Всего за 299 руб. Купить полную версию
Между занавесок пробивались робкие лучи Солнца. Черные локоны Тамары приятно щекотали плечо. Стефан осторожно повернул голову и, не удержавшись, закопался лицом в густую копну волос. Жена не спала. Он почувствовал, как нежно, но требовательно скользнула ее ладонь по его бедру. Стефан уже не сдерживаясь, рывком развернул ее к себе, целуя поочередно глаза, подбородок, быстро пульсирующую вену на шее. Тамара сладко охнула, ее горячие губы, что-то шепча, нашли его, и время для Стефана остановилось.
Откуда-то издалека доносилась навязчивая мелодия. Стефан не сразу сообразил, что это пиликает сигнал вызова. Пошарил справа от себя рукой и окончательно проснулся. Тамары не было.
Над дверью светился экран визора. В коридоре, переминаясь с ноги на ногу, стоял Джеймс Донован. Даже через экран Гарднер ощутил его неловкость за непрошенное вторжение.
– Одну минуту, Джеймс! – голос получился хриплым, и Стефан прокашлялся:
– Одеваюсь и выхожу!
Гарднер спрыгнул с кровати, нашарил в полумраке комбинезон и принялся торопливо одеваться.
– П-прости, Стеф, – Джеймс придвинул лицо вплотную к экрану визора. – Томсон п-попросил зайти за тобой. Они п-пытались вызвать тебя, но ты не отвечал.
– Все в порядке. – Стефан коснулся сенсорной панели, и дверь распахнулась.
– Прилег на часок и вырубился. Давно такого не припомню.
– Ну, что там? – задал беспокоивший всех вопрос Гарднер, когда они были уже у лифта.
– Паломник не отвечает. Там что-то п-произошло.
У Стефана захлестнуло сердце. В полном молчании они поднялись в рубку.
Пьер Готье был бледен, Сэмюель Томсон неестественно спокоен. Владимир Кузнецов сидел в кресле и устало вглядывался в дрожащие показатели дисплея коммуникатора.
Нарушил молчание астробиолог:
– Что там могло произойти? Прохождение радиоволн…
Кузнецов оторвался от коммуникатора и сказал:
– С прохождением все нормально. Луч стабилен. Маяк Центральной прослушивается хорошо. Но маяк – автомат.
Наступила тишина.
– А на местных волнах? – подал голос Стефан.
– Ничего, – Пьер наклонился над пультом и отметил что-то в электронном рапорте. – Тишина на всех частотах. Если кто-то и разговаривает там внизу, то только с помощью дыма костров или тамтамов. Если исключить помехи от местного солнца, электромагнитный спектр Паломника чист.
– А вы уверены, что со спутником все в порядке?
– Я проверил, – откликнулся Владимир, – он в полной исправности.
– Подтверждаю. – кивнул головой Пьер. – Час назад получили шифровку с Земли. Она прошла через наш орбитальный спутник. Это еще раз доказывает исправность спутниковых систем связи. – он сделал паузу и закончил: – Значит дело в другом.
– Выходит, что-то произошло на поверхности Паломника. – тихо произнес Донован. Он озвучил общую мысль, которую другие боялись произнести вслух.
Никто ему не возразил.
– Что предпримем? – спросил Гарднер.
– Я сделал кое-какие подсчеты, – сказал до этого не принимавший участие в разговоре капитан. – Если идти с ускорением, то будем на орбите через тридцать шесть часов, против десяти суток обычного режима. – он помолчал.
– Однако противоперегрузочные системы "Стрекозы" не смогут полностью компенсировать ускорение. Сэмюель с сомнением посмотрел на стоящих в сторонке Гарднера и Донована: потянут ли? – Ощущаемые перегрузки до трех же и даже чуть больше. Будем идти на пределе, даже если кто-нибудь потеряет сознание.
Гарднер похолодел. Постоянные трехкратные перегрузки в течение тридцати шести часов. Выдержит ли его организм? Он сжал зубы. Нет, никакая сила не заставит его показать свою слабость.
– Возражений нет, отлично. – чуть быстрее, чем того требовали обстоятельства констатировал Томсон. – Запускаю отсчет. – он наклонился над пультом и ввел семизначный код капитанского допуска.
– Готовность через пятнадцать минут. – откуда-то с потолка раздался ровный женский голос. – Прошу всех членов экипажа и пассажиров пройти в амортизационный отсек.
В глубине командной рубки открылся проход. Вспыхнувшие с небольшой задержкой лампы дневного света озарили просторный зал с рядами амортизационных ложементов.
– Пройдите к активированным капсулам, – продолжал вещать женский голос. По команде искина корабля, синхронно поползли в сторону полупрозрачные колпаки ложементов в первом ряду.
Джеймс подергал Гарднера за рукав.
– На-ка, д-д-держи, – чуть заикаясь, шепотом произнес он, протягивая ему руку. На раскрытой ладони лежала коричневая таблетка.
Стефан вопросительно взглянул на Донована.
– Это стимулятор, – смущенно объяснил тот. – От всего помогает. Я без него в космос ни ногой!
