дали никаких положительных результатов. В связи с этим, представляется вероятным, что характер поисков и районы обследования имели неверную направленность, что связано с отсутствием достаточно полной информации по факту исчезновения Дивии Рана, и не возможностью отследить местоположение пропавшей по сигналам личного датчика через спутник оповещения, ввиду отсутствия такого датчика. Так же не исключено, что наличие верной информации о причинах исчезновения Дивии Рана, и о ее настоящем местонахождении может быть получено только специальными методами дознания, вести которые ГСС не имеет полномочий и соответствующего практического опыта.