– Что за черт! – впереди раздался удивленный возглас Томсона. – Зачем ты активировала семь капсул? Нас же пятеро?
– На борту корабля находятся три члена экипажа и четверо пассажиров – невозмутимо произнес женский голос.
Все недоуменно переглянулись, и в этот момент в командную рубку ввалились запыхавшиеся от быстрого бега люди.
Стефан узнал их сразу.
– Что происходит? – вместо приветствия срывающимся голосом прохрипел Пол Андерсон.
– Это вы меня спрашиваете!? – с ударением на "вы" пророкотал Томсон. На его мгновенно побагровевшем лице заходили желваки. – Кто вы такие? Черт побери! Как вы вообще тут оказались!?
– Мы услышали оповещение срочно явиться в командный пункт. – парень перевел дух и наконец договорил: – и вот мы здесь.
– Все ясно, Сэм, – устало произнес Пьер. Он первым разобрался с ситуацией.
– Эти дегенераты тайком проникли на корабль. Я видел, как эта троица крутилась перед стартом у погрузчиков.
– До готовности семь минут. – объявил женский голос.
– Черт бы вас всех побрал! – выругался Томсон. – Вы что не знали, что планета под карантином?
– Мы что-то такое слышали. – плавной походкой вышел вперед блондин. – Хотели расспросить вас подробнее. Прошли, заметьте, не скрываясь, через центральный шлюз корабля и, вуаля! Мы здесь.
От Гарднера не ускользнули взгляды, которыми обменялись кибернетик с капитаном. Кто-то из них не удосужился включить систему запрета на корабле.
– Так! – лицо Сэмюеля вновь начало наливаться кровью – хватит паясничать! Я, командир "Стрекозы", официально уведомляю вас всех – он метнул тяжелый взгляд на притихшую троицу. – На планете действует карантин третьей категории. Подконтрольный мне корабль приписан к космодрому Паломника, а это значит, что карантин также распространяется и на него.
Томсон быстро прошел к пульту управления и, открыв один из встроенных в боковую панель ящиков, вытащил из него предмет, похожий на старинную книгу в толстом кожаном переплете. Щелчком открыл магнитный замочек и заученными движениями принялся листать пожелтевшие от старости страницы.
– Так, – он нашел то, что искал, – а теперь давайте, что называется, "под пот", – кто, в чем и насколько виноват. А разбирательство будет непременно! Это я вам со всей категоричностью обещаю. – он перевел дух и продолжил: – Слушайте меня внимательно. Зачитываю! – капитан принялся читать, для убедительности водя пальцем по строкам: – Требования Корабельного устава Военно-Космического Флота обязательны для всех экипажей кораблей, в том числе и для размещенных на стационарных космопортах и планетарных орбитах, а также для всех лиц, – он вновь оглядел троицу, – временно пребывающих на корабле. – Томсон перелистнул еще несколько страниц. – Так, вот оно. Слушайте и запоминайте: – Глава пятая. Основные обязанности должностных лиц. Параграф сто тридцать два. Командир корабля является прямым начальником всего личного состава корабля, а также для всех лиц, временно пребывающих на корабле. Он является единоначальником и отвечает… Так, дальше уже не про вас. – он захлопнул книгу – Вопросы есть?
– Никак нет! – Джон Маккейн молодцевато козырнул, ухитрившись при этом еще и щелкнуть каблуками.
– До входа в аварийный режим осталось три минуты. Всем срочно занять капсулы жизнеобеспечения. – женский голос был спокойным, уверенным и искусственным.
Это подействовало отрезвляюще.
– У нас ЧП, все объяснения после. – Томсон взял себя в руки и скомандовал: – За мной!
Они вбежали в амортизационный отсек, на ходу скидывая с себя одежды. Гарднер краем глаза заметил, что Линда на секунду замешкалась, прежде чем стянуть облегающий ее стройную фигуру комбинезон. Ничего не поделаешь – провести тридцать шесть часов в капсуле, да еще и при трехкратном ускорении… – Гарднера передернуло от предстоявшего испытания. Он вспомнил о таблетке Джеймса и без колебания сунул ее под язык.
– Активируй немедленно восьмой ложемент! – Гарднер был уже в своей капсуле, когда до него донесся голос Томсона. Только сейчас Стефан сообразил, что людей на корабле было восемь, а искин привел в действие только семь амортизационных капсул. – Долбаная электронная машина! Владимир, это по твоей части, уволю по прибытию!
Гарднер приподнялся на локте. Совершенно голый Пол Андерсон растерянно переминался с ноги на ногу. Справа что-то тренькнуло. С соседнего от Гарднера ложемента пополз в сторону полупрозрачный колпак. В изголовье вспыхнул зеленый глазок индикатора. Парень опрометью бросился к нему, неловко скользя босыми ногами по матовой поверхности пола.
– Все системы жизнеобеспечения активизированы. До входа в аварийный режим минутная готовность. Даю обратный отсчет: пятьдесят девять, пятьдесят восемь, пятьдесят семь